Тьма в её глазах (СИ)
— Не стоит, — усмехнулся он в ответ. — Не представляете, как я устал от неё за последний месяц. Вам должно быть известно, как сложно бывает с родственниками, когда они думают, что хотят помочь.
— К сожалению, нет, — покачала головой Ди. — Из родственников у меня лишь отец, и он всегда стремился помочь себе, а не мне.
— Я задел неудобную тему? Если так, то прошу меня извинить, — ответил на это парень. Таких вежливых и тактичных богатеньких мальчиков Ди в своей жизни ещё не встречала. И если самое страшное, что он скрывал от окружающих — это и впрямь татуировка на заднице, то это впечатляло.
— Я не слишком люблю говорить о своей жизни с посторонними, но обидеть меня этим сложно. Если вы зададите мне неудобный вопрос, я просто на него не отвечу.
— Договорились, — улыбнулся Нэрон. — И как же вышло, что вы стали детективом?
— К тому времени, как пришлось решать, кем мне становиться, оказалось, что я больше ничего не умею, — ответила Ди, заходя в потрёпанный лифт.
— А где учатся на детективов?
— Не слышала, что где-то учат подобному, — хмыкнула Ди. — Чаще всего в эту профессию приходят полицейские в отставке или военные…
— Так, а я о чём… молодая девушка в этой роли это, мягко скажем, неожиданно, — признался Нэрон.
— Думаете, у меня недостаточно опыта?
— Не знаю. На самом деле сейчас меня искренне радует лишь то, что вы первая, кто поверил в мою невиновность.
— Честность я люблю, — Ди вышла из лифта и кивнула пожилому охраннику на турникете. — Но можете не переживать, у меня достаточно и опыта, и связей для подобной работы.
Они вышли на улицу, и Ди удивлённо поморщилась яркому солнцу. Погода явно играла с ней в какие-то игры, она никак не могла угадать, как именно стоит одеться. Парень уверенно пошёл к припаркованному у обочины серебристому спорткару, а вот Ди замерла, разглядывая машину, которая стоила раз в десять больше, чем её квартира.
— Я, наверное, на своей, — неуверенно выдавила она.
— Я думал, мы вместе поговорим с моими друзьями, — Нэрон был озадачен. Он и впрямь не понимал, что кого-то может смущать его достаток, и Ди это позабавило.
— Да, — кивнула она, — будет лучше, если вы лично попросите их об одолжении. Не каждый готов открыть свои воспоминания первому встречному.
— Тогда я вас подвезу, мне не сложно, — улыбнулся он, и Ди неуютно кивнула в ответ. Кто же знал, что неудобства на этом не закончатся — парень ещё и обошёл вместе с ней машину, чтобы открыть для девушки дверь с пассажирской стороны. К такому обращению она не привыкла, но не могла не признать, что это было приятно. Ужасно приятно. Нужно попросить его больше так не делать, а то ещё привыкнет, чего доброго.
— Сначала заедем в полицейский участок на третьей, — уведомила она, когда Нэрон сел в машину. Мягко заурчал мотор, и Ди уткнулась в свои записи, решив заполнить пробелы, пока было свободное время. — Инцидент произошёл тридцатого апреля, в среду, верно?
— Да, но откуда…
— Это моя работа, — прервала его Ди. — Что вы сами помните?
— Мы собрались с друзьями, девчонки танцевали, а мы с парнями почти весь вечер за столом просидели, обсуждали наш кинематограф. Выпили, и мне казалось, что не так уж и много, но… проснулся я утром в своей постели, и не помнил, как там очутился. Решил, что всё же умудрился перебрать, но к обеду в дверь позвонила полиция, и я оказался за решёткой.
— Быстро сработали, — задумчиво пробормотала Ди. — Враги у вас есть?
— Не знаю, что вам сказать. Не думал, что кто-то на подобное способен, честное слово. Да и какие враги… конкуренты в бизнесе, но у кого их нет?
— Вы работаете в фирме отца?
— Нет, у меня своё небольшое дело, мы только развиваемся. Производство и продажа элитных предметов интерьера из драгоценных пород дерева, — пояснил он, и Ди оторвалась от своих записей и задумчиво вгляделась в его профиль. Нэрон был занят дорогой, и потому, кажется, не обратил на это внимания.
— А у ваших родителей?
— С этим лучше к отцу. Он в свои дела никого из семьи не посвящает, так что…
— Ясно, — Ди записала в блокноте «враги отца?» и задумчиво осмотрела свои записи.
— Рогипнол в крови не отследить, так?
— Месяц прошёл. Нет, никто не найдёт, — покачала головой Ди. — Что-то необычное случилось в тот вечер? Дома, на работе, в клубе, где угодно.
— Да нет вроде, — покачал головой парень. — Всё, как всегда. Разве что…
— Что? — подняла брови девушка. — Говорите, даже если это кажется мелочью.
— Кто-то пытался замок в мой офис взломать, но охрана попытку пресекла. Замки я сменил, на всякий случай.
— С предполагаемой жертвой вы были знакомы?
— Нет. Впервые увидел её на предварительном слушании, где назначали залог.
— И?
— Что?
— Какое впечатление она производит? — уточнила Ди.
— Похожа на дешёвку из клуба, — ответил парень, и она подняла на него удивлённый взгляд, но парень тут же пояснил: — Извините, это сленг моих недалёких друзей, само собой вырвалось. В клубе таких много — приходят по одной или небольшими группками, танцуют, ничего не покупают. Одеты дёшево, но вызывающе, и стоит обратить на такую девушку внимание — она вешается на шею. Мои друзья часто снимают их на ночь, запросы у девушек небольшие — пара коктейлей и делай что хочешь.
— Вы тоже так поступали? — спросила Ди, невольно задержав дыхание. С одной стороны, она хотела найти в этом милом мальчике хоть какой-то изъян, а с другой мечтала, чтобы он оставался таким же идеальным и сказочным.
— Нет, господи, ни за что. Я не буду никого осуждать, но случайные связи — не в моих правилах, — поморщился Нэрон, а Ди ухмыльнулась. Неужели и впрямь в этом долбанном мире встречаются настолько правильные парни?
— Могла она быть проституткой? — поинтересовалась Ди.
— Нет. Не думаю. Таких тоже видно, они сидят у барной стойки, лучше одеты…
За этой беседой они успели подъехать к участку, и девушка указала на дожидающегося её на парковке детектива. Нэрон подъехал так, что мужчина оказался напротив двери Ди, и она опустила затемнённое стекло. Детектив Норил уставился на неё совершенно обалдевшим взглядом.
— Девочка, да ты лигу сменила, как я погляжу. Мне теперь как к тебе обращаться то? Титул может какой получила? — выдал он, подходя ближе и опираясь локтями о дверь машины. В салоне сразу запахло дешёвыми сигаретами, и Ди неуютно покосилась на парня, справедливо полагая, что ему неприятны подобные перемены в атмосфере. Впрочем, Нэрон вида не подал, даже когда детектив вытаращил на него глаза и добавил: — Ди, ты зачем его то сюда притащила? Под статью меня подписать собралась?
— Ты принёс то, что я попросила? — проигнорировала выпад девушка.
— Из машины выйди, а. Пойдём в сторонку.
Ди вздохнула, но просьбу выполнила. Они отошли метров на пять, и лишь потом Норил обернулся к ней и тихо заметил:
— Бросай это дело. Он виновен, там столько улик, что прокурор уже победную чечётку выплясывает.
— Он не виновен, — возразила Ди.
— Девочка, ты же знаешь, я всегда на твоей стороне, но это дело гиблое, серьёзно.
— И что прикажешь? Позволить парню отсидеть за изнасилование лишь потому, что «дело гиблое»? Ты вообще знаешь, что с такими как он на зоне делают?
— Он виновен.
— А я говорю, что нет, — упрямо повторила Ди. — Его накачали рогипнолом в тот вечер, я скорее поверю, что его изнасиловали, а не он.
— Откуда информация про рогипнол? А, понял, не отвечай. И что, так уверена в его невиновности?
— Уверена. Я хоть раз тебя подводила? — вздохнула Ди, протягивая руку. — Давай.
— Если тебя с этим накроют…
— Не накроют.
— Ди, я серьёзно, это не старое закрытое дело, это открытый нашумевший процесс, который собираются раздуть до размеров Эвереста. Если кто-то хоть заподозрит, что я позволил тебе в нём копаться, значки полетят у всего участка, а не только у меня.
— Так ты принёс? — упрямо повторила Ди, и детектив Норил устало рассмеялся и почесал пятернёй шею, а потом выудил из-за пазухи папку с документами. Ди выхватила её из его рук. — Спасибо.