Сгусток Отроков (СИ)
Амрит — кажется, нет.
Неловко…
Улыбается, наконец-то. Приподнимает одеяло…
Оценивающе покачивает головой, закрывает одеяло.
Хлоп. Хлоп ресницами. Хлоп…
По ее выражению, она оценила увиденное одобрительно и восхищенно.
Ну… Спасибо?
Хлоп ресницами… Хлоп…
— Нэл, не пинайся, ты…
Кристина посчитала ногу Амрит за мою. Продрав слипшиеся глаза, сквозь мелкие щелки, зевая, увидела Амрит по другую сторону холмов из моих острых ключиц.
Хлоп… Хлоп…
Теперь нас трое в немой картине неловкости.
Взгляд Крис ещё слегка затуманен, как будто она не до конца понимает, где она, и что произошло. Руки инстинктивно тянутся к голове, пытаясь привести себя в порядок, но пока не выходит. Тело чувствует, какой воздух прохладный и плотный, словно каждый миллиметр пространства вокруг пропитан ощущением… что-то между ожиданием и расслабленностью. Кристина медленно поднимает взгляд, и её глаза останавливаются на Амрит.
Амрит выглядит безмятежной и уверенной, легкая ухмылка на губах не сходит. Она не пытается скрыть свою беззаботную радость — оттого, что всё так вышло. Всё, что она чувствует, отражается на её лице: смех и наслаждение. На фоне этой уверенности Кристине становится ещё сложнее разобраться в происходящем.
— Эээ… что это было?
Кристина говорит это почти с вызовом, но в её голосе скользит растерянность. Она оглядывает нас обоих и с лёгким сарказмом добавляет.
— Я проснулась, и мне кажется, я пропустила самый важный момент. Как мы оказались в таком… неудобном положении?
Амрит слегка потянулась за своей одеждой, не обращая внимания на реакцию Кристины. Спокойно, почти лениво. А затем откинулась на перину и потянулась.
— А что тут рассказывать? Всё также, как и всегда. Вроде не твои первые скачки, красотка. Просто на этот раз с добавлением… интересных деталей. Мы, видишь ли, немножко лучше узнали друг друга.
Кристина прищуривает глаза, её выражение резко меняется. Её взгляд становится более острым, как у хищника, который не понимает, как именно был пойман.
— «Немножко лучше»?
Повторяет это, как будто ей объясняют новый рецепт пирога.
— Ну узнали, так узнали. Хорошо, узнали. Замечательно узнали. Необычное знакомство, конечно же… Что, думала, я скажу: «давай ещё!»? Ошиблась. Давно уж в интимном аду побывала, где и не такое творилось. Не до хлопков в ладоши. Всё уже видела. Если ждёшь восторгов — забудь. По этой части не впечатлить. Но странно, что вдруг так несдержанно. Внезапно. Мы без одежды, и ты, и Майя, и Даг…
— Было ж весело?
— Весело, весело, Амрит. А тебе как, Нэл? Повеселился? — поддразнивает она меня, с лёгким, но явным укором в голосе.
Я не могу сдержать улыбки, но сразу же чувствую, как Кристина переключает внимание на меня. Её глаза — скептические, слегка прищуренные, и она моментально меняет выражение, когда меняется её цель.
— Ты тоже не без греха, Нэл? Ты как-то не особо активно принимал участие в процессе, не так ли? Лентяй.
Амрит, заметив её сарказм, усмехнулась и встала во весь рост; её тело плавно изогнулось, подчеркивая каждую линию. Она потянулась, руки поднялись над головой, обнажая нежную кожу и создавая ощущение легкой игривости. Взгляд полон загадки и соблазна. Знает, что привлекает этим внимание.
Движения уверенные и грациозные, и притом — небрежные.Обернулась вокруг себя, разминаясь, бросив на нас искушающий взгляд, который говорил больше, чем слова. Губы приоткрылись в улыбке, обещая незабываемые моменты и чувственные приключения.
В глазах заиграли искорки тайны. Волны тёмного шелка волос струились по плечам, подчеркивая нежные линии шеи.
Наклонившись вниз за одеждой в Г-образной форме, открыла идеальные контуры своего тела во всей красе, вызывая подневольное желание прикоснуться к ней.
Амрит явно знала, как использовать свою красоту, пленяя сердца и умы, оставляя за собой шлейф восхищения и желания.
По прищуренному взгляду Кристины я быстро понял, что засмотрелся… Но чуть поздно. Наверное, стоило отвернуться мгновенно, а не только сейчас.
— Не, Нэл, ты не беспокойся, любуйся. Чего, в конце-концов, уж стесняться теперь.
— Не переживай, Кристиночка, всё было под контролем. Он просто ночью не успел налюбоваться и заметить, как любимая часть шоу закончилась. Как наверняка и ты, моя сладкая. Если, конечно, у вас такие же обрывки этой ночи, как у моей захмелевшей головы. А теперь… успеете все увидеть, рассмотреть, насладиться, пока я буду одеваться. Специально для вас очень, очень медленно…
— Ха!
Кристина, словно воплощение грации и уверенности, не менее изысканно, чем Амрит, медленно поднимается с лежанки. Начинает одеваться, её движения полны соблазнительной лёгкости. Каждый изгиб её тела, каждая линия становятся частью этой утренней симфонии, где она — главная героиня.
Её тело, изящное и притягательное, переливается в утреннем мягком свете, играющим на её коже, подчеркивая мягкие формы и создавая ауру загадочности; каждое её движение наполнено грацией и чувственностью. Она не спешит, позволяя взгляду остановиться на округлостях, вызывающих восхищение и желание.
Одеваясь, она подбирает ткань так, чтобы как можно нежнее касаться кожи, вызывая мурашки по всему телу и у нее, и у меня. Каждое прикосновение становится игривым танцем, а её губы слегка приоткрываются в улыбке, полной загадки и обещания. Кристина знает, что она желанна, и это придаёт ей уверенности.
— Своеобразный конкурс красоты, Кристиночка? Соревнуемся за внимание Нэла?
— Мне не нужно соревноваться за… Мужа. Нэл — Мой, и только Мой. А тобой пусть любуется, я не возражаю против красивой картинки или скульптуры на фоне.
Её взгляд пронзает пространство. Она оборачивается, и волосы струятся по её спине, создавая волны, которые хочется трогать. В этот момент она не просто женщина — она олицетворение страсти, готовая поделиться своей искренней красотой и нежностью с тем, кто осмелится приблизиться.
Амрит, с игривой усмешкой на губах, наблюдает за происходящим; её глаза сверкают. Кажется, моя супруга выигрывает «состязание» в женской первозданной красоте за мужское внимание.
Не то чтобы я просил такого, скорее, это их странное желание…
Татуировка молчит. Того чувства эмпатии — не ощущаю. Минотавра не наблюдается.
Но я все равно четко понимаю Амрит. Не для всего чтения мыслей или эмоций нужно иметь сверх способности. Фасилитатор знает, что Кристина не просто одевается — она раскрывает свою истинную сущность, провоцируя восхищение и завораживая своим обаянием. Взгляд Амрит полон поддержки и легкого вызова, словно она готова подбросить ещё одну искру в это утреннее волшебство.
— Ты знаешь, что Нэлу не устоять перед таким зрелищем?
Произносит Амрит с лёгкой ноткой флирта в голосе.
— Я бы на твоём месте не спешила прятать такое сокровище под одеждой, ведь можем немного и в новом стиле «без одежды» утро походить. Или…
Кристина, чувствуя на себе взгляд Амрит, отвечает ей лишь загадочной улыбкой. Она не просто одевается — она создает образ, который будет говорить сам за себя. Каждый предмет одежды ласкает её тело, как будто он создан специально для неё. Лёгкие ткани обнимают её кожу, подчеркивая сексуальность и уверенность.
Свет утреннего солнца заливает комнату, создавая интимную атмосферу. Кристина стоит перед нами, обнажая не только своё тело, но и свою внутреннюю силу.
Нет. Чтобы читать мысли любимой — сверхспособности не нужны. Это точно.
В этот момент Крис понимает: она — не просто женщина, она — муза, способная вдохновлять и завораживать. И мир вокруг замер, оставляя только её и это волнующее ощущение свободы.
Амрит до нее — как до луны. И то останется в ее тени, отбрасываемой солнцем-Кристиной.
Ловит взгляд Амрит и улыбается.
— Ты не первая, кто меня без одежды увидел и просит так и остаться. Думала, хоть удивишься… Но Нэл уже видел много раз, и знаешь что? Не думаю, что он шокирован и обомлел. Нэл, мне как, снова раздеться?