Сгусток Отроков (СИ)

— Поцелуйтесь!
Предрекал уже эту реплику. Сладкие, сочные и освежительные, как фруктовый лед губы. Кристина…
— Осталось дело за малым. Скрепить ваш союз в водной стихии.
— Так… Нам что, искупаться в фонтане?
Госпожа Милоу громогласно расхохоталась.
— Нет, конечно нет, юный Нелей! Вас ждет растопленный и подготовленный хамам "Сары-Гюзель'. Чуть поодаль дворцового комплекса. Туда путь — лишь вам двоим уже в завершение. Потому для начала гулянье для всех в Большом зале Диван-хане! Роботы Единства уже приготовили праздничный ужин! За мной, господа!
* * *
Прямоугольное помещение с высокими сводами и большими окнами. Все в той же османской стилистике, без примеси модернизации. На стенах зала, украшенных изразцами, росписями и позолотой, пляшут отражения огоньков свечей. Пол, выложенный мрамором, приятно холодит ступни.
В центре возвышается платформа для хана, супруги и его приближенных. Сегодня эту почетную роль исполняем мы с Крис. Наши места отмечены большими подушками, расшитыми золотыми нитями; уже накрыт стол с самыми затейливыми деликатесами крымскотатарской кухни.
Приближенные — Отец, Лея, Фатих, Антон и Генка, а также подружки невесты Эли и Паула. Которые уже вовсю резвятся в потоке танца с остальными гостями.
Вокруг возвышения расположены низкие столики, окруженные мягкими подушками поменьше. Вдох… Выдох…
Галлюцинаций не наблюдаю. Что даже странно и слегка непривычно за последние дни. Аромат благовоний и мелодичное звучание традиционной крымскотатарской музыки.
Никаких Минотавров, Мантикор и просвеченных стен. Все снова в норме, как было неделею ранее.
В дальнем конце зала льется небольшой фонтан с изящной резьбой и сверкающими драгоценными камнями. Журчащая вода. Дополняет ноты струнной музыки, песнопения. Дает приятную прохладу. Освежает всех гостей в жаркую летнюю ночь.
Праздничный стол накрыт с королевским размахом. Всюду снуют мини-боты, сменяя разнообразные блюда, приготовленные искусными робо-поварами Единства. Радует глаз, пробуждают и без того подогретый за день аппетит.
Фаршированные виноградные листья, что зовутся долмой, с рисом, мясом и овощами, плов-пилав с бараниной и овощами, жареные чебуреки с начинкой из мяса и лука, сарма, сладкая халва с орехами и медом…
Все эти кулинарные шедевры представлены на столе в самых лучших своих проявлениях.
Все слишком… Идеальное. Без погрешностей.
В топку эти скептические мысли, Нэл. Праздник. Гуляй, веселись!
Закуски, сладости и фрукты — набивай пузо до верху!
Освежающий соленый творог сузьме, баклава, засахаренные фрукты шекер-черере, гранаты…
Напитки рекой — кисломолочный катык и изысканные вина, привезенные из разных уголков древней империи, годами выдержанные в погребах…
Смех, разговоры и музыка сливаются в единую симфонию, достойную самого могущественного хана.
* * *
Стены и своды хамама облицованы мрамором и покрыты керамической плиткой, выстраивающей цветочные и геометрические узоры. Цветовая гамма преимущественно голубая и зеленая, что навевает ощущения прохлады и свежести.
Потолки украшены замысловатыми сталактитовыми сводами, которые создают впечатление сталактитовой пещеры. Своды поддерживаются изящными мраморными колоннами, которые придают баням легкости и воздушности.
Кристина плещется в центре большого мраморного бассейна, окруженного широкой мраморной скамьей. Мрамор, мрамор… Повсюду мрамор.
Присоединюсь к любимой и я…
Прохладная вода. То, что надо! Освежает, очищает вспотевшую кожу после парилки.
  
Плыть на спине… Блаженство. Плыть к обнаженной Кристине — вдвойне.
Вода окутывает тело, словно нежные объятия. Сквозь полуприкрытые веки вижу, как над бассейном возвышается купол с отверстиями, через которые проникает нежный лунный свет, пробивающий мельчайшие капельки пара.
Нырок.
Под водой всего пара гребков, и вот они — загорелые притягательные ножки Кристины. Ее ступни движутся плавно и грациозно. Моя грациозная русалочка.
Ближе, еще и еще ближе… Нежно коснусь до ноги.
— Дурень, ты что!
Кристина испуганно вскрикнула и попыталась отплыть, хохоча и плескаясь.
Нет, милая, нет.
Крепким, но нежным движением, без применения силы, схватил ее руку.
Наши взгляды встретились, пронзая стену из пара.
В ее глазах смесь умилительности и желания.
— Иди ко мне…
Притянул ее к себе и поцеловал.
Поцелуй не похож на те, которыми мы одаривали друг друга весь день. Как всегда — уникальный. И этот — особенно.
Губы. Мягкие, податливые, ее упругое тело дрожит в моих сильных руках. Я чувствую, как возрастает жажда любви и близости. Я хочу стать с ней одним целым и окунуться в омут страстей.
И знаю: она испытывает то же самое.
Бортик бассейна. Поднял ее. Вылез сам на поверхность.
Не отрываясь друг от друга, направились к выходу. Холодный воздух касается наших влажных раскочегаренных тел, но мы не обращаем на это никакого внимания. Наши мысли заняты только одним.
Вцепившись друг в друга, мы вышли из бани.
Мгновение, два — и мы в наших покоях.
Даже не заметил, как здесь очутились Мысли все больше и больше заняты только Кристиной. Ее гладкой кожей. Ее чувственным телом.
Кровать застелена свежим бельем, а в воздухе витает тонкий аромат лаванды.
Кристина уже у меня на руках.
На кровать.
Ее глаза сияют от возбуждения. Губы чуть приоткрылись в немом приглашении.
Я наклонился и поцеловал ее. Снова. И снова. И снова…
И снова.
На этот раз наш поцелуй — более страстный. Требовательный и неугомонный.
Ее тело плавится в моих руках. Я чувствую.
Ее дыхание становится все более прерывистым.
Каждый изгиб ее тела. Любование им бесподобно.
Шелковистость касаний.
Ее грудь столь упруга.
Я сверху, прижимаю к себе сильней и сильней. Целую в шею. В плечи. Грудь.
— Да! ДА!
Она стонет от удовольствия. Ногтями вцепилась и крепко царапает спину.
Томно вскрикнула от восторга.
Медленно и ритмично.
Быстрее. Активнее. Жестче.
Каждый стон. Каждый вздох.
Наслаждение. Ее и мое.
 Глава 17 
 Жребий брошен 
До Загорского водохранилища (а нынче, как его называют Дурные, способные выговорить хоть пару фраз — «Озеро Пашни») всего пять часов ходу от Бахчисарая. Но это для меня, и по прямой, более рисковой дороге — не в обход. Для группы людей под несколько сотен — полдня похода. Не меньше. Потому этот привал у Обсерватории в «Научном» и еще один, следующий, в Верхореченском, всем просто необходимы. Хоть тут и собрались лишь «Лучшие из Лучших» от Бахчисарая. Будто в этом — есть смысл. Даже не смотря на то, что наш небольшой Сгусток вызвался добровольцами, люди пошли по традиции нас проводить и показать остальным поселениям «лицо и стать».
В пылающих объятьях летнего зноя, там, где солнце раскаляет складки гор добела, в поселке Научном раскинулась загадочная обсерватория. Кому служила, как, когда — нет даже в энциклопедиях Единства. Ее белые купола, подобно гигантским глазам, смотрят в безбрежный космос.
Нынче она — лишь перевалочный пункт. По назначению использовать ее никто давно не стремится. Важна обширная тень и насыщенная ресурсами и автоматизированным сервисом Единства база внутри.