Превратности судьбы

Гилмор оторвался от созерцания улицы и уставился на собеседницу:
– Вирджиния, вы меня удивляете. Никогда не думал, что вы сделаетесь любовницей знатного джентльмена. Я был убежден, что вы слишком горды, чтобы пойти на такое.
– Все, достаточно! – Вирджиния вскочила на ноги. – Сейчас же покиньте мой кабинет!
– Вы, кажется, забываете, что этот кабинет – собственность Института, а владелец Института – это я. И если вы желаете пользоваться всеми выгодами, которые сулит вам членство в моей организации, то делайте то, что вам велят.
Тут дверь открылась, и на пороге возник Мэтт.
– Что-то не так, мисс Дин? – спросил он.
– Вон отсюда, – приказал Гилмор.
Мэтт не обратил на него никакого внимания. Он ждал указаний от Вирджинии.
Она обошла письменный стол и тихо сказала:
– Все в порядке, мистер Керн. Мы уже уходим.
– И куда же вы направляетесь? – осведомился Гилмор. – Возможно, вы…
– Я разрываю свое сотрудничество с Институтом, – перебила Вирджиния. – Прощайте, мистер Лейбрук. Будет очень интересно посмотреть, сумеете ли вы создать организацию, которая станет на равных соперничать с Арканом. Освобождаю вам поле деятельности.
– Но вы не можете просто так… взять и уйти.
Вирджиния задержалась на пороге:
– Уверена, что смогу.
Мэтт весело улыбнулся Гилмору. Вирджиния уже видела однажды очень похожую улыбку на лице Оуэна. «Улыбка Суитуотера, – подумала она. – Улыбка… не предвещающая ничего хорошего».
– Довольно, Мэтт, – тихо сказала она. – Мы уходим.
Мэтт казался недовольным, однако послушно последовал за Вирджинией по коридору. Они подошли к лестнице. Им навстречу поднималась Адриана Уолтерс.
– Хоть шаг из Института – и вы попрощаетесь со своей практикой, Вирджиния Дин! – закричал Гилмор, стоявший в дверях ее кабинета. – Я ославлю вас на весь Лондон! С такой репутацией вы почтете за счастье принимать клиентов из сточной канавы, пока я не решу покончить с вами окончательно!
Вирджиния оглянулась и, пожав плечами, проговорила:
– Почему бы вам не отправиться на поиски синей двери, мистер Гилмор? Или может быть, следует послушать собачий вой в полночь? А еще лучше – попытайтесь прочесть, что написано на камне, который лежит на дне озера!
Лицо Гилмора исказила ярость. Вирджиния же бросилась вниз по лестнице.
– А знаете… на этих крутых ступеньках Гилмор мог бы легко свернуть себе шею, – сказал Мэтт с усмешкой. – Несчастные случаи ведь нередки…
– Благодарю, но в этом нет необходимости, – ответила Вирджиния.
– Ну может быть, хотя бы ногу сломает… – не сдавался Мэтт.
– Нет, Мэтт. Не стоит усугублять положение.
Мимо них прошла Адриана, гневно сверкнувшая глазами.
– Он ваш, – сказала Вирджиния.
– Сука!.. – прошипела Адриана.
Внизу, у лестницы, возник привратник, проводивший их к дверям. Он подал Вирджинии мокрый зонтик и плащ и тихо спросил:
– Что-нибудь случилось, мисс Дин?
– Нет, мистер Фултон, все в порядке. Теперь – в порядке.
– На улице по-прежнему льет, – с озабоченным видом заметил привратник. – Хотите, я вызову вам кеб?
– Нет, благодарю, – ответила Вирджиния.
На улице Мэтт раскрыл над головой Вирджинии большой зонтик. Фултон же пронзительно свистнул в свой свисток, из пелены дождя тотчас материализовался кеб.
– Номер семь, Гарнет-лейн, – сказал Мэтт кучеру. Он помог Вирджинии забраться в экипаж, затем уселся сам. Колеса тут же застучали по мостовой, и Вирджиния, глядя в окно, подумала: «Как странно, однако же… Ведь моя карьера и надежды на обеспеченное будущее, казалось бы, разрушены… но почему же я отношусь к этому так равнодушно?»
С противоположного сиденья за ней наблюдал Мэтт.
– Дяде Оуэну не понравится, когда он узнает, что Лейбрук угрожал вашей карьере, мисс Дин, – сказал молодой человек.
Вирджиния нахмурилась:
– Сэр, позвольте мне высказаться с предельной ясностью. Поверьте, я ценю вашу заботу обо мне. Однако то, что произошло между мной и мистером Лейбруком, – это мое дело, понятно?
– Да, мадам, я понял. Но не уверен, что дядя Оуэн захочет это понять.
 
– Потому что станет окончательно ясно, что я очень рассержусь, если в ближайшем будущем с Гилмором Лейбруком приключится что-либо?
– Ну, мадам, я просто заметил, что дядя Оуэн не обрадуется.
– Мне тоже не очень-то весело. Однако я не позволю вашему дяде пользоваться мною как предлогом, чтобы свести счеты с Лейбруком. Мне говорили, что Суитуотеры охотятся только на чудовищ.
– Да, это правда.
– Так вот, у Гилмора есть недостатки, но он – не чудовище.
Мэтт вдруг сделался очень серьезным.
– Вы уверены в этом, мисс Дин? Как правило, чудовища умело маскируются. Собственно, поэтому их так трудно выследить. Вот почему в агентстве «Джонс и Джонс» просили нашего содействия в расследовании убийств зеркальных чтиц.
На это ей нечего было ответить. Конечно, Мэтт был прав. Например, в античные времена было легко обнаружить чудовищ – три головы, или змеиный хвост, или демонические наклонности, которые вселяли ужас, а сейчас… А сейчас чудовища в человеческом обличье были подобны хамелеонам, и они вполне могли затеряться среди обычных людей.
Минут через пятнадцать кеб остановился у дома номер семь по Гарнет-лейн. Мэтт взял зонтик и проводил Вирджинию до двери. «У этих Суитуотеров, наемных убийц, – превосходные манеры, – подумала она. – Джентльмены до кончиков своих… смертоубийственных пальцев!»
– Вспомнили что-то забавное, мисс Дин? – спросил Мэтт.
Вирджиния поняла, что улыбается.
– Нет-нет, ничего.
Она вытащила из сумочки ключ и подала его Мэтту. Тот отомкнул дверь и пропустил даму вперед.
В доме было темно и пусто. Судя по всему, экономка еще не вернулась.
– А где же миссис Крофтон? – воскликнул Мэтт. Он поставил зонтик в подставку из кованого железа. – Неужели ей повезло, и она напала на след экономки Холлистеров?
– Нам бы это очень помогло. – Вирджиния сняла плащ. Подол ее платья совсем вымок, а в туфлях хлюпала вода. – Ох, простите… Побегу наверх и переоденусь в сухое. Почему бы вам не отправиться на кухню? Поставьте чайник на плиту. В кладовой есть печенье. Я скоро вернусь.
– Отличный план, – одобрил Мэтт. И, весело насвистывая, зашагал по коридору.
«Проголодавшийся молодой человек в поисках еды, – с усмешкой подумала Вирджиния. – Что ж, ничего удивительного. Ведь не его будущее сгорело дотла». Да, Суитуотеры всегда будут обеспечены работой, ибо в этом мире всегда найдутся чудовища, а также люди, готовые хорошо платить за оказанные услуги.
Вирджиния пошла наверх. Ее мокрое платье и столь же мокрые нижние юбки казались ужасно тяжелыми – словно корабельный якорь. Но почему же у нее сейчас такое мрачное настроение? Ей очень хотелось поговорить с Шарлоттой, но та, без сомнения, сейчас была занята розысками наемной компаньонки покойных супругов.
Ну наконец-то! Вот и верхняя площадка лестницы! Вирджиния направилась в свою спальню. Закрыв за собой дверь, развязала шнурки туфель и сбросила мокрую одежду. Потом надела свежие нижние юбки и простенькое дневное платье. Не забыла прицепить к поясу и кошелек на цепочке.
Она вышла из спальни и быстро зашагала к лестнице. Но как странно… Со стороны кухни – ни звука! Да, очень странно. Ведь Мэтт уже должен был поставить чайник… И почему же он не переворачивает вверх дном содержимое кладовой в поисках печенья?
– Мэтт, вы нашли чайник и печенье? – прокричала Вирджиния.
Она вошла в кухню и осмотрелась. Мэтта нигде не было. А вращающаяся дверь в кладовую была закрыта. Вирджиния толкнула ее – остановилась в замешательстве. На полу распростерлось тело Мэтта. И он был без сознания.
– Мэтт! – крикнула она.
Но он не шевелился. Однако что-то иное пришло в движение. Вирджиния услышала зловещее клацанье-перестук, а потом и заводная кукла неспешно выехала из темного угла. Она была почти трех футов в высоту – до ужаса живая копия королевы Виктории! Каждая деталь была воспроизведена с величайшим мастерством – от миниатюрной короны, усыпанной кристаллами, до полусапожек с рядом пуговиц и траурного одеяния, которое ее величество носила со дня смерти своего возлюбленного Альберта.