Превратности судьбы

Оуэн взглянул на экономку, смотревшую на него выжидательно, со странной надеждой в глазах. И ему показалось, что она очень изменилась – эта женщина просто помолодела!
– Как вы собираетесь нам помогать, миссис Крофтон?
– Возможно, я смогу разыскать ту экономку, сэр.
– Какую экономку? – не понял Оуэн. Потом его осенило. – Ту, что была в доме Холлистеров? Ну конечно! Отличная мысль! Но каким образом вы собираетесь определить ее местонахождение, если мы до сих пор не можем найти компаньонку?
Миссис Крофтон просияла:
– У меня есть связи, сэр. Если она жива, я ее найду.
Оуэн пожал плечами:
– Что ж, очень мило с вашей стороны предложить нам помощь. Но вы уверены, что сами этого хотите? Дело в общем-то рискованное…
– Я уже объяснила мисс Дин, что мне не привыкать к риску, сэр. Ну а теперь… Если это все, я начинаю действовать!
– Но куда вы пойдете? – спросила Вирджиния.
– Начну с того, что поговорю с одной из моих подруг, сестра которой сейчас служит у Овертонов, – ответила миссис Крофтон. – Овертоны знают всех и вся в высшем свете. Следовательно, они в курсе всех сплетен.
Вирджиния кивнула:
– Да, понимаю. Ведь тогда и их прислуга знает тех, кто работает в самых респектабельных домах. Отлично, миссис Крофтон!
– Благодарю, мадам. – Экономка поспешила к двери. – Возьму плащ и шляпку да и отправлюсь.
Оуэн поднял руку, чтобы задержать ее на минуту.
– Обещайте, что будете осторожны, миссис Крофтон.
– Конечно, сэр.
Его встревожил радостный блеск в ее глазах, но он кивнул, разрешая ей уйти. Затем повернулся к Тони:
– Сегодня Мэтт будет охранять мисс Дин. А ты отправишься в особняк Холлистеров и перевернешь там все вверх дном. У нас с мисс Дин не было времени провести тщательный обыск, когда мы были в этом доме в последний раз. Ищи все, что подскажет нам, каким образом Холлистер мог быть связан с Институтом.
– Уже бегу, – сказал Тони и направился к двери.
– Но нельзя допустить, чтобы тебя арестовали как взломщика и грабителя! – крикнул Оуэн ему вслед. – Нам сейчас и без того неприятностей хватает!
– Буду осторожен, – ответил Тони и исчез за дверью.
– И на всякий случай смотри, чтобы не появились заводные игрушки! – закричал Оуэн.
Ник отделился от стены, которую подпирал, и улыбнулся Шарлотте:
– Мы с вами также могли бы заняться делами. У нас сегодня очень много хлопот.
– Да, действительно. – Шарлотта встала и исчезла за дверью.
Некоторое время со стороны передней доносился шум, а затем парадная дверь открылась и захлопнулась. И в доме снова воцарилась тишина.
Оуэн взглянул на Вирджинию.
– Кажется, у вас и вашей подруги вкус к приключениям, – заметил он.
– Полагаю, это просто вопрос выбора, – со вздохом ответила Вирджиния. – Небольшое приключение, чтобы пощекотать нервы, – или визит к доктору Спиннеру.
– К черту доктора Спиннера!
– Да-да, хорошо. Не будем о нем. Каков план наших действий на сегодня?
– Думаю, будет полезно, если вас увидят в Институте за привычными утренними занятиями, – сказал он. – Нам нужно вести расследование и в этом направлении.
– Вы хотите, чтобы я собрала слухи об этом деле? – спросила Вирджиния.
– Да. Кто-то в Институте наверняка что-то знает. Но только вы можете порасспрашивать их.
– Без обид, сэр, однако… Если меня снова увидят в вашем обществе, вряд ли кто-то рискнет завести со мной доверительную беседу.
– Я подумал об этом, – кивнул Оуэн. – Вот почему сегодня с вами пойдет Мэтт.
Вирджиния посмотрела на молодого человека:
– И как же мне объяснить его присутствие?
– Уверен, вы что-нибудь придумаете, – ответил Оуэн.
– А чем займетесь вы, сэр? – спросила Вирджиния.
– Я предполагаю провести скучнейшую проверку финансовых дел семьи Холлистер. Теперь, когда лорд и леди Холлистер так вовремя отправились на тот свет, кто-то должен унаследовать их немалое состояние. И я хотел бы узнать имя счастливого наследника.
– Полагаете, что причиной гибели Холлистеров могут быть деньги?
– Не исключено.
– Но я думал… Ведь мы вроде бы решили, что в деле замешан сумасшедший ученый, – пробормотал Мэтт.
 
– Мой опыт подсказывает, что ученые, будь они в своем уме или нет, вечно нуждаются в деньгах.
Вирджиния тут же кивнула:
– Да, очень верное наблюдение.
– Благодарю вас. – Оуэн улыбнулся. – Поверьте, я пытаюсь делать то, что принято делать при проведении расследований. Есть и еще кое-что, нуждающееся в проверке. А теперь, прежде чем я вас покину, разрешите преподнести вам небольшой подарок.
Глаза Вирджинии заблестели.
– Право же, сэр, не стоит!
Оуэн сунул руку в карман, извлек отмычку и подал ей:
– Это придумал мой дядя. Очень просто в использовании. Открывает почти все стандартные замки.
На лице Мэтта появилось страдальческое выражение.
– Дядя Оуэн, подарки такого сорта не преподносят леди!
Вирджиния в изумлении захлопала ресницами, но, быстро опомнившись, взяла отмычку. Осмотрела ее с явным восхищением и воскликнула:
– О, вы так заботливы! Мне давно хотелось иметь такую.
«Кажется, она очень довольна», – подумал Оуэн. И улыбнулся Мэтту с видом триумфатора – его подарок имел успех!
Мэтт театрально закатил глаза.
Оуэн же, шагнув к двери, добавил:
– Мой племянник может научить вас, как ею пользоваться, прежде чем вы отправитесь в Институт.
 
Глава 37
Когда Вирджиния и Мэтт появились в Институте, там царила обычная суета. Практикующие, исследователи и клиенты толпились в коридорах и сидели в чайном зале.
Мэтт с интересом оглядывался по сторонам, пока Вирджиния отдавала гардеробщику свой зонт и мокрый от дождя плащ.
– Значит, это и есть Институт Лейбрука, – пробормотал Мэтт. – Не совсем то, что я ожидал.
– А чего именно вы ждали? – поинтересовалась Вирджиния.
– Точно не знаю, – признался Мэтт. – В моей семье принято считать, что все, называющие себя «практикующими паранормальное», явные мошенники и шарлатаны. Не думал, что в подобном заведении может царить атмосфера академического учреждения.
– Эта атмосфера создается тяжелым трудом самого Лейбрука и тех, кто связан с Институтом, – весьма холодно ответила Вирджиния.
Мэтт густо покраснел:
– Простите, мадам. Я не хотел сказать, что вы занимаетесь шарлатанством. Разумеется, я понимаю, что некоторые из практикующих обладают истинным талантом. Поэтому вполне закономерно, что они хотят объединиться под крышей такого серьезного учреждения, как Институт. И я полагаю…
– Моя контора наверху, – перебила Вирджиния.
– Да, мадам, – кивнул Мэтт. Он покорно последовал за ней через просторный приемный зал.
Вирджиния уже была у самой лестницы, когда раздался голос Уэлча.
– Доброе утро, мисс Дин! – крикнул мистер Уэлч. Он торопливо приблизился к ним. – Я вас очень ждал. Хотел уже просить миссис Фордэм, чтобы отправила вам записку.
– Доброе утро, мистер Уэлч, – сказала Вирджиния. – Хочу представить вам своего нового помощника мистера Керна.
– Новый помощник? Вот как? – Уэлч смерил Мэтта быстрым оценивающим взглядом и одобрительно кивнул. – Выглядите весьма представительно, молодой человек. Здесь, в Институте, это очень важно. Мы должны поддерживать репутацию, знаете ли… Мистер Лейбрук особенно настаивает на этом.
– Да, сэр, – учтиво ответил Мэтт. – Мне очень хочется стать настоящим помощником мисс Дин.
Уэлч взглянул на Вирджинию:
– У меня прекрасная новость, мисс Дин. Счастлив сообщить, что я получил заказ на проведение вами частной консультации для нового заказчика – в высшей степени выгодного! Должен добавить, что мистер Лейбрук также будет рад.
– И кто же этот новый заказчик?
– Леди Мэнсфилд!
У Вирджинии похолодело в груди. Впрочем, она знала, ее столь нервную реакцию можно объяснить столкновением очень разных эмоций – тут и неуверенность, и любопытство, и страстное желание увидеть единокровную сестру. Но здравый смысл твердил ей, что любая попытка сблизиться с Элизабет будет ошибкой. Не в интересах самой девушки поддерживать родство с незаконной дочерью, со сводной сестрой, занимающей очень скромное место в социальной иерархии. Такая связь могла нанести ущерб репутации Элизабет и даже разрушить ее перспективы на выгодный брак, когда девушка станет постарше.