Превратности судьбы

– Прошу прощения, что не смог прийти раньше. Я только час назад узнал, что вас нет дома.
– О чем вы говорите?
– Потом. Наденьте туфли. Нам предстоит неприятная прогулка, пока не выберемся из этого места.
Она не спорила. Приподняла подол платья и нижние юбки и сунула обтянутую чулком ногу в туфлю. Застегивать туфельку не стала.
А Оуэн тем временем рассматривал тело, лежащее на постели.
– Вы уверены, что вам не причинили вреда? – спросил он неожиданно.
Вирджиния в растерянности заморгала, пытаясь постичь смысл его слов.
– Он не взял меня силой, если вы это имеете в виду. Вы, верно, заметили, что он полностью одет.
– Да, разумеется, – кивнул Оуэн. Он повернулся к ней, и взгляд его странных глаз сделался еще холоднее, чем обычно. – О, простите… Но уже несколько часов меня терзало ощущение, что происходит что-то… очень дурное. А минуту назад, когда я вошел в эту дверь, я понял, что не ошибся.
– Хотите сказать, сэр, что пришли слишком поздно, чтобы спасти его светлость?
– Нет, мисс Дин. Слишком поздно, чтобы спасти вас. К счастью, вы оказались в состоянии сами постоять за себя.
Она надела вторую туфлю.
– Я решительно не собираюсь оплакивать Холлистера. Полагаю, он был чудовищем. Но его нынешнее состояние никак не может быть поставлено мне в заслугу.
– Конечно. Теперь я это вижу, – заметил Оуэн с убийственным спокойствием.
– Не притворяйтесь снисходительным, сэр. – Она нагнулась, чтобы взять с пола свой плащ. – Еще раз заявляю: я не убивала его светлость.
– Если честно, меня это не заботит. Смерть Холлистера – благо для всех.
– Полностью согласна с вами, однако…
Тихий скрип дверных петель заставил ее замолчать.
– Дверь, – сказала она. – Дверь закрывается.
– Да, так и есть.
Вирджиния бросилась к двери, но Оуэн ее опередил. Однако и он не успел – зеркальная панель стала на место, прежде чем он успел просунуть носок сапога в открытый проем. Услышав зловещий щелчок, Вирджиния пробормотала:
– Все, закрыто…
– Звенья одной цепи, – отозвался Оуэн. – Вся эта затея изрядно злила меня с самого начала.
– Мои соболезнования, сэр.
Не обращая внимания на ее сарказм, он вернулся к постели и взял окровавленный нож. Затем пересек спальню и с размаху ударил тяжелой рукоятью по дверной панели. Раздался ужасающий треск, и по зеркалу пошла длинная трещина. Оуэн ударил еще раз. На сей раз зеркальная поверхность осыпалась зазубренными осколками, открыв взгляду деревянную дверь.
Вирджиния осмотрела новый замок, врезанный в старинную дверь.
– Неужели вы умеете вскрывать замки, мистер Суитуотер?
– А как, по-вашему, я только что вошел сюда?
Он извлек из кармана плаща длинную металлическую полоску, присел на корточки и принялся за дело. Дверь открылась в считанные секунды.
– Сэр, вы меня поражаете, – призналась Вирджиния. – С каких это пор джентльменов обучают благородному искусству взломщиков?
– В моих расследованиях этот навык оказался весьма полезным.
– Другими словами – в ходе вашей кампании, затеянной, чтобы помешать тем, кто вынужден тяжко трудиться. Чтобы помешать таким, как я, верно? А ведь наша вина лишь в том, что мы хотим заработать на кусок хлеба.
– Полагаю, вы имеете в виду мои попытки разоблачить тех, кто зарабатывает на жизнь, обманывая доверчивых и недалеких людей. Да, мисс Дин, именно этому занятию я всецело предавался в последнее время.
– Что ж, тем из нас, кто практикует в области паранормальных явлений, остается лишь надеяться, что вы найдете себе другое увлечение, прежде чем мы помрем с голоду.
– Будет вам, мисс Дин. Разве мое сегодняшнее появление вас хоть чуть-чуть не обрадовало? Не приди я сюда, вы оказались бы запертой в ловушке, наедине с трупом.
– Очко в вашу пользу, – признала Вирджиния.
– Можете поблагодарить меня позже.
– Постараюсь об этом не забыть.
Он бросил нож на пол, затем рукой в перчатке схватил девушку за локоть и увлек к двери. Вирджиния не доверяла Оуэну Суитуотеру, не могла позволить себе доверять ему. За последние несколько недель стало совершенно ясно: этот человек поставил себе цель разоблачить – как обманщиков и шарлатанов – всех практикующих в области паранормального. И он был далеко не первым из тех, кто вел так называемые «расследования», чтобы выставить их, профессионалов в области паранормального, мошенниками.
 
Однако Вирджиния заподозрила, что Оуэн в своем рвении был намерен зайти дальше всех остальных. За последние месяцы две женщины, которые читали в зеркалах – их талант был подобен ее собственному, – погибли при загадочных обстоятельствах. Власти же объявили, что их смерть была несчастным случаем. Но Вирджинию одолевали сомнения.
А может быть, Оуэн Суитуотер задумал нечто большее? Может, не просто захотел отнять у них средства к существованию? Возможно, действуя как судья, он вдобавок принял на себя и роль палача. Было в его глазах нечто такое, что говорило ей: этот мужчина по своей природе охотник, который вполне может наметить себе в жертву и человеческое существо. Хотя…
Да, разумеется, Суитуотер не был ни другом, ни союзником, однако все указывало на то, что убивать ее он не намерен – по крайней мере не здесь и не сейчас. Так что пойти с ним, наверное, разумней, чем пытаться самой отыскать дорогу к спасению. Ведь она даже не знает, где находится!
Дверь осталась позади, и Оуэн приостановился ровно настолько, чтобы зажечь фонарь, который, очевидно, принес с собой и оставил у входа. Вспыхнул огонь, осветивший холодный коридор, стены которого были выложены камнем.
– Где мы? – шепнула Вирджиния.
– В подземелье. Под особняком Холлистера, – ответил Оуэн. – Дом был выстроен на руинах средневекового аббатства. Тут, внизу, – сеть коридоров и комнат, сущий лабиринт.
– А как вы меня нашли?
– Вероятно, вам лучше не знать ответа на этот вопрос.
– Я настаиваю, сэр. Как вы меня нашли?
– Я оставил двух человек наблюдать за вашим домом из пустого дома напротив. Они караулили несколько ночей.
– Сэр, как вы посмели?!
– Я же предупреждал, что мой ответ может вам не понравиться. Когда сегодня вечером вы отправились на сеанс чтения, мои соглядатаи ничего не заподозрили. Но время шло, а вы не возвращались, и тогда наблюдатели послали мне весть. Я отправился в ваш городской дом и спросил экономку, где живет ваш клиент.
– И миссис Крофтон сказала, что я пришла сюда, чтобы читать в зеркале?
– Она очень волновалась из-за того, что вы до сих пор не вернулись. Стоило же мне зайти в особняк Холлистера, и я сразу понял: случилось что-то скверное.
– Вы все это узнали благодаря своему таланту? – спросила Вирджиния, встревожившись.
– Да, конечно.
– Но… каким образом?
– Видите ли, вы не первая женщина, исчезающая в этих коридорах. Разница между вами и прочими жертвами Холлистера лишь в том, что вы остались в живых.
– Боже правый!.. – Ей не потребовалось много времени, чтобы осознать значение его слов. – Неужели вы можете чувствовать насильственную смерть?
– Да, в каком-то смысле.
– Объяснитесь же, сэр.
– Поверьте, вам лучше этого не знать.
– Уже слишком поздно оберегать мою тонкую чувствительную натуру, сэр. Ведь я только что очнулась в постели вельможи, заколотого ножом.
– Очевидно, у вас весьма крепкие нервы. Тем не менее сейчас не время обсуждать природу моего дара.
– Почему же?
– Потому что в данный момент у нас другие приоритеты. Хотел бы вам напомнить: если не вы убили Холлистера, то, следовательно, это сделал кто-то другой. И этот человек, возможно, все еще где-то поблизости.
Она вздрогнула и кивнула:
– Да, вы правы. Приберегу мои вопросы на потом.
– Мудрое решение, – заметил Оуэн.
Он вдруг остановился – так внезапно, что Вирджиния налетела на него. Но Оуэн, казалось, этого не заметил. Он поднял фонарь повыше, освещая коридор справа.
– Чувствуете энергию? – спросил он, понизив голос.