Спасительница мира (СИ)
Узкая тропинка петляла между деревьями, уводя все глубже в лес. Я быстро шла к одному заветному местечку, что открыла для себя не так давно. Матушка о нем еще не знала, и я не решила пока – стоит ли рассказывать.
Дело в том, что там встретила удивительное создание: дивной красоты коня. Он был не совсем обычным. Вроде бы из плоти и крови, но при этом совершенно фантастический! Его шкура сплошь усеяна звездами и сверкает так, что не отвести глаз.
При матушке он никогда не появляется, да и вообще, редко выходит из своего убежища. Но стоит мне прийти, как доверчиво льнет к руке и даже позволяет покататься на нем. Его мягкая грива как шелк. Блестящая, густая, чуть вьется колечками на конце.
Мой тайный друг очень пуглив, поэтому встречаемся мы нечасто и тайком. В этот раз я увидела его прежде, чем подошла. Он выглядел встревоженным. Рыл копытом землю, вздрагивал от шорохов и шумно фыркал.
- Здравствуй, мой хороший! Ждал? – протянула ему припасенную загодя морковку. К моему изумлению он не стал есть угощение, а выбил его из рук.
- Что не так? Тебя кто-то обидел? Напугал? – я пыталась его успокоить. Но не тут-то было. Животное словно взбесилось: уклонялось от руки, бегало кругами и громко ржало. Обычно, звездный конь вел себя тихо и старался не привлекать внимание. От его взбрыкиваний лес будто ожил. Птицы с ближайших веток упорхнули, мелкие лесные тварюшки разбежались, чтобы не попасть под копыта.
- Эй, успокойся! Здесь никого больше нет. Только ты и я, - протянула руки, доказывая чистоту своих намерений. Затем стала подходить ближе: шаг за шагом.
Наконец-то мне удалось подойти вплотную, и я крепко вцепилась в густую гриву обеими руками.
- Тише, тише, это только я. Не обижу, тише! – конь стал успокаиваться, а я продолжала буквально висеть на нем, прижимаясь всем телом к подрагивающей шкуре.
- Ну вот, молодец! Что же тебя так напугало, а? Если бы ты только мог мне рассказать! – еще немного постояла с ним, а затем отпустила. Конь отошел на пару шагов и стал прислушиваться. Он поводил подвижными ушами, пытаясь уловить какие-то, одному ему известные звуки.
Его нервное состояние отчасти передалось и мне. Я тоже стала прислушиваться. Матушка показывала мне, как нужно слушать лес. Лучше всего это делать сидя или лежа на земле. Я не хотела замарать платье, поэтому присела на ствол поваленного недавней бурей дерева, и закрыла глаза.
Ветер нашептывал что-то тысячами голосов. Деревья шумели кронами, поскрипывали толстыми ветвями. Птицы пели тревожную песню: громко щебетали, нервно выкрикивая отдельные фразы. Что бы это значило? Слушать меня матушка научила, а вот понимать – пока еще нет. Я пыталась разложить все звуки по полочкам, как это делала она, но ясной картины не выходило.
Вдруг конь снова тревожно заржал. Я прекратила всякие попытки понять лес и взглянула на него. Конь бесновался – вставал на дыбы и громко ржал.
- Да что там такое? – вскочила со своего места и попыталась увидеть то, что видел он. Над горизонтом поднималась черная туча.
- Что это? – спросила у своего неразговорчивого друга и естественно не получила ответа. Конь рванул в сторону тучи, перескакивая через поваленные деревья.
- Куда ты?
Пришлось бежать следом. Пока я выбирала открытые и чистые места, конь убежал далеко вперед. От быстрого бега сбилось дыхание и мне пришлось притормозить, чтобы перевести дух. Внезапно, он вернулся за мной.
- Ты хочешь, чтобы я села на тебя?
Конь, будто бы поняв, о чем речь, забил копытом и заржал в ответ.
С трудом, но мне все же удалось забраться верхом. Конь резко сорвался с места, едва я успела усесться. Мы неслись сквозь чащу на огромной скорости. Я опасалась, что сверну шею, если соскользну. По мере продвижения поняла, куда же мы мчимся. А двигались мы в сторону города. Вот уж показались вдали первые дома. Среди них – и наш с матушкой. Черная туча становилась все больше, приобретая невиданные очертания: толпы жутких монстров вываливались прямо с неба; спускались на землю, оседлав крылатых тварей.
Мой конь нес меня прямо к тому месту, где они приземлялись. Двигались существа невозможно быстро. Секунда-другая, и они уже за сотню метров от нас. Черная туча прошла над нашим домом и соседними, двигаясь в сторону центра города. Звездный конь безошибочно определил, где мой дом и легко перемахнул скромный заборчик. Остановился прямо у крыльца и фыркнул.
- Я сейчас, быстро! Не убегай, - соскользнула с коня и бросилась в дом.
- Матушка, что там творилось только что! – крикнула с порога. Но мне никто не ответил.
- Матушка? Дядя Родис? Вы где? – я метнулась на кухню. А там…
- Нет-нет, матушка! – я бросилась к лежавшей на полу родительнице. Она и Родис имели странный вид: лица бледные, с синими губами, с почерневшими венами на висках и шее.
- Матушка! – я аккуратно приподняла ее голову и положила себе на колени. Пыталась нащупать пульс, но у меня так сильно дрожали руки, что не получалось найти нужное место.
- Что же это? Боги, помогите! – я плакала над матушкой, прижав ее руки к своей груди.
Веки ее дрогнули, и матушка посмотрела на меня.
- Миранда, дочка! – она с трудом говорила, и каждый звук вылетал с шипением.
- Матушка, родная, это я! Что случилось? – я плакала и от счастья, что она жива, и от боли: видеть ее в таком состоянии было выше моих сил.
- Миранда, забирай гримуар и уходи из этих земель. Найди вторую… вторую…, - матушка так и не успела сказать, что искать. Она издала последний стон и ушла от меня навсегда.
Мир словно выцвел для меня с того момента. От горя я совершенно не понимала, что делать дальше. Просидела над телом матушки до позднего вечера. Из ступора меня вывел мой звездный друг. Я услышала его настойчивое ржание под окном и заставила себя подняться. На онемевших и деревянных ногах вышла на крыльцо.
Конь тревожно пофыркивал, бодался головой и даже попытался жевать мои волосы. А мне было все равно.
- Ее больше нет. Моей матушки больше нет, - рассказывала ему, моему единственному другу и помощнику. Руки сами потянулись к густой гриве, и мы долго стояли обнявшись. Конь терпел и мои объятия, и соленые слезы, что оседали на красивой звездной шкурке.
Когда слезы закончились, я отвела коня в сарайчик к животным и осталась спать с ним. Просто не могла ночевать в одном доме с покойниками. А если снова увижу матушку там, на полу, то точно не усну и никуда не уйду.
Спать под теплым боком у коня оказалось удобно. Я провалилась в темный омут без сновидений. Едва утро засерело, как я оказалась на ногах Сказывалась многолетняя привычка. Где-то шумели крыльями гаги, переругивались соседские псы. А я пыталась понять, что делаю в сарае.
Выйдя наружу и увидев коня – пришло понимание. Это моя новая реальность. Без матушки, дома и без цели в жизни. Нужно уходить отсюда. Прочь из города, туда – где меня никто не знает. Где ничто не будет напоминать об утрате. Да и что меня здесь держит? Клочок земли и старый дом? Никто не даст за это добро и сотни золотых. А после того, что произошло, сомневаюсь, что кто-то захочет здесь жить.
Надо бы заглянуть к соседям. Похоронить матушку по всем правилам и передать в добрые руки немногочисленный скарб и птиц. Негоже бросать их одних.
Я потрепала звездного друга по холке и пошла к соседнему дому. Конь увязался за мной, а я и не стала прогонять. Хоть какая-то компания. Да и есть ли теперь разница, что о нем кто-то узнает? Меня тяготили совершенно другие мысли.
Зашла во двор к тетке Марьяне. Она наша ближайшая соседка и мы продавали ей яйца.
- Теть Марьяна, - крикнула погромче. Она на одно ухо глухая и вечно ничего не слышит. Дверь открыта, значит где-то во дворе ходит. Я обошла огород, заглянула в сарай – нигде не видать.
Недобрые предчувствия закрались в сердце, и я поспешила в дом.
- Теть Марьяна, это Миранда, - гулкая тишина встретила меня в соседском доме. Конь за спиной тревожно заржал, не желая меня отпускать. Я все же пошла дальше и чуть не наступила на ноги. Тетя Марьяна лежала на животе, а черные вены на бледной руке сразу бросились в глаза. Я зажала рот рукой, чтобы не закричать и попятилась назад.