Страж (ЛП)

За время заключения Сетха в Азмодеи демон единственный, кроме Джейдена, никогда не причинял ему боли. Именно Асмодеус научил его наносить грим, наводивший ужас на других. И, несмотря на всю болтовню, Сетх никогда не обижал Асмодеуса.
Печальная истина заключалась в том, что Асмодеус больше всех подходил на роль его настоящего друга... именно поэтому его шафером стал демон, освобожденный от служения Нуару несколько лет назад, пока Сетх находился в заточении.
Асмодеус подошел поправить шейный платок Сетха.
– Честно, я рад, что ты единственный, кого она захотела в это нарядить. В этом немыслимом безобразии ты похож на девчонку.
Сетх окинул его взглядом.
– Радуйся, что я смягчился, и ты один из четверых приглашенных гостей.
Асмодеус усмехнулся еще шире.
– Конечно, Господин Хозяин-Страж. Кроме того, ты же не захочешь, чтобы кровь заляпала взятый на прокат смокинг твоего демона-шафера? Это расстроит Хозяйку-Шакала.
Сетха захлестнула волна гнева.
– Знаю, что ты шутишь насчет титулов, но больше никогда не называй меня так.
Асмодеус отступил и склонил голову набок, словно пытаясь понять, что так сильно раздосадовало Сетха.
– Как же мне тебя называть?
– Сетх.
Демон засмеялся, но замолк, заметив вопросительно приподнятую бровь полубога.
– Извини, Господин... но я не могу.
– Что такого смешного в моем имени?
– Просто, мне кажется, что Сетх звучит еще более зловеще. Оно ведь сочетается со смертью... Хотя, возможно, так будет даже лучше.
Асмодеус хлопнул его по спине, меняя тему.
– Ты нервничаешь?
«Едва ли. Немного взвинчен. Раздражен. Нетерпелив. Но точно не нервничаю».
– А должен?
– Мне говорили, что многие нервничают, готовясь связать свою жизнь с кем-то. Лично меня бы от такого мутило.
– Почему?
– Одна женщина? Навсегда? – Асмодеус задохнулся от одной только мысли.
Сетх кивнул.
– Она не просто какая-то женщина.
«В целом мире нет другой такой».
– Ага, все так думают. Но стоит только окольцеваться, и жена до конца твоих дней будет стараться тебя доконать.
– В смысле?
Асмодеус начал загибать пальцы.
– Ныть. Пилить. Расти вширь.
Сет нахмурился.
– Что?..
– Ты в курсе, что женщины набирают вес после залета.
Сетха сбили с толку такие рассуждения.
– Лидия беременная, а не толстая.
«И виноват в этом я, а не она».
– Асмодеус! – крикнул Маахес, перемещаясь в комнату. – Завязывай с попытками подбить его на побег.
– Подбить? Я пытаюсь его спасти.
Маахес усмехнулся Сетху.
– Мне кажется, он не хочет, чтобы его спасали.
Определенно не от Лидии, но Сетх не собирался об этом говорить вслух.
– Пора? – спросил он бога.
– Почти, – Маахес окинул его наряд косым взглядом. – Ты же не пойдешь с такой прической?
«Ладно, вот сейчас я нервничаю».
– Почему нет? Я причесался.
Маахес усмехнулся.
– Выглядит неплохо, Пойндекстер [12].
– Кто?
Маахес молча оттащил его от зеркала, а потом занялся прической.
Сетх попытался вырваться, но Маахес его не отпустил. Тогда он попытался по-другому отделаться от надоедливого бога.
– Что ты делаешь?
– Опусти руки.
«Черта с два».
– Боги всемогущие, что тут происходит?
Сетх оттолкнул Маахеса, услышав голос Маат. Обернувшись, он увидел, что тетушка с удивлением смотрит на них.
– Ничего.
– Я пытаюсь сделать его прическу хоть немного привлекательной.
Маат выгнула бровь.
– В этом нет ничего красивого.
Сетх обернулся и глянул в зеркало. До этого он хоть слегка пригладил волосы, а теперь они торчали во все стороны как у Асмодеуса.
– В таком виде я отсюда не выйду.
Закатив глаза, Маат вышла вперед.
– Иди сюда, дитя.
Сетху хотелось вспылить, но за последние несколько месяцев он медленно стал привыкать, что Маат с Маахесом ему не враги.
Они семья. Спустя столько времени она у него наконец появилась. Сетх до сих пор с трудом в это верил.
К этому привыкнуть очень сложно. Заставлять себя понять, что не все хотят причинить ему вред. Осознать, что в мире есть люди, которые могут любить его, не причиняя боли.
  
Маат ласково потрепала его по руке.
– Тебе придется присесть или преклонить колени, Сетх. Иначе я не смогу дотянуться до твоих волос.
Из-за ее силы и незаурядной внешности очень легко забыть, насколько миниатюрна эта богиня. Как и Лидия, она едва доставала ему до середины груди.
Сетх опустился на колени, чтобы тетя быстро привела в порядок его волосы.
Как только она закончила, Сетх встал и пошел глянуть на результат. На голове снова красовалась бурная копна кудрей.
С кривой усмешкой он потянулся их выровнять.
– Не смей! 
Ни разу он не слышал в голосе Маат такой суровой нотки.
– Я похож на женщину.
– Нет, ни капли. Поверь мне. − Она бросила резкий взгляд на Маахеса и Асмодеуса. – И не смейте мне перечить.
Маахес поднял руки вверх.
– Я никогда не стану тебе перечить.
– Вот и славно. – Маат снова посмотрела на Сетха. – Лидия хочет свадьбу в стиле «Красавицы и Чудовища». По мне, ты выглядишь великолепно.
Асмодеус захохотал во весь голос.
И успокоился, поняв, что остальная троица смотрит на него в недоумении.
– Ой, да ладно вам. Только не говорите, что сами до этого не додумались. Лидия – шакал, а значит «чудовище», а в таком виде, – демон махнул на Сетха, – он смахивает на «красавицу».
Он взорвался новым приступом хохота.
Маахес встретился взглядом с Сетхом.
– Если хочешь, я могу его убить.
– Нет, не нужно… Я сам с огромным удовольствием этим займусь.
Маат остановила его, прежде чем Сетх успел дотянуться до шеи Асмодеуса.
– Тебя ждет невеста. Ты правда хочешь впустую тратить время на разборки с демоном?
– Ладно. Но позже... я получу его голову на серебряном блюде.
***
Лидия взяла Солина под локоть. Одетый во все черное, с собранными в гладкий хвост волосами, он был невообразимо красив.
Отец накрыл ее ладонь.
– Ты же знаешь, что не обязана этого делать. Еще не поздно приказать Джорджу переместить нас домой.
– Папочка, – прошептала она. – Я люблю Сетха.
Он поднял ее руку и поцеловал пальчики.
– Я всю жизнь ждал, когда же ты меня так назовешь. Спасибо.
Он снова положил ее руку на изгиб своего локтя.
– Ты же знаешь, что я люблю тебя?
– Конечно. И хотя мне не по вкусу твоя свадьба с эти ублюдком, я обещаю, что всегда буду вежлив с ним.
Вот только у них очень разные представления о вежливости. И все же, отец прилагает усилия, и за это она готова дать ему пару очков.
Маат распахнула дверь прихожей.
– Сетх ждет тебя у подножья лестницы.
В бледно-желтом платье Маат была потрясающей подружкой невесты. Точнее – самой лучшей. У Лидии не было так много близких друзей, и весь остальной мир, за исключением этой горстки бессмертных, считал ее мертвой. Так что Меньяра как нельзя лучше подходила на эту роль.
Маат протянула ей букет невесты...
Розовые и белые лилии. Лидия взяла их со слезами на глазах. Сетх настоял на этом букете.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Солин.
– Гормоны.
«В беременности один неприятный нюанс: глаза все время на мокром месте. Это ужасно».
Маат вывела их из комнаты и повела в тронный зал, украшенный лилиями и белыми шелковыми лентами.
Но Лидия не смотрела на праздничное убранство и друга, приглашенного Маат провести церемонию.
Ее внимание приковал к себе Сетх в причудливом пиджаке и бриджах. Она знала, что он будет неотразим, но его вид превзошел все ее ожидания.
«М-м-м… Так и хочется облизать».
Отец подвел ее к Сетху, после секундного колебания поцеловал в щеку и отошел сесть рядом с Торном и Амброзием.