Властелин воды (СИ)

Что ж… сегодня на приеме и посмотрим, что у нас за новая смена магов растет. Как раз начнем с тех, у кого стихия Земли, и кто в ближайшее время отправится на Север с маршалом Алистером…
*****
На утренний доклад глава Инквизиции явился точно в назначенное время, добавляя вчерашние новости к утренним. Смысла разделять их не было — большинство донесений относились к Минэю, и все они связаны между собой. Чтобы правильно оценить события, происходящие в Западном Эскеле, стоило дождаться этих утренних донесений, сейчас общая картина стала более или менее понятной.
— Ваше Высокопреосвященство, у меня сегодня для вас много новостей, но не все из них хорошие…
— А разве у тебя, Вергелиус, бывают вообще хорошие новости? — поморщился Понтифик — Выкладывай, добей уже без жалости несчастного старика…!
«Несчастного старика»?! Это что-то новенькое… Раньше Аполлинариус не позволял себе так расклеиться. Видно совсем уж прижало капризного старца, если он начал ныть, вместо того, чтобы запустить в стену очередным кубком или чашкой.
— Вчера вы легли рано, и я взял на себя смелость вас не беспокоить, посчитав, что новости из Минэя вполне терпят до утра. Сегодня к ним добавились свежие, что позволяет даже лучше оценить ситуацию.
Не давая Понтифику вставить очередное ехидное словцо, мессир бодро продолжил
— Итак, сначала вчерашний день: утром пробудился очередной источник с магией Земли в окрестностях Минэя. В Ордене выброс силы почувствовали, но он не был таким ярким, как в первый раз. В результате Касталис провел успешные инициации послушников, несколько подмастерьев повысили свой уровень, став мастерами. Один из мастеров Ордена Земли — Троус — этим утром показал уровень грандмастера.
— И Касталис, конечно же, снова клянется, что он совершенно ни при чем? — зло усмехнулся Понтифик — тебе не кажется, что это уже переходит все границы?!
— В этот раз причин не верить ему нет, магистр свой уровень не увеличил. Думаю, дело еще в том, что Касталис ужесточил требования к обучению в своем Ордене. Мне доносят, что его маги теперь не пропускают ни одной службы в базилике и ни одной тренировки, причем не из-за боязни наказания, а исключительно по собственному желанию. Перспектива быстро стать сильным магом, вдохновляет, знаете ли...
Вергелиус помолчал, обдумывая сказанное и осторожно добавил
— Такая же ситуация в Ордене Огня и в Ордене Воздуха — у магов там происходит какой-то взрывной прирост силы! Еще одно нововведение во всех трех Орденах — во время вечерней службы маги теперь опустошают внутренние источники, сливая силу в источник.
— Что за глупость, так неразумно тратить драгоценную магию?! — возмутился Понтифик — Кто придумал такую чушь? Или они нашли какой-нибудь древний свиток?
— Это мне установить пока не удалось — пожал плечами Вергелиус — но говорят, что метод действительно способствует повышению личного уровня силы. С одной стороны — это даже играет нам на руку, поскольку служит на благо укреплению армии, а с другой...
Договаривать фразу не было смысла, Понтифик и так прекрасно понял, что Инквизитор имел в виду: в центральный Храм из базилик трех Орденов по-прежнему перетекают крохи магии, источник под резиденцией Понтифика так и не прибавил мощи. Инквизиции от пробуждения новых источников тоже ничего не перепало — ни один из паладинов уровня не повысил.
Впрочем, такая же безрадостная обстановка была и в Ордене Воды, где маги уже начали тихо роптать, считая виноватым в такой несправедливости своего престарелого магистра Кеониса. Логики в подобных обвинениях не было, но кто-то упорно продолжал распускать нелепые слухи, разрушающие авторитет давнего соратника Аполлинариуса. В этом Ордене явно назревал бунт, и только Единый знал, чем все может закончится. Хотя понятно чем — кто-то из молодых магов, повысив уровень до магистра, нагло бросит вызов Кеонису.
Понтифик откинулся на спинку кресла и недовольно нахмурился. Вергелиус не упустил случая отправить шпильку в адрес еще одного его ставленника
 
— Вечером пришло еще несколько донесений из Минэя. Если коротко, то грандмастер Илиус, почувствовав пробуждение источника, помчался к нему и без вашего разрешения попытался повысить свой уровень магии. Видимо пожадничал и теперь отлеживается, приходя в себя. При этом Илиус еще и запретил Йену Тиссену сообщать нам о новом источнике.
— Что?! Проклятый интриган, никому верить нельзя!
Вергелиус опустил глаза, чтобы скрыть в них злорадство, и скромно заметил
— Позволю себе напомнить, что этот грандмастер был исключительно вашим выбором. Я предлагал вам другую кандидатуру. Но хвала Единому, там есть кому за ним присмотреть. Например, о запрете Илиуса мне сообщил Фридрих Тиссен. Еще одному осведомителю из городской стражи удалось узнать, что в тот день на рассвете город покидал лишь небольшой отряд головорезов для смены дозорных на дороге, ведущей на Ведьмин перевал. Так что, похоже, вы, как всегда, оказались правы: маги-отступники находятся не в Минэе. А Йен Тиссен не имеет никакого отношения к последнему пробуждению источника, как и его придворный маг Фридус — они несколько дней вообще не покидали столицу, поскольку в Замке шла подготовка к сегодняшнему приему военных.
— Что за прием? — насторожился Понтифик
— Ничего особенного. Видимо мальчишка решил наладить связи с армией.
— Щенок не наигрался в солдатиков? — ухмыльнулся Понтифик — Или уже мнит себя великим полководцем после победы над Меркусами?! Ладно, …пусть Фридрих не спускает глаз со своего шустрого племянника! Укрепление армии Тиссенов нам конечно на руку, но я хочу знать о его планах подробнее. Я, так понимаю, это еще не все неприятные новости? — старец впился в инквизитора проницательным взглядом — Самое плохое ты, как всегда, припас напоследок?
— Вы правы… — “горестно” вздохнул Глава Инквизиции — есть новость, сулящая нам гораздо больше бед, чем пробуждение источников и самовольная инициация магов отступниками.
— Да, что уж может быть хуже?!!
— Кракен видимо подыхает. Уже три декады, как его никто не видел. А до этого он вдруг стал очень медлительным. Словно сонным. И ваш друг магистр Кеонис ничего не может сделать, ведь кракена создавал еще прежний магистр Ордена Воды — ашев отступник Лимс. Так что боюсь, скоро все побережье Микении и Ирут останутся совершенно беззащитными перед пиратами Свободных островов. Вопрос только в том, когда они догадаются, что защиты от них больше нет…
******
…Пока ведьмочки шли по лесу к святилищу, Бренна вся извелась от нетерпения. То Марта какую-нибудь редкое растение в стороне увидит, то возьмется корешок маленьким совком выкапывать, то начнет кусок коры ножиком срезать. А уж если увидит на кусте запоздалые ягоды, ни за что мимо не пройдет..
— Сестра, мы так и до ночи с тобой не доберемся!
— Не ругайся, Бренна. Осень ведь на дворе, скоро многие растения уснут до весны, и что — за каждой мелочью в лавку травника бегать? Да, и идти осталось всего ничего — я веду тебя к святилищу самой короткой тропинкой.
— А, по-моему, здесь и тропинки никакой нет…! — фыркнула старшая ведьма, перешагивая через корни деревьев и обходя стороной большие муравьиные кучи.
Но ворчала Бренна скорее для вида, чтобы Марта совсем уж не забыла, зачем они в лес пришли. А сама невольно улыбалась, чувствуя, как наливается природной силой ее тело, и как жадно тянется оно к еще невидимому, но уже ощущаемому источнику святилища Мереи. Как же ей не хватало этого в городе…! Она уже стала забывать, как это здорово — затеряться в лесу, и забыв обо всем, слиться с ним, стать его частью.
Пока Марта отвлеклась в очередной раз, Бренна шагнула к старой березе и прижалась лбом к ее белоснежному стволу. Закрыла глаза и замерла, прислушиваясь к шелесту листвы и потокам силы внутри дерева. «Осень… — шептало ей дерево — скоро придет время сбросить листву и погрузиться в покой до весны… А весной ты приходи ко мне, ведьма, я щедро поделюсь с тобой живительным соком…». «Приду — пообещала Бренна дереву — а пока засыпай. Да, будет твой зимний сон безмятежен».