Властелин воды (СИ)

Придворный маг, посмотрев на все это, озадаченно почесал нос
— Ты как-то странно магичишь, Йен… Такое ощущение, что заклинания у тебя срабатывают еще до того, как ты успеваешь его до конца произнести. Как у тебя это получается?
— Не знаю. Меня ведь в Ордене не успели ничему научить. Основное обучение должно было начаться только после моей инициации. Так что все эти заклинания я начал осваивать по дороге домой, когда моим Учителем стал маг Воздуха.
— Оно и заметно, что не маг Огня… — проворчал Фридус — заклинания вроде бы огненные, а магичишь ты, как настоящий воздушник. Понимаешь, Огонь силен, когда он подпитывается сильными эмоциями: гневом, яростью, обидой, ненавистью к врагу. А Воздух всегда холоден — его сила в спокойствии, уверенности и отсутствии эмоций. Холодный рассудок — главное оружие воздушника, иначе сила рассеется в окружающей среде. И у тебя просто какая-то мешанина получается.
— Ну, так ведь заклинания работают? У меня же и стихии смешаны.
— Йен, боевая магия — это всегда определенный набор заклинаний, подходящих для своего уровня силы, потому что в бою некогда думать, там не до выбора. И маг всегда стремится работать с заклинаниями своей стихии, именно потому, что она быстрее и легче отзывается. Скорость, Йен! В бою очень важна скорость. Так что давай все-таки начнем со стандартных заклинаний Огня, но уровнем повыше, чем твои “плеть” и “кольцо”. Думаю тебе по силам уже и “огненный цветок”. Слышал, наверное, про такой?
— Но ведь это кажется, заклинание третьего уровня? — удивился я — Не рано ли мне?
— Вот сейчас проверим, а заодно и твой уровень. Этот “цветок” по сути большой огненный шар, но сжатый силой магии до размера сливы или ореха. Из-за этого мощь Огня возрастает многократно. Сжатый шар летит уже со скоростью стрелы, а при попадании раскрывается длинными огненными лепестками, поэтому и площадь поражения у него огромна. Главная трудность тут для мага — сжать шар. Слушай внимательно, смотри за моими руками и сразу запоминай это заклинание…
С интересом наблюдая за тем, как лихо магичит Фридус, за секунду сжимая огненный шар диаметром с полметра до размера грецкого ореха, я вдруг подумал о том, что сжимать таким образом можно не только шары. При должном уровне мастерства можно ведь и огненную плеть сделать толщиной со струну гарроты, а поток пламени, стекающий с острия ас-урума мне по силам превратить в подобие тонкого лазерного луча. Дальность и мощность такого луча наверняка возрастет многократно! И тогда перспективы передо мной открываются просто ошеломительные — с его помощью можно будет как ножом резать металл и камень, и проделывать в них отверстия любого диаметра.
Фантазия моя разыгралась не на шутку, и я кровожадно ухмыльнулся, представив, какое красивое и страшное оружие может в результате получиться: сначала появляется красная точка на лбу врага, как метка от лазерного прицела, а потом по тонкому лучу прилетит прицельный импульс сжатого огня вместо пули. И никто даже не догадается, что это было! Боевая магия здесь по сути контактная — ну, десять метров, ну, пятьдесят, сто — это уже у самых сильных магов. Дальше сотни только уже из лука и арбалета бьют. А тут вдруг «стрелок» оказывается вообще вне зоны видимости врага — да, я блин, просто снайпером — невидимкой буду! Единственное, что магии это скорее всего сожрет прорву, но все равно нужно попробовать…
******
…Нянюшка укоризненно оглядела усыпанную осколками комнату и покачала головой
— Девочка моя, послушай… судьба любой женщины — выйти замуж и покинуть дом, в котором она родилась. Покойный князь все равно выдал бы тебя замуж за кого-то из своих вассалов, рано или поздно. Так почему не юный Тиссен? Он хотя бы князь, и княжество у него не самое бедное.
— Вот именно потому, что он Тиссен, и потому, что он юный! Наглый сопляк! — Иоганна уперла руки в бока, как заправская купчиха и зло сверкнула глазами на женщину, заменившую ей мать — А еще он убил моего отца и брата!
— Ну, ты же сама знаешь, что это неправда — снова покачала головой пожилая женщина — Нашего князя наказали боги за его жадность и нарушение древнего договора, а про смерть Готфрида ты слышала от нескольких очевидцев, и все они говорят одно и то же: твой брат сам напал на Тиссена и сам напоролся на его меч. Йен вовсе не хотел убивать Готфрида.
 
— Ты говоришь так, потому что сама родом из Фесса!
— Нет. Ты прекрасно знаешь, что Тибал стал мне вторым домом, и вы для меня как родня. Именно поэтому я и призываю тебя отринуть гнев и подумать, как следует. Твоя судьба в руках Регентского Совета, и они все равно выдадут тебя замуж за того, кого посчитают нужным. Но перед этим еще и перегрызутся как собаки за кость, ввергнув княжество в междоусобную войну. Ты точно хочешь выйти замуж за победителя? За одного из этих матерых волков, мечтающих сесть на княжеский трон?
— Зато я останусь дома!
— А долго ли ты проживешь после рождения наследника? Зачем ты им со своим несносным, упрямым характером? Чтобы ты постоянно лезла в их дела? Да тебя и к ребенку-то никто не подпустит, стоит ему немного подрасти. Запрут в княжеских покоях или чего доброго сразу отправят в Обитель Скорбящих.
— С какой это стати?!
— Например, объявят сумасшедшей — печально усмехнулась женщина, кивая на битые вазы и раскиданные по полу цветы — ты ведь порой ведешь себя до неприличия строптиво. Решат на своем Совете, что ты представляешь опасность для наследника, и лишат тебя права его воспитывать. А когда ты закатишь им очередной скандал, дав волю своему необузданному гневу, быстро спровадят к сестрам в Обитель. На исцеление.
Иоганна Меркус зло фыркнула и отвернулась к окну, не желая признавать правоту нянюшки. Но ведь если по совести, то, пожалуй, так оно и будет… Это Тиссену их Восточный Эскел не нужен — ему со своим Западным разбираться еще и разбираться — а стервятники из Совета только того и ждут, как бы завладеть ее наследством. И если бы не огромные репарации, наложенные Тиссеном за незаконное использование захваченных когда-то земель, и не потеря Тибалом золотого рудника на севере, Совет в жизни бы не предложил ее в жены молодому соседу!
А так эти ушлые мерзавцы одним махом избавятся и от огромного долга, и от строптивой княжны. Пока еще наследник Восточного Эскела родится и вырастет — за это время Совет все тут подгребет под себя. Договор-то ими составлен весьма хитроумно.
— Ну, и что ты предлагаешь? — расстроенно прикусила губу княжна. Ощущать себя племенной кобылой, которой еще и откупаются от чужих грехов, было обидно и унизительно.
— Договориться с Тиссенами по-хорошему. Будь жив Ульрих, я бы и сама предостерегла тебя от брака с этим бездушным чудовищем, но с Йеном можно попробовать поторговаться о достойных для себя условиях.
— Да, он же на полтора года младше меня, сопляк совсем!
— Так это и хорошо, что он не успел заматереть. Тем легче тебе будет поладить с ним и приручить его лаской. А там глядишь, еще и полюбите друг друга.
— Вот еще! Говорят, он уродлив, как сто демонов! У него и лицо, и все тело покрыто страшными шрамами от ожогов!
— Да, какая тебе разница, если он никогда не снимает личину!!! — вспылила няня, потеряв всякое терпение — ребенок-то ваш все равно будет красивым. Йен, говорят, вылитый дед Марций, а тот, уверяю тебя, был настоящим красавцем.
— Нянюшка! — топнула ногой княжна — Да, этот Йен такое же чудовище, как и его старший брат. Неужели ты не слышала, что он лично пытает людей в подземелье?!
— Мало ли чего люди говорят. Про тебя тоже много сплетен ходит, но разве есть в них хоть капля правды?
На это Иоганне Меркус возразить было нечего. И она снова уставилась в окно. До праздника в честь дня рождения князя Тиссена еще есть время, и время обдумать разговор с ним тоже. Они оба не хотят этого брака, а значит есть надежда, что Йен не станет силой удерживать ее рядом с собой после рождения сыновей. Просто нужно будет потерпеть лет пять и родить ему двух наследников, один из которых позже станет князем Восточного Эскела. А потом она сможет покинуть Минэй и поселиться где-нибудь на побережье теплого Закатного моря.