Снежная сага (СИ)

   Больше времени на раздумья не было. Властелин поймал инициативу и теснил Хремгира шаг за шагом к противоположной от себя стороне круга. На лице воина играла злорадная ухмылка; казалось, он не сомневался в том, что в два счёта одолеел этого Ледяного выскочку-"самозванца".
   Но сдаваться Хремгир пока не собирался. Он понимал, на что шёл, вызывая Огненного на бой; об этом они с Шшоргом и Георгием договорились в повозке под дерюжным покрывалом, лёжа на мешках с чем-то твёрдым. Каремник считал, что должен хотя бы попробовать победить, чтобы оправдать всё то, что для него сделали его спутники, а ныне - соратники. Да и волшебный артефакт тоже кое-какая подмога...
   Отбить сверху вниз выпад противника, шаг вбок - и первая атака: лёгкое обманное движение и горизонтальный укол в корпус. Властелин в последний миг отклонился назад, и оружие совсем чуть-чуть не достало до тонкого нагрудника.
   Непоколебимая уверенность в глазах сменилась удивлением, а следом и яростью. Удары воина стали чаще и размашистее. Он рубил теперь почти сплеча, успевая накручивать в каждой атаке по одной-две обманки, делал выпады, подаваясь вперёд всем телом. Но Хремгир раз за разом отражал всё это и уклонялся, а в крохотные промежутки между ударами пытался сам уколоть противника.
   Лёд и Пламя сталкивались вновь и вновь. С объятого огнём клинка слетали искры, серебристо блестящий же звонко пел. В тех местах, куда доставало пламя, на мече Хремгира выступал тонкий слой влаги - но тут же замерзал обратно, когда оружие поединщиков ненадолго расходилось.
   Наблюдать за этим танцем двух стихий было невероятно волнительно. Обтянутый перчаткой палец Георгия невольно напрягся на спусковом крючке; но руку с пистолетом следак в это время держал опущенной: не хотел поддаться нервам и случайно попасть последней пулей в Хремгира. С его, Георгия, стороны это было бы попросту несправедливо.
   А Огненный, похоже, поверил, что патронов у него завались. Вот чего стоит подлинная уверенность - но не в своих возможностях, а в психологическом превосходстве.
   Вдруг следователь заметил, что вокруг сражающихся снег начал у самой земли закручиваться в лёгкий вихрь. Лица теперь то и дело касались морозные дуновения, а меч Огненного каждый раз что-то будто отводило чуть вбок, не давая нанести смертельный удар Хремгиру.
   Георгий повернулся к стоявшей рядом Наталье - то увидел, как напряжённо и сосредоточенно та смотрит на поединщиков, сжимая в руках древко копья. Следак коснулся её ладони, а когда Наталья вскинула на него глаза, молча покачал головой, сказав одним своим взглядом: "Не надо".
   Хремгир, как и сам Шитов, привык играть честно, жить, образно говоря, "без читов", на хардкоре, терпя все гадости, преподносимые судьбой, и стараясь что-то с этим поделать ровно по мере своих сил. А победы в бою благодаря именно такому "читу" в виде чужой сверхспособности Хремгир бы Наталье точно не простил. И неизвестно, что тогда было бы.
   Но поднимавшийся было ветерок стих, предоставив каждого его же собственной участи.
   Хремгир своим сопротивлением уже оттеснил Властелина назад в середину круга. Разошедшийся в начале схватки, Огненный двигался уже не так угрожающе быстро, а сберёгший силы каремник понемногу наращивал скорость. И плевать, что у него было катастрофически мало опыта, - руки словно сами знали, что делать.
 
   - Тебе меня не победить, щенок! - прорычал Властелин, начиная новую атаку.
   - Посмотрим, - выдохнул Хремгир и подставил свой клинок. И поднапрягся.
   Мечи соприкоснулись и застыли в жесточайшем клинче. От них шёл лёгкий пар: влага, выплавляемая огнём на льду, не могла затвердеть опять и испарялась. Часть её попадала и в пламя, заставляя его тихо шипеть, - и тоже рассеивалась в воздухе.
   Разъярённый Огненный воин, оскалившись, со всей силы нажимал на собственное оружие. Хремгир сдерживал этот напор своим.
   Но Властелин всё же был сильнее. Инсталляция из скрещённых клинков стала помаленьку отклоняться в сторону каремника. Тот, стиснув зубы, старался, как мог, отвести от себя угрозу.
   Рука Георгия с пистолетом начала было медленно подниматься... Теперь уже Наталья обхватила пальцы следака на рукоятке своими, и "ствол" так и остался нацелен в снег - просто чуть дальше.
   Неожиданно воин отклонил меч Хремгира вбок, разорвал клинч и, взревев, нанёс сокрушительный рубящий удар сверху вниз.
   Наталья ахнула от ужаса. Потом завизжала.
   Георгий прижал её к себе и мягко отвернул её лицо от круга.
   А там было чему испугаться.
   Хремгир всё же среагировал на удар Огненного и успел немного отклониться - но недостаточно. Пылающий меч скользнул по его волосам и отхватил с левого плеча кусок плаща. От огня мех затлел - а волосы и открывшийся рукав нижней рубахи каремника загорелись.
   Хремгир закричал от боли и жара и, не видя, что делает, навалился на эфес всем весом. А когда клинок преодолел твёрдую преграду брони и вошёл на большую часть длины во что-то мягкое, каремник отпустил рукоять, упал наземь и принялся сбивать пламя и засыпать горящие места снегом. Подбежавшие Георгий, Наталья и Шшорг стали ему в этом помогать.
   Властелин оторопело посмотрел вниз, на пронзившую тело насквозь магическую ледышку, по которой стекали ручейки крови (его крови!), шагнул назад, однако нога подогнулась, и он повалился на снег, пятная его красным.
   Огненный Меч выскользнул из ослабевших пальцев и упал рядом со своим обладателем. Пламя плавило и испаряло под клинком снег - и постепенно затухало, словно бы вместе с воином жизнь уходила и из его оружия.
   Горцы и латники молчали. Бой закончился, но вот кто в нём победил? Вернее, победил ли хоть кто-нибудь?..
 
   Огонь на мече окончательно потух, и тот превратился в обычный кусок обгоревшего металла, который тихо лежал, никому не нужный, на промёрзлой земле.
   - Ты как, в порядке? - спросил Георгий и затушил последний огонёк на плече вяло стонущего Хремгира.