Снежная кукла злодея (СИ)
— И стерва! — не выдержала я.
— Не без этого! — засмеялся Бастиан, но очень быстро стал серьезным и внимательно посмотрел на меня. — А теперь, Роксана, давай еще подумаем. Как ты считаешь, все ли люди, кто знает о моих делах, принесли клятву? — Его голос обжигал пламенем, а взгляд замораживали душу.
— Н…н…нет, — еле слышно пискнула я.
— Серьезно? И кто же, по-твоему, не давал ее?
— Вы? — аккуратно спросила я и сжалась.
Повисла тишина, Бастиан пытался сохранить серьезное выражение лица, но не выдержал и улыбнулся.
— Я? А зачем мне приносить клятву себе? Каким болваном надо быть, чтобы сдаться добровольно?
— Правильно, вам не за чем ее давать, поэтому я и говорю, что не все.
— Допустим я не приносил, но ты же понимаешь, что тебе придется.
— Что? — я испуганно взглянула на Бастиана. Если я когда-то скажу об этом отцу, то в лучшем случае впаду в кому, в худшем — вовсе умру. Я на такое не была готова и еще раз уставилась на Бастиана.
— Да. Я серьезно. И у тебя есть только два варианта. Либо ты сейчас добровольно принесешь клятву…
— Либо? — прошептала я, отведя взгляд от Бастиана к окну и заметив, как на небе начали появляться первые звезды. Сколько уже я тут сижу?
— Либо сейчас я выделю тебе белый лист бумаги, ручку и десять минут для завещания. А потом вернусь в кабинет.
Повисла такая тишина, что я слышала собственное сердцебиение. Он мне угрожает? Серьезно?
— Но меня будут искать… — прошептала я, все еще надеясь, что Бастиан сейчас засмеется и скажет, что это все шутка, но он молчал.
— Будут, но не найдут. Я скажу, что ты ушла после прихода брата, передумала и решила принять его предложение, а куда дальше — неизвестно, — голос был ледяным, а взгляд стал каменным, как будто ему самому не нравится вся ситуация, или мне просто хочется так думать.
— Вы и про Рои знаете? — тихо спросила я.
— А вы действительно оба думали, что я не замечу на своем участке сильного мага? Ладно ты меня недооцениваешь, но он… Я слышал о нем более лестные отзывы.
— А что будет, когда я принесу клятву? — все также тихо спросила я, глубоко вдыхая воздух, в котором витал запах древесного одеколона, и почему запах того, кто сейчас мне угрожает, успокаивает? Я точно дура!
— Ничего, — Бастиан неожиданно легко откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову. — Будешь жить, как и жила, а захочешь — примешь приглашение Рои.
Я снова молчала. Естественно, выбора у меня не было, так как альтернатива так себе, но и произнести согласие вслух я не могла. Было слишком страшно, и Бастиан это понимал.
— Идем! — резко скомандовал он и вскочил из кресла.
Мы молча спустились на первый этаж, прошли во вторую часть дома и повернули к лестнице, ведущей вниз, когда дверь одной из спален отворилась, и оттуда вылетела Сара в одной сорочке.
— Бастиан, я… Ой, — увидела она меня и выпучила глаза. — А что она тут…?
— Потом! — оборвал ее Гретский и потащил меня в ту часть дома, которая была скрыта на плане.
Это оказалось просторное помещение, все стены которого были сделаны из странных и неизвестных золотых и красных пластин, в центре же золотого пола были нарисованы неизвестные мне руны. В одном углу комнаты я обнаружила дверь, защищенную не хуже сейфа, а в другом — маленький постамент.
Бастиан прошел сначала к двери, открыл ее и быстро достал небольшой прозрачный камень. И я уже знала, для чего он. Бастиан зашагал к постаменту, а я поплелась следом, только сейчас заметив в руках Гретского помимо камня маленькую свернутую бумажку.
Когда камень занял свое место, Бастиан протянул мне свернутый вчетверо листок, но внезапно резко одернул руку и пошел обратно к двери, я же застыла в немом недоумении. Признаться, я до сих пор не верила в реальность происходящего, но с каждой минутой ситуация становилась все более странной.
Бастиан тем временем вынул из-за той же двери другой листок и ручку, приложил лист прямо к стене и начал что-то писать, периодически останавливаясь, что-то зачеркивая, думая и продолжая.
Вернулся он через пару минут и аккуратно положил новый лист рядом с камнем.
— Положи обе руки на камень и произнеси то, что написано.
Я послушно встала перед постаментом, вдохнула полной грудью и положила руки на камень. Ой Роксана, и что же ты наделала со своей жизнью! Я даже зажмурилась, боясь, что камень меня обожжет, но я не почувствовала ничего, кроме тяжелого взгляда Гретского. Выдохнула, открыла глаза и принялась читать текст:
— Я добровольно даю клятву неразглашения, подтверждая свою личность не именем, не фамилией и не титулами, которые могут меняться, а своей физической, душевной и магической составляющей, которые делают из меня единое целое. Если я кому-нибудь хотя бы попытаюсь рассказать о том, чем занимается господин Бастиан Гретский, какие цели преследует и чем зарабатывает на жизнь, мои физические, душевные и магические составляющие вмиг рассыпятся, перестав делать из меня кого-то, и исчезну я не из этого мира, а с этого света.
Когда я произнесла последние слова, снова зажмурилась, все еще боясь боли, но снова ничего, только слабое зеленое свечение, которое подтвердило, что моя клятва принята.
Я посмотрела на Бастиана, желая получить разрешения убрать руки, а то вдруг еще нельзя и меня прям тут прибьет. Но Бастиан кивнул. Я спрятала руки за спину, как будто опасаясь, что меня сейчас еще заставят в чем-нибудь поклясться.
Так мы и стояли в тишине, пока Бастиан не заговорил тихим, хриплым и даже тяжелым голосом:
— Роксана, прошу тебя, уходи к брату. Я слышал, что он хороший человек, он защитит тебя от семьи. Тут тебе делать нечего. Видят Боги, я не хотел брать с тебя клятв, я хотел, чтобы ты ушла.
— Но я уже ее дала, какой теперь смысл? — безрадостно спросила я.
— Роксана…
— Господин Гретский, неужели в этом доме творится что-то еще, что мне нельзя знать? Мне кажется, я уже достаточно увидела и узнала, и хуже уже не будет.
— Почему ты такая упрямая?
— Раньше я не уходила от вас, потому что тут начала учиться жить. И я не хотела останавливаться. А сейчас мне еще и страшно! Страшно, что я выйду за пределы дома и случайно кому-то о чем-то проболтаюсь. Знаете, господин Гретский, мне кажется этой клятвой вы надолго привязали меня к себе. Вы забыли, что я глупая трусиха, которая теперь будет бояться говорить кому-то что-то всю жизнь, а вот с вами можно говорить о чем угодно. Спокойной ночи.
Я тяжелой походкой пошла к выходу, остановившись уже около самой двери.
— Бастиан…
— Что? — также тихо и хрипло спросил он.
— А все в доме приносили эту клятву?
— Примерно. У Сары и Томаса они более жесткие, а у Луи и Минель более простые. Текст клятвы зависит от количество известной человеку информации.
— Понятно. И последний вопрос — почему только девушки?
— Подготовка мужчин требует гораздо больше времени, на такой срок сложно уйти незамеченными.
Я ничего не стала отвечать, молча проследовав в свою комнату.
Я думала, что не смогу спать всю ночь, но заснула достаточно быстро, и последней мыслью перед сном было, что если все в этом доме живут с этой клятвой, даже его любимая, то и я справлюсь. Надо будет просто узнать про клятву на досуге побольше.
И если Роксана спала эту ночь крепким сном, Бастиан не смог сомкнуть глаз, найдя себе друга в виде коричневой настойки десятилетней выдержки.
12 глава
Бастиан
Отправился спать только под утро, но лучше бы этого не делал. Кошмары, от которых я избавился лет в семнадцать, решили неожиданно вернуться. И с чего вдруг? Неужели на меня так подействовала клятва, или то, как я решил ее провести?
Кстати, надо сохранить это втайне даже от Такса, а то он очень любит совать свой нос куда не надо. Я уже почти уверен, что он общается с Роксаной, так что о самой клятве она расскажет, но надеюсь без подробностей.