Извращенная Гордость (ЛП)

 Я кивнула. Нино схватил стул и отодвинул его для меня. С легкой улыбкой я подошла к столу и опустилась на него. Невио опрокинул стакан Нино, пролив на него воду.
 — Извини, — сказала я, откидываясь назад, чтобы подлые руки Невио не попали в еще большие неприятности. Он все еще хватался за все.
 Нино пристально смотрел на него, пока он вытирался кухонным полотенцем, которое дала ему Киара.
  
 Адамо покачал головой. Его рука была перевязана, а лицо опухло.
 — Не могу поверить, что у Римо есть дети.
 — Бьюсь об заклад, Наряд ненавидел их видеть. Я имею в виду, что они не могут не быть Фальконе, — сказал Савио с усмешкой.
 Я напряглась, боль пронзила меня. Я отвернулась, сглотнув.
 — Ты поэтому здесь? — мягко спросил Нино. — Чтобы дать им шанс?
 — Я хочу, чтобы они гордились тем, кто они есть.
 Я не хотела все объяснять.
 — Они будут. Они Фальконе, — сказал Нино.
 Я посмотрела в его бесстрастные серые глаза.
 — Вот так просто? Моя семья пытала Адамо и чуть не убила Римо, и технически я враг.
 — Вот так просто. Ты принадлежишь Римо, и они тоже принадлежат ему. Вы семья.
 Я нахмурилась.
 — Я не принадлежу Римо.
 Нино дал мне скривил улыбку.
 — Ты принадлежишь.
 Киара поставила передо мной тарелку с яичницей, беконом и тостами.
 — У тебя есть одеяло?
 Она поспешила прочь и через несколько минут вернулась с одним из них, расстелив его на полу. Я положила Грету и Невио на спину, чтобы поесть. Я улыбнулась, когда Невио перевернулся на живот и с любопытством поднял голову.
 — Это слишком странно, — сказал Адамо.
 Я улыбнулась ему. Савио покачал головой.
 — Я не собираюсь менять подгузники. Мне плевать, отдаст Римо приказ или нет. Я и близко не подойду к чужому дерьму, ребенок это или нет.
 Я фыркнула.
 — Я уверена, что ты ежедневно сталкиваешься с более отвратительными вещами.
 Адамо рассмеялся.
 — В любом случае, он полон дерьма.
 Савио ударил Адамо по руке.
 Часть веса, который я чувствовала со вчерашнего дня, спала с моих плеч.
РИМО
 Я чувствовал себя дерьмово, с ватным ртом и болью во всем теле. Открыв глаза, я обнаружил, что Нино смотрит на меня.
 — Ты мудак. Ты дал мне обезболивающее и какое-то гребаное успокоительное.
 — Твое тело нуждалось в этом.
 Я попытался сесть, но мое тело было очень против этой идеи. Я боролся и бросил на Нино смертельный взгляд, когда он попытался мне помочь. В конце концов, мне удалось сесть у изголовья кровати, каждый гребаный дюйм моего тела яростно пульсировал. Большая часть моей верхней части тела и рук была покрыта бинтами.
 Нино присел на край моей кровати.
 — Ты выглядел дерьмово, когда Серафина привезла тебя к нам.
 Серафина спасла мне жизнь. Девушка, которую я похитил, спасла мне жизнь.
 — На секунду мне показалось, что я все это выдумал, но то, как мое тело кричит от боли, говорит мне, что это правда.
 — Они чуть не убили тебя, и сделали бы это, если бы Серафина не вытащила тебя.
 — Где она? — спросил я, не обращая внимания на то, как сжалась моя грудь при мысли, что она все-таки не в Лас-Вегасе.
 — Внизу, — медленно произнес Нино, глядя мне в глаза. — С твоими детьми.
 — Моими детьми, — повторил я, пытаясь понять смысл слов, пытаясь, черт возьми, понять, что я отец. Грета и Невио. — Черт, — выдохнул я.
 — Это как смотреть на твою детскую версию, — недоверчиво сказал Нино.
 — Убедись, что у них есть все необходимое. независимо от того, что Серафина говорит, что ей нужно, ты сделаешь это для нее.
 Нино кивнул.
 — Она здесь, чтобы защитить своих детей, потому что наряд их не принял. Не из-за тебя.
 Я прищурился, глядя на него.
 — Мне все равно, почему она здесь. Важно только то, что она есть. Я говорил тебе раньше, у меня нет гребаного сердца, которое можно разбить, или ты забыл?
 Нино легонько коснулся моего плеча.
 — Я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой, Римо. Или ты забыл?
 — Вот почему ты так хорошо выводишь меня из себя.
 — Ты хочешь, чтобы я принял ее?
 Я кивнул. Я не думал, что когда-либо хотел чего-то большего. Я бы прошел через дни пыток, через недели, чтобы увидеть Серафину. Что она спасла меня? Черт,я никогда не рассматривал такой вариант.
 После того когда она сказала, что не простит меня, я смирился с тем, что она хочет моей смерти, что она хочет видеть мои страдания. Я это заслужил. Не было никаких гребаных вопросов. Я знал, кто я такой.
 Во мне не было ничего белого, очень мало серого и тонна черного. И все же она была здесь. Она была здесь с нашими детьми.
 Я попытался представить их, но не смог. Я никогда не хотел детей, потому что был уверен, что никогда не найду девушку, которая не окажется такой же гребаной неудачницей, как моя мать. Я был уверен, что сломаю любую девушку, но Серафина была сильной. Она доказала, что я не прав, исказила мою игру, пока я не почувствовал себя проигравшим, как тот, кому поставили мат.
СЕРАФИНА
 Нино вошел в гостиную, где мы с Киарой сидели на одеяле с Невио и Гретой. Киара прекрасно ладила с детьми, и было очевидно, как сильно она их любит. Держа Невио на коленях, она показала ему книжку с картинками. Грета сидела у меня на коленях, обхватив рукой мой большой палец, и смотрела на книгу в моей свободной руке.
 Я посмотрела на Нино, но его глаза были устремлены на Киару, которая улыбалась моему сыну, практически сияя от счастья. Медленно, он поднял свой взор на меня.
 — Римо только что проснулся.
 Не раздумывая, я встала, Грета прижалась ко мне. Я не хотела, чтобы мои дети были там, когда я впервые поговорю с Римо после того, как он проснулся. Я чувствовала, что нам нужно время, прежде чем я смогу это позволить.
 Я осторожно подняла Грету и положила ее на одеяло. Киара посмотрела на него с улыбкой.
 — Мы с Нино можем понаблюдать за ними, пока ты будешь говорить с Римо.
 Нино придвинулся ближе, но я осталась на месте. Я ничего не могла с собой поделать. Это будет первый раз, когда я выпускала их из виду с момента нашего прибытия.
 — Каждый из нас отдал бы жизнь за этих детей, — сказал Нино.
 — Ты привела их сюда. Они Фальконе. Они дети Римо. Он горел ради нас. Мы будем гореть ради них.
 Я слегка кивнула и сделала шаг назад. Грета проводила меня взглядом.
 — Киара, ты можешь взять Грету. Она очень стесняется незнакомых людей, особенно мужчин.
 Нино опустился рядом с Киарой и забрал у нее Невио. Я напряглась, когда Киара потянулась к моей дочери, ожидая приступа плача, но лицо Греты лишь на мгновение сморщилось, а затем разгладилось, когда Киара тихо запела.
 Я сделала еще шаг назад. Киара улыбнулась Нино, когда он посадил Невио к себе на колени и указал на книжку с картинками. Нино источал спокойствие, которое было идеальным для моих детей.
 Невио проигнорировал книжку с картинками, которую держал Нино, и уставился на красочные татуировки на руке Нино, касаясь их своими маленькими руками, как будто он думал, что они оживут под его пальцами. Мое сердце снова распухло, и я быстро повернулась, пока не слишком стала эмоциональной.
• ── ✾ ── •
 Глубоко вздохнув, я проскользнула в спальню Римо. Он сидел, откинувшись на спинку кровати и приподнявшись на подушках. Верхняя часть его тела была обнажена, за исключением множества бинтов, покрывающих его кожу — порезов, которые моя семья нанесла, чтобы отомстить за меня.
 Он оторвался от своего айпада, и я нерешительно шагнула ближе, позволяя двери закрыться. Его лицо расплылось в странной улыбке.
 — Никогда бы не подумал, что ты спасешь меня.
 Я подошла ближе, наполовину испуганная, наполовину взволнованная, и остановилась рядом с ним. В темных глазах Римо горели эмоции, от которых мое сердце пылало, но я подавила их.
 — Я спасла отца моих детей, чтобы они были в безопасности.