Извращенная Гордость (ЛП)

 Я откинулся на спинку сиденья.
 — И про что же это будет?
 Фабиано встретился со мной взглядом.
 — Про то, что ты заполучишь племянницу Данте по какой-то безумной причине.
 Мои губы растянулись в мрачной улыбке.
 — Ты прекрасно знаешь, почему я хочу ее.
 Фабиано откинулся на спинку сиденья, лицо его напряглось.
 — Не думаю, что даже ты точно знаешь, зачем она тебе нужна. Но я знаю, что девушка заплатит за то, что не несёт ответственности.
  
 — Она часть нашего мира. Рождена и воспитана, чтобы быть матерью для большего количества ублюдков. Рождена и воспитана, чтобы повиноваться, как безмозглая овца. Она была воспитана, чтобы следовать за своим пастухом без колебаний. Он повел ее к стае волков. Это его ошибка, но она будет разорвана на части.
 Фабиано покачал головой.
 — Черт, Римо. Ты сумасшедший ублюдок.
 Я крепко обхватил пальцами его предплечье, его татуировку Каморры — клинок и глаз.
 — Ты один из нас. Мы истекаем кровью и умираем вместе. Мы калечим и убиваем вместе. Не забывай свою клятву.
 — Не забуду. — просто ответил он.
 Я отпустил его. Мой взгляд переместился на фасад отеля, где родители Серафины, Инес и Пьетро Мионе, только что вышли за дверь с молодой темноволосой девушкой между ними. Одетая в вечернее платье на свадьбу года, Инес была удивительно похожа на своего брата. Высокая, светловолосая и гордая. Такая чертовски гордая и сдержаная.
 — Теперь уже недолго, — сказал я, глядя на улицу, где ждала машина с двумя моими солдатами.
 Фабиано вставил ключи в зажигание, пока мы смотрели, как отъезжают Мионе.
 — Ее близнец останется с ней. — сказал он. — А еще есть телохранитель.
 Мои глаза отыскали мужчину средних лет за рулем лимузина Бентли, припаркованного на подъездной дорожке к отелю. Чертова цветочная композиция на капоте. Белые цветочки. Мне хотелось раздавить их ногами.
 — Они слишком упрощают поиск машины невесты, — сказал я со смехом.
 — Потому что они не ожидают нападения. Это никогда не происходило раньше. Похороны и свадьбы священны.
 — Кровавые свадьбы бывали и раньше. Они должны знать лучше.
 — Но эти свадьбы стали кровавыми, потому что гости дрались друг с другом. Я не думаю, что кто-то когда-либо нападал на свадьбу, особенно на невесту, специально. Честь запрещает это.
 Я усмехнулся.
 — Мы Каморра. Мы имеем наш собственный набор правил, наше собственное представление о чести.
 — Думаю, сегодня они это поймут, — натянуто произнес он.
 Мой взгляд скользнул по фасаду отеля. Где-то за окнами Серафина готовилась к свадьбе. Она будет ухожена до совершенства, призрак в белом. Я не мог дождаться, когда смогу дотронуться до нее, окрасить идеально белую ткань в кроваво-красный цвет.
СЕРАФИНА
 — Ты не должна бояться, милая, — тихо сказала мама, чтобы София не услышала ее.
 Моя младшая сестра была занята тем, что дергала шпильки, удерживая волосы на макушке, и гримасничала.
 — Я не боюсь. — быстро ответила я, что было ложью.
 Не то чтобы я слишком боялась переспать с Данило, но я нервничала и боялась смутить себя. Мне не нравилось быть плохой в вещах, но я буду плохой, если у меня не было опыта.
 Она понимающе посмотрела на меня.
 — Это нормально нервничать. Но он порядочный человек. Данте всегда говорит о Данило восторженно.
 Мама пыталась говорить небрежно, но безуспешно. Она гладила мои волосы, как она делала, когда я была маленькой.
 Мы обе знали, что есть разница между порядочным человеком и верным солдатом. Дядя Данте, вероятно, основывал свое суждение о Данило на последнем. Впрочем, это не имело значения. Данило всегда был джентльменом, и через несколько часов он станет моим мужем. Мой долг подчиниться ему, и я сделаю это.
 Мой парикмахер занял мамино место и начала закалывать мои светлые волосы, укладывая в них жемчужины и нити белого золота. Мама заметила, что София борется с прической, и быстро подошла к ней.
 — Прекрати, София. Ты уже распутала несколько прядей.
 София опустила руки с покорным видом. Потом ее голубые глаза встретились с моими. Я улыбнулась ей. Избегая дергающих рук мамы, она подошла ко мне и посмотрела на меня.
 — Не могу дождаться, когда стану невестой.
 — Сначала тебе нужно закончишь школу, — поддразнила я ее.
 Ей было всего одиннадцать, и она еще никому не была обещана. Для нее свадьба это выглядеть красивой и выйти замуж за рыцаря. Я завидовала ее невежеству.
 — Готово, — объявил парикмахер и отступила на шаг.
 — Спасибо, — сказала я. Она кивнула и быстро выскользнула, давая нам время.
 Платье было совершенно ошеломляющим. Я не могла перестать любоваться собой в зеркале, поворачиваясь налево и направо. Вышитые жемчугом и серебром нити красиво отражали свет, а юбка была мечтой, состоящей из нескольких слоев тончайшего тюля. Мама покачала головой, слезы застилали ей глаза.
 — Не плачь, мама, — предупредила я ее. — Ты испортишь макияж. И если ты начнешь плакать, я тоже заплачу, и тогда мой макияж тоже будет испорчен.
 Мама кивнула, моргая.
 — Ты права, Фина. — она промокнула глаза уголком салфетки.
 Мама не относилась к эмоциональному типу. Она была похожа на своего брата, моего дядю Данте. София просияла взглянув на меня.
 Раздался стук в дверь, и папа заглянул. Он замер и медленно шагнул внутрь, не сказав ни слова. Я видела эмоции, плывущие в его глазах, но он никогда не показывал этого открыто. Он подошел ко мне и коснулся двумя пальцами моих щек.
 — Голубка, ты самая красивая невеста, которую я когда-либо видел.
 Мама подняла брови в притворном шоке. Папа рассмеялся, взял ее за руку и поцеловал костяшки пальцев.
 — Ты, конечно, была потрясающей невестой, Инес.
 — Что насчет меня? — спросила София. — Может быть, я буду еще красивее?
 Папа поднял палец.
 — Я всегда буду считать тебя своей маленькой дочерью. Никакого брака для тебя.
 София надулась, а папа покачал головой.
 — Нам нужно идти в церковь.
 Он поцеловал меня в щеку и взял Софию за руку. Все трое вышли. Мама снова повернулась ко мне и гордо улыбнулась. Сэмюэль появился в дверях, одетый в черный костюм и синий галстук.
 — Ты выглядишь щеголевато, — сказала я ему и почувствовала волну тоски. Он будет в сотнях миль от меня, как только я перееду на виллу Данило в Индианаполисе.
 — А ты прекрасно выглядишь, — тихо сказал он, окидывая меня взглядом с головы до ног.
 Он оттолкнулся от косяка и двинулся ко мне, засунув руки в карманы.
 — Без тебя будет странно.
 — Я скажу Софии, что она должна держать тебя в тонусе.
 — Это не будет то же самое.
 — Через несколько лет ты женишься. И скоро ты будешь еще больше занят мафиозными делами. Ты даже не заметишь, как я уйду.
 Сэмюэль вздохнул и посмотрел на свои часы Ролекс,
которые отец подарил ему пять лет назад.
 — Нам тоже нужно идти. Церемония начнется через сорок пять минут. Дорога до Церкви займет не меньше тридцати минут.
 Церковь находилась за пределами города. Я хотела, чтобы празднование состоялось в отремонтированном сарае в сельской местности, в окружении леса, а не в городе.
 Я кивнула, затем еще раз посмотрела на свое отражение, прежде чем взять его протянутую руку. Взявшись за руки, мы вышли из номера и спустились в вестибюль. Люди поглядывали в мою сторону, и я должна была признать, что наслаждалась их вниманием. Платье обошлось в целое состояние. Это было справедливо, так как больше людей увидят меня в нем. Эта свадьба была самым большим светским событием в наряде за многие годы.
 Сэмюэль открыл для меня дверцу черного Бентли, и я скользнула на заднее сиденье, пытаясь запахнуть юбку платья. Сэмюэль закрыл дверь и сел на переднее сиденье рядом с водителем, моим телохранителем.
 Мы отстранились, и мой желудок взорвался бабочками. Меньше чем через час я стану женой Данило. Это все еще казалось невозможным. Вскоре высокие здания уступили место редким полям и деревьям.