Любовники по несчастью (СИ)

Из дома четы Арутюнян я уходила поздно. Даже помогла Карине уложить мальчишек спать — почитала им сказку. Про красавицу и чудовище.
Утром в воскресенье я проснулась с жуткой головной болью. И не только, мне казалось что все тело ломает. Померила температуру — в пределах общепринятых норм.
Выпила обезболивающее и все равно пошла в магазин, иначе осталась бы сегодня голодной. А есть очень сильно хотелось.
Покупкой продуктов дело не ограничилось. Я завернула с тележкой в отдел с бытовой химией, набрала средств, которые заканчивались, а затем зацепилась взглядом за прокладки. И тут мне не по себе стало. Потому что я вспомнила какое сегодня число и что должно было случиться с моим организмом ещё три дня назад. Или даже пять…
В прошлом месяце критические дни тоже задержались. Так что я не стала впадать в раннюю панику. В конце концов можно купить тест и убедиться, что все как и прежде. Что организм стрессанул и случился сбой. Да и весна на дворе, иногда такое со мной уже бывало.
Заплатив за покупки на кассе самообслуживания, я зашла в аптеку, которая находилась в этом же доме, по-соседству. Купила тест, точно такой же как и в прошлый раз.
Дежавю у меня.
Причём и сейчас я не знала, какой именно результат мне хотелось бы увидеть.
Только вот, приехав домой, я как нарочно тянула время. Медленно разделась, разобрала покупки. Потом села за стол и уставилась на коробку с тестом.
В голове пусто, а вот сердце бешенным мотором стучало в груди…
И как я испугалась, когда тишину квартиры разорвала трель дверного звонка.
Я вскочила с места, вышла в коридор. Посмотрев в глазок, я увидела Юлю. Первая эмоция — радость, первый порыв — открыть дверь. Но потом я вспомнила то, что узнала вчера и расстроилась от своих воспоминаний. Мне было жалко и обидно, что Юля поступила так.
Но сердце вдруг подсказало — она со мной не притворялась. Не могла. Она была мне подругой. И за все то время, что мы общались, ни разу не предала и не подставила.
И Юля ведь пришла, и, как минимум, заслуживала того, чтобы я её просто выслушала.
— Привет, — распахнув дверь, сказала я.
— Привет, — отозвалась Юля. В ее руках был большой, прямоугольный и узкий свёрток из крафтовой бумаги. — Я зайду? — спросила Юля осторожно.
— Зайди.
Я пустила её в квартиру.
— Это тебе, — попыталась Юля улыбнуться, протягивая свёрток, — подарок к новоселью.
— Спасибо, но не стоило, — нахмурилась я.
— Я обещала. Его только сегодня утром мне доставили, — сказала она и ещё раз, настойчиво протянула мне свой презент. — Открой.
Пока Юля разувалась, я развернула свёрток.
Картина, умело написанная маслом. Мой портрет, видимо сделанный по одной из фотографий той фотосессии для ювелирки.
— Красиво, — подметила я.
— У меня есть подруга, мы вместе учились на визажиста, она художница от бога, — поведала Юля. — А ещё, по городу висят билборды с твоим лицом…
— Я видела уже, — кивнула я. — Пойдем в гостиную.
Мы зашли в комнату, я предложила Юле сесть в кресло, сама же устроилась на полу, на бабушкином пледе. И в ожидании уставилась на Юлю.
Мама сказала, что она очень похожа на свою маму. А я сейчас подметила наше с ней сходство. Нос, форма подбородка, да цвет волос и глаз! Как я раньше не замечала?
— Послушай, — заговорила она неуверенно, — Черт, даже не знаю с чего начать…
— Начни сначала.
— Короче… Да, когда я заселялась в соседнюю от вас квартиру, я знала, что мы сестры.
— Специально заселилась?
— И да, и нет… В общем, — Юля звучно сдула с лица прядь тёмных волос, — что у меня, оказывается, есть сестра я узнала не так давно. Маруську я родила рано, нас обеспечивала мама, но когда дочке исполнилось полгода, маму сократили, да еще здоровье у неё ухудшилось, она на инвалидности у меня. И тогда я решила, что работать пора мне. Мама согласилась сидеть с Марусей, а я отправила на поиски. Кем я только не работала, потом ещё и учиться пошла, курсы по визажу я выбрала не потому что очень сильно хотела, а потому что они длились не долго, и ещё нам обещали дальнейшую помощь с трудоустройством. Меня хвалили, я стала лучшей из нашего выпуска. Вскоре я уехала на заработки в райцентр, набивала руку, набирала клиентов. Я стала сотрудничать с модельными агентствами и одно позвали меня в этот город, — Юля глубоко вздохнула. — Я знала, что здесь жил отец. Я даже бывала в этой квартире несколько раз. Бабушка Маруся меня с радостью принимала, а вот дедушка… невзлюбил он меня, я видела, хотя никогда не обижал.
 
Теперь я поняла почему дед оставил такое завещание.
Он был в меру строгим, принципиальным, жил по совести и из всех ценностей признавал лишь одну — семейную. Мама говорила, что после развода свекор её сильно поддерживал. А про папу отзывался негативно. Видимо он не признавал второго ребёнка сына, рожденного вне брака.
И я подумала вдруг, что, если бы дед был жив, то он бы, конечно, осудил Юру. А потом и меня. Ведь, по факту, я была все ещё замужем, когда мы с Никитой…
Получается, что и я недостойна этой квартиры?
— В общем, приехав в город, я первым делом решила навестить отца, — продолжила Юля, — маме не сказала, потому что знала, что она будет против. Я долго давила в кнопку дверного звонка, но мне никто не открыл. Я приехала на следующий день и тоже зря. Ну почти. Я встретила соседку, которая сказала мне что в квартире сейчас никто не живёт. Что бабушка с дедушкой давно умерли и… папа тоже. Квартира эта досталась его дочери. Я удивилась, спросила: какой дочери? А она мне ответила: Ульяне. В ближайшие же выходные я отправилась к маме, и она мне призналась, что да, у моего отца есть вторая дочь, что разница у нас небольшая, пара месяцев, и что отец жил какое-то время на две семьи, но потом все же выбрал вас. Мама сильно на него обиделась и, бросив здесь работу, собралась за пару дней и вместе со мной уехала в наш посёлок. Мне было лет семь. Больше они с отцом не виделись и мне это было тоже запрещено. Правда папа помогал, деньгами, присылал каждый месяц до моего совершеннолетия. Что папа умер, мама не знала, а узнав, очень возмутилась, что нам об этом не сообщили. Я же тоже его дочь, официальная — он меня признал. И я тоже имею право на его наследство в общем, и на эту квартиру в частности.
Я качнула головой. Невольно посмотрела на стены.
Может и так. Может, по-честному, и имеет.
Дети же не виноваты, в этот мир они приходят благодаря двум людям. И люди должны быть ответственными.
— Так тебя мама уговорила меня найти? — поинтересовалась я.
— Можно сказать и так. Она настаивала, говорила, что свое надо забрать. Очень убедительно, стоит признать. Найти тебя было легко — я знала имя, фамилию, отчество, год рождения. Первая же соцсеть выдала мне твою страничку, из которой я узнала где ты работаешь. Я пришла на вашу фирму, но об этом ты уже знаешь. Там пообщалась как-бы невзначай с девушкой на ресепшене. Тебя в тот день на работе не было, зато был твой муж. Ну я подошла к нему, а потом проследила за ним до вашего подъезда, — Юля хмыкнула и продолжила: — А на подъездном стенде увидела объявление о сдачи квартиры. Я все равно искала жилье в этом городе, а квартира оказалась приличной, да еще с такими соседями. Бывает же так.
Да действительно, мне ли не знать какие в жизни происходят встречи и совпадения.
— И чего ты от меня хотела? — спросила я спокойно. Ведь я совсем не злилась, мне просто было интересно.
— Честно, я сама не понимала. Мама говорила, что надо найти грамотного юриста, чтобы отсудить моё наследство. Каждый мой звонок ей — она все талдычила и талдычила. Но я не торопилась, тем более я наконец с тобой познакомилась. И ты рассказала мне, что тоже не знала о существовании у себя сестры. Ну и про то, что квартиру на тебя завещал дед. А это значит, что я не могу уже на неё претендовать. Да и не хочу, — Юля вдруг встала с кресла, подошла ко мне и села рядом. — И, Уль, ты мне понравилась. Я прониклась к тебе. И я хочу продолжить с тобой общаться. Дружить. Мне, правда, ничего, кроме твоего общения, не надо.