Чертова пляска (СИ)

— Делать? — Я отхлебнул чаю, который был на удивление неплох, ароматен, горяч и крепок. — Всё как всегда, Захар. Придём на адрес. Весь товар спалим. Торговца хорошенько попытаем и выведаем разное. Дальше — по ситуации. Если совсем говно — в расход, а если шансы есть — ну, отпустим до поры.
— Так, это. — В глазах Захара потихоньку просыпалась осмысленность. — Утро же.
— А ты наблюдателен, друг мой.
— Да нет там никого, я вот о чём. Кто ж тёмные дела в такую рань обделывает!
Хм. А ведь он прав. Вряд ли хозяин лавки проклятых предметов является на работу к восьми или даже девяти утра. Как-то курьёзно. Впрочем, адрес как бы намекает на квартиру. Но всё равно, хозяин явно начнёт действовать позже. Может, там и покупателя какого возьмём до кучи…
— И что ты предлагаешь? Домой, отоспаться, а к вечеру наведаться?
Захар молча развёл руками — мол, так хорошо сказал — сам бы лучше не выразился.
— Ну, лады, уболтал. Чай только допьём, не будем хозяйку обижать.
Мы вышли из кафехи через пару минут. Двинули до Фёдора, где у меня имелся Знак. Можно было, конечно, хоть здесь изобразить Знак на мостовой, но я с некоторых пор старался Знаками не сорить. Когда за тобой ходят по пятам такие интересные личности, как чёрт и Троекуров, лучше перебдеть.
На середине пути я услышал сзади цокот копыт, повернулся, чтобы поймать извозчика и осознал, что это — не совсем извозчик, а личный экипаж господина Дубовицкого.
— А, Владимир Всеволодович! — обрадовался предводитель дворянства, высунувшись из окна. — Какая встреча! Садитесь-садитесь, подвезу вас с другом.
Мы не заставили себя умолять — бодро упаковались в люксовый салон.
— Куда это вы в такую рань? — спросил я.
— Ах, семейные дела, не забивайте голову, — махнул рукой Дубовицкий. — Я оставил для вас записку в Собрании, что увидеться сегодня будет, к сожалению, невозможно. Однако — вот какая встреча, нас свёл сам господь!
— Серьёзно?
— Вне всяких сомнений. Я ведь нашёл-таки упоминание об одном верном способе убить чёрта.
— Внимательно слушаю, — подался я вперёд.
— Свидетельств таких обнаружилось всего два, так что история сомнительная. Гарантий, сами понимаете, не дам.
— Ясен день. Так что за способ?
— Весьма оригинальный. Чёрта можно застрелить из простого ружья. Но для этого вместо пули ружьё необходимо зарядить…
Дубовицкий сделал эффектную паузу. И я всё ему обосрал.
— Пуговицей?
Предводитель дворянства аж с лица спал.
— Как, вы знаете?
— Нет, предположил просто.
— Ваша правда. Пуговицей.
— Что, просто обычной пуговицей?
— Согласно моим сведениям — да.
Я откинулся на сиденье и посмотрел на Захара. Тот ответил незамутнённым взглядом.
Н-да. Теперь ясно, почему Авросу повезло убить чёрта. Дело не в том, что на пуговице случайно процарапался какой-то Знак. Дело в пуговице.
И, заодно, теперь мы знаем, что канает не только ружьё. Пистолет вполне себе подходит. А пистолет у меня имеется, питерский, хороший. Чую, скоро доведётся опробовать в деле.
— Почему пуговица? — пробормотал я. — Бред же какой-то.
— О причинах сего могу только догадываться, — развёл руками Дубовицкий.
— И какие догадки?
— Пуговица издревле считается у славян предметом необычным. Оберег от злой силы, знаете ли. Символ порядка, единения.
— Ну… на вопрос «почему» это не отвечает, — улыбнулся я.
— А почему работают Знаки? — пожал плечами Дубовицкий. — Этого ведь мы тоже объяснить не можем, не так ли?
Глобально — он, конечно, был прав. Знаки работали, потому что работали. Мы все к этому привыкли, вот и всё. Так почему бы не работать пуговице? И что, что она не имеет отношения к упавшим звёздам. Упавшие звёзды к нам всем когда-то тоже не имели отношения.
— Кажется, приехали. Если не ошибаюсь, это — то самое заведение, к которому вы благоволите.
— Ага, оно. — Выглянув в окно, я увидел трактир Фёдора. — Спасибо. За информацию и за поездку.
— Информация, боюсь, полная ерунда. Но что имеем.
— Не ерунда. Про пуговицу я уже слышал, но мысль немного в другую сторону ушла. Теперь подготовимся.
 
— Позвольте пожелать вам удачи.
— Спасибо! Даст бог — ещё свидимся.
— Приходите иногда и просто так, в гости. У меня складывается впечатление, что вы вспоминаете обо мне, только когда выходите на след очередной опасной твари. Это отчасти лестно, разумеется.
Я пообещал, что непременно однажды загляну просто так, не по делу, и мы распрощались. А через пять минут уже вышли из нуль-Т кабины в моей башне.
— Всё, сон-час, — зевнул я. — Давай, часа в три собираемся внизу, там обед — и погнали в адрес.
— Угу, — только и сказал Захар и оставил меня в одиночестве.
Я не расстроился. Плюхнулся на кровать, закрыл глаза и вырубился моментально.
Проснулся без десяти три, как заказано. Сел, тряхнул головой. Ага, я — в башне, башня — в усадьбе, усадьба — возле Поречья, Поречье — в Смоленской области. Откалибровались. Подъём.
Тётка Наталья внизу уже активно накрывала на стол. Захар и Земляна обнаружились тут же. Земляна немедленно на меня накинулась.
— Значит, не берёшь меня с собой?
— Чего не беру-то? Пошли, если хочешь. Больше людей — работать веселей.
— А сразу чего не позвал?
— Сразу мы с Захаром на домовика пошли. Там из двоих один хороший, ты такого не любишь.
— Хм!
— Вот тебе и «хм». Садись ешь, давай. Мало ли, чего там, в адресе. Вдруг силы понадобятся.
— Втроём пойдём? — уточнил Захар.
— Пошли втроём, какие проблемы. Сильнее пугнём. Плюс, меньше шансов, что сдристнет.
* * *
— Одного никак понять не могу, — изрекла Земляна.
Мы шли по одной из доселе не известных мне улочек Поречья. Перенеслись, разумеется, к камню, и уже от камня двинули пешком. После знаменитого обеда тётки Натальи требовалось немного растрястись. А то избыток сил — тоже проблема.
— Чего? — полюбопытствовал я.
— Почему до того, как с тобой связалась, толком даже не слышала о людях, которые тварями повелевают, или, наоборот, на задних лапках перед ними пляшут. Вроде как людьми оставаясь.
— Так это очень просто, Земляна. До меня оперативно-розыскными мероприятиями никто не занимался. Беготня по лесам, выслеживание кикимор в домах — это не в счёт.
— Да просто… Ведь и подумать нельзя было, что люди на такое пойти могут!
— Вот и ещё одна ошибка. Нужно было про такое подумать в первую очередь.
— Да почему⁈
— Что у тварей есть, чего у людей нет?
Земляна угрюмо засопела. Загадок она не любила, предпочитала прямой подход. Я не стал её долго мучить и ответил сам:
— Сила у них есть. У самой ничтожной крысы есть сила человека загрызть. И не сдохнуть, когда он её топором шарахнет. А если колдуна взять? Чёрта? Там способности кратно возрастают. Естественно, людей это влечёт.
— Дурачьё.
— Ну, тут не поспоришь. С тварями связаться — это не признак великого ума. Как деньги в долг у мафии занять. Да только когда ж люди отличались великим умом? Думают единицы. Остальные — только действуют. Потом, разумеется, с недоумением таращатся на последствия и недоумевают, как же это всё получилось. Ладно, отставить философские разговоры, пришли, по ходу.
Мы стояли перед обычным квартирным домом, вроде того, в котором жил Андрей Михайлович. Маскировка что надо, не то что в Питере. Ну, хоть в чём-то мы производим впечатление передового города.
— А если он наврал? — подал голос Захар.
— Тогда мы найдём его и заставим об этом пожалеть. Но я думаю, правду сказать. Он к тому моменту уже столько в штаны навалил, что не до вранья было.
Захар хохотнул, верно, припомнив рожу перепуганного до смерти Стёпы.
— Идём, — сказала Земляна и первой зашагала ко входу. Мы с Захаром потянулись следом.
Второй этаж, дверь налево. Земляна постучала. Сразу же послышались шаги. Щёлкнула щеколда, и дверь открылась вовнутрь.