Зима Пяти Лун (СИ)

— Это ничего не меняет! Не будь там ведьмаков, мы бы оставили стаю и не гнались!
— Не будь там Нотта, то Астория умерла бы на месте, — Лавгуд была непреклонна. — Он прижёг рану, использовал бадьян и принёс её сюда на руках, потому что аппарировать было слишком опасно!
Грейнджер не слушала. Её охотница пострадала, и страх вперемешку с болью застилал глаза.
— Малфой, я больше не хочу видеть твоих ведьмаков рядом с моими людьми. Вам нельзя доверять. Сплошное высокомерие. Клянусь Мелитливом, вы все ответите за смерть Астории! Молись своим волчьим богам, чтобы она выжила! — с этими словами Гермиона вылетела из больничного крыла.
Время тянулось бесконечно медленно. Оставалось всего несколько дней перед приходом королевской проверки. Грейнджер смотрела, как Астория угасает. С каждым днём слабела надежда на спасение. Раны затягивались, но так медленно, что казалось, что её рваным вздохам вперемешку со стонами не будет конца. Первая волна гнева сошла, и Грейнджер попросила Лавгуд показать воспоминания. Она была права. В случившемся нет вины Теодора. Гринграсс совершила ошибку, пытаясь спасти ведьмака, и за неё расплачивалась на больничной койке. Что двигало ею? Почему она так рисковала ради человека, которого знает от силы два дня? Все это не укладывалось в голове.
— Она ещё спит в это время, — бросил Нотт, зайдя в палату и увидев Грейнджер.
— Тебе бы тоже не помешало. Я могу побыть с ней…
— Я обещал ей почитать парочку северных легенд, — Тео аккуратно убрал несколько прилипших прядей с её лба и приложил влажное полотенце. — Леди Малфой…
От официального обращения Гермиона поежилась. С Драко они больше не разговаривали. С того самого злополучного дня. Он практически жил в библиотеке, постоянно что-то решая, просчитывая, меняя. Грейнджер же проводила всё время у стен, накладывая новые и новые защитные слои. Ужинали они в разных сторонах столовой, а пересекались только у башен или в больничном крыле.
— Я знаю, что вы считаете меня виновным в случившемся. И я это принимаю. Единственное, о чем я прошу — дать мне больше времени, чтобы ей помочь, — его голубые глаза скользнули по спящей Гринграсс. — После можете выбрать казнь на ваш вкус.
— Это не твоя вина. Я благодарна, что ты делаешь всё, что в твоих силах, но, боюсь, этого может быть недостаточно, — выдохнула Гермиона. — После смерти сестры на утёсе семи ключей у Астории никого не осталось. Она годами корила себя, что её не было рядом с Дафной в тот роковой момент. Очевидно, спасая тебя, она хотела спасти себя и сестру.
— Я не знал этого… — Теодор отвернулся в сторону. — Она будет жить. В любом случае.
Твердость в его голосе напомнила Грейнджер непоколебимость Драко. Нотт был готов обменять свою собственную жизнь на жизнь Астории, не моргнув глазом. Полумна сказала, что за эти почти три недели они привязались к друг другу. Так же как и она к Блейзу.
— Мне сообщили, что ты отправил сову ведьмакам-целителям из Моракина. Как только придёт ответ — дай знать, — Гермиона направилась к двери.
— Леди Малфой… Не наказывайте Драко за мои ошибки. Он делает всё, чтобы спасти Мелитлив, чтобы клан выжил, но я знаю, что… Что он делает это ради вас, — Тео тщательно выбирал слова. Малфой ему точно шею свернёт, если узнает, что Нотт вмешивается в его брак. В вопросах, связанных с Гермионой, он был принципиален и строг.
— Я знаю … — отозвалась Грейнджер, нервно поправляя край рукава.
Теодор лишь слабо кивнул и вернулся к полотенцу и настойкам. Похоже, что он больше не хотел откровенничать, смешивая лекарство для Астории.
Гермиона вышла из палаты и направилась к стенам. Макгонагалл приедет со дня на день. И если крепость не готова, то Поттер получит всё. Этого никак нельзя допустить. В своих мыслях Грейнджер не заметила, как оказалась у резных дверей, ведущих к логову Малфоя. Пора поговорить, обсудить, как они будут себя вести во время проверки, решить, что…
Ручка потянулась вниз, и в проеме показался Драко, который выглядел растерянно и зло. Он явно не ожидал увидеть рядом с библиотекой Грейнджер, поэтому едва успел остановиться, прежде чем сбил ее с ног.
  
— Гермиона? Что-то случилось?
— Я… — она уже успела забыть, каково это: стоять настолько близко к нему. — Мы должны поговорить насчёт королевской проверки.
Малфой сделал несколько шагов назад и жестом пригласил её войти. Карие глаза прошлись по комнате. Раньше здесь был скромный стеллаж и старый стол, но теперь… Огромные шкафы с книгами, ковёр на полу и … То самое кресло. Сознание заполнили воспоминания, как Драко пробирался через Северное крыло под покровом ночи, ласкал ее, целовал шею и сжимал пальцами нежную кожу. Чёртово кресло.
— Здесь все изменилось, — Гермиона посмотрела на своего мужа. — Ты очень постарался…
— Я должен заботиться о людях и замке. Ты любила библиотеку. И мне было жаль, что пришлось продать книги, поэтому я всё вернул, — Малфой сел за дубовый стол. — Ты, наверное, хочешь знать, какая работа была проведена с моей стороны?
— Да… — она хотела, чтобы он коснулся её лица.
— Кладовые полны запасов, хватит даже на несколько зим. Южную и западную часть мы полностью восстановили, восточная почти закончена, а Северная… Там практически не было разрушений, поэтому опасаться нечего. У нас достаточно тканей, мехов, оружия и людей, чтобы защитить всех. Зельевые шкафы целителей забиты до отказа. Поттер не получит Мелитлив. Не получит тебя, — Малфой остановил серебристый взгляд на её губах.
— Я почти закончила ставить магические поля. Макгонагалл не сможет придраться, — Гермиона подошла ближе. — Спасибо тебе. За всё, что ты делаешь.
— Но этого недостаточно. Мне жаль, что Астория…
— Ты делаешь больше, чем достаточно. Мне было страшно, и поэтому я сказала то, что сказала, — отрезала Грейнджер. — Нотт не виноват. Никто не виноват.
Драко удивлённо на неё посмотрел. Почти три недели молчания и вдруг пришла и заговорила. Да, они обсуждали дела, но последняя фраза зажгла в сердце Малфоя надежду. Ему было почти физически больно видеть Гермиону так далеко и так близко одновременно.
— Во время проверки, — её щеки стали пунцовыми. — Мы должны быть влюблённой парой, иначе Минерва нажалуется королю, что наш брак договорной. Или даже фиктивный. Тогда Поттер сможет …
— Не сможет. Брак консумирован. Ты — моя, — Драко сжал кулаки. Он скорее умрёт, чем позволит графу хоть пальцем прикоснуться к своей женщине.
— Но мы же… Пока ещё …
— Он был консумирован до обряда, но ситуацию это не меняет. Если король захочет проверить, то заклинание покажет…
— Покажет, что ты первый и последний? — усмехнулась Гермиона.
— Последний? — Малфой изогнул бровь. — Ты не ..?
— Нет. Никогда, — она развернулась к выходу. Достаточно, слишком много откровений после долгого молчания.
Раздался негромкий стук. Драко рявкнул, чтобы подождали. Что не время. Он не собирался отпускать Грейнджер. Не сейчас.
— Лорд Малфой, прибыла Минерва Макгонагалл, — голос Невилла.
Драко громко выругался. Почему именно в этот момент? Когда у него появился шанс вернуть расположение собственной жены? Проклятье.
— Я подыграю тебе. Сможешь сыграть влюблённого мужа? — тихо прошептала Гермиона.
— Играть не придётся, Грейнджер.
Малфой поднялся со стула и направился к двери. Король специально отправил Минерву пораньше, чтобы узнать, кто ему лжёт: Поттер или Гермиона. Строгий взгляд ведьмы в остроконечной шляпе скользнул по виконту Килдэру, стоило ему приоткрыть створку.
Макгонагалл начала бесконечную вереницу вопросов, записей и осмотров каждого уголка. Стоило отдать ей должное. Её интересовали только безопасность жителей и их шансы выжить. Прытко пишущее перо и длинный долгий пергамент летал за Минервой весь день. Написать, зачеркнуть, добавить. Грейнджер места себе не находила от беспокойства. Вечером всё закончится. Совместный ужин хозяев и королевского ревизора. Если ей не понравится, если она решит, что здесь небезопасно, если заметит что-то не то между супругами…