Давай, расплачивайся (СИ)

— Свяжись с Викензо и скажите, чтобы они отпустили того человека.
— Ты отпустишь Кармина? — спросила, поднимаясь с кресла. Лонго еле заметно кивнул.
Но он выглядел каким-то не таким. Холодным. Отстраненным. И на меня больше не смотрел. Я много раз в Матео улавливала безразличие, но только сейчас чувствовала себя так, словно меня тут вообще не было.
— Тебя отвезут домой, — придерживая дверь, Лонго дал понять, что я могу идти.
  
— Нам нужно поговорить, — сказала, сама не понимая с чего начать.
— Как-нибудь позже, — лениво отталкиваясь ладонью от двери, он пошел обратно к балкону, доставая из кармана пачку с сигаретами.
А я, качнувшись, на месте, изначально хотела пойти за ним, но все же удержала себя. Главное, что Кармина отпустили, а нам с Лонго пока что и правда лучше не разговаривать. Я боялась, что иначе станет хуже.
Поэтому я покинула отель. Вернувшись домой, искупалась в ледяной воде и, кажется, успокоилась. Уже теперь была готова к разговору.
Вот только, Лонго так и не приехал.
Ночью, проснувшись, я пошла вниз. Хотела взять воды на кухне и увидела, что Матео спал в холле на диване.
  
Глава 52. Помолвка
 
Замерев около журнального столика, так, что его угол еле ощутимо касался моей ноги, я в полумраке смотрела на Лонго. Во сне он выглядел спокойным. Черты лица расслабленные, но у меня почему-то все равно по коже бежал холодок.
И я еще больше убеждалась в том, что совершенно не понимаю Матео.
Делая шаг вперед я, сама этого не осознавая, пальцами потянулась к его растрепанным волосам, но вовремя себя отдернула и, будучи в ужасе от собственных непонятных намерений, тут же отошла. Затем ладонями сжала чашку с водой и, как можно тише, направилась к лестнице.
Оказавшись у себя в спальне еще долго не могла заснуть. Еще и чертов запах Лонго, как оказалось, уже успел пропитать кровать.
— Да что же такое? — спросила у самой себя, лицом уткнувшись в подушку, но при этом стараясь не дышать.
Я раньше уже встречалась с парнем, но, чем больше я углублялась в то, что происходило между мной и Северо, тем больше понимала, что это были больные отношения. Те, в которых он вел себя со мной вроде как хорошо, но за моей спиной уже флиртовал с Джиной. В итоге они начали встречаться и до сих пор являются парой. А я что? Ничего. Теперь даже не могу сказать, что у меня есть опыт в отношениях. Во всяком случае, хоть немного положительный.
А Матео… Он тяжелый и сложный человек. Я просто не понимала, как себя с ним вести.
Подтянув к себе плюшевого динозавра, я его обняла. Сильно зажмурилась, понимая, что, насколько бы мне сегодня не было страшно, но я не сожалела о том, что все обернулось именно таким образом. Пусть лучше все демоны показываются сейчас, чем если бы это произошло позже.
Интересно, сколько еще демоном у Лонго?
* * *
Проснувшись следующим утром, я поняла, что Матео уже нет дома. Хотя до начала учебы было еще два часа. Подобное происходило и раньше. Возможно, он уехал на работу, но все равно было как-то непривычно, а еще тревожно.
Позже я увидела Лонго в университете. Была вторая перемена и я через двор бежала с центрального здания в правое крыло. Матео находился на парковке вместе с Дэмиэно. Неподалеку стояла привычная их компания из парней и девушек.
Замедляя шаг, я вовсе остановилась. Может, Матео почувствовал то, что я на него смотрела или еще что-то, но он медленно повернул голову и наши взгляды встретились.
Я нервно пальцами сжала ручку рюкзака. И что мне делать? Помахать ему? Это же он меня в раковине вчера топил и, значит, он мне должен махать.
Но, нет, Матео отвернулся, даже толком не задерживая на мне взгляд. Словно меня тут и не было.
Накинув на плечо лямку рюкзака, я пошла дальше.
Еще раз я видела Матео, когда посередине лекции отпросилась в уборную. В полностью безлюдном коридоре я сначала услышала еле уловимый звук тяжелых шагов, а, затем, увидела то, что Лонго вышел из-за поворота.
Учитывая то, что мы шли друг другу навстречу, ожидала, что он хоть что-то скажет, но, по мере того, как расстояние между нами сокращалось, Матео даже ни разу на меня не посмотрел. Затем вовсе прошел мимо.
— Ты что ли меня игнорируешь? — спросила, останавливаясь и оборачиваясь к нему.
— Тебе кажется, — а вот Лонго вообще оборачиваться не стал.
Вечером, я с непонятным внутренним гневом пожарила стейки, оплаченные карточкой Лонго. Была готова чуть что этим же стейком придушить Матео. Да, у нас случился жуткий конфликт, но, черт раздери, я еще не все высказала!
Думая об этом, я изо всех сил кулаком ударила по разделочной доске. К сожалению, иногда во мне вспыхивал характер отца, а, поскольку он был страшным человеком, как бы сильно мне не хотелось, но успокоиться я не могла. Даже не по себе становилось от мысли, что я бы сейчас действительно с удовольствием Лонго мясом по лицу надавала бы.
Я накрыла на стол. Ждала Матео. Несколько раз разогревала стейки и сидела одна за столом.
Он так и не пришел домой. Даже ночью его машина так и не заехала на территорию сада.
* * *
И где носило моего раба?
Со злости я начала мысленно называть Матео «рабом». Это плохо и даже ужасно. Но эта скотина мне уже покоя не давала.
Где он провел прошлую ночь?
Находясь около булочной, я на витрине рассматривала маффины и пальцами крутила карту Лонго. У меня и так не было желания ею пользоваться. Теперь — тем более. Но эти маффины… Они великолепны. Разного цвета. С посыпкой. Может, съем один и успокоюсь?
Уже собираясь войти в пекарню, я все-таки остановилась. Опять подумала про Лонго. Я более чем отчетливо понимала, что поступила плохо забыв про свидание с ним. Но какого черта он не дал мне все нормально объяснить? И сам поступил куда хуже. Как мне это ему втолкать в голову?
— Ничего себе, кого я вижу, — за моей спиной раздался голос, который я даже в кошмарах узнаю. Велия.
Обернувшись, я посмотрела на нее. Еще ранее утро. Около восьми часов, но сводная сестра, как и всегда, выглядела безупречно. Короткое пальто персикового цвета. Джинсовая юбка чуть выше колен. Колготки и сапожки на каблуке.
И Велия была не одна. Рядом с ней стояли Рачель и Лаурета. Все мы в прошлом учились в одной школе и эти девушки присутствовали при последней выходке моих сводных сестер. То, что Велия и Джина называли безобидной шуткой, вышедшей из-под контроля, но для меня это было хуже ада изуродовавшего мое лицо и глаза.
Было ли им жаль за это? Нет. Они смеялись, пока я кричала от боли и умоляла помочь. Когда же приехала скорая и стало ясно, что они нанесли мне серьезный физический вред, единственное, что их волновало, это чтобы я не пошла в полицию. Им же следовало поступать в университеты, а такая запись в личном деле могла бы это перекрыть. И отец одного из парней, так же участвующих в том случае в тот же вечер приехал ко мне в больницу. Я плохо помню, что он мне тогда говорил. Я вообще была не в том состоянии, чтобы нормально воспринимать хоть что-либо, но одно я уяснила особенно явно — то, что помимо физической боли мне так же стало страшно. Он угрожал мне. Говорил, что мне будет конец, если я пойду в полицию.
Кто бы в этом сомневался? В том помещении собралась вся верхушка нашей школы. Всего их было десять человек. А кто я против них? Никто.
Тот мужчина, убедившись, что я не пойду в полицию, предложил мне компенсацию. Сказал, что может оплатить мне лечение.
  
Я отказалась. Пусть он с этой оплатой пойдет к черту. Кое-что покрыла моя страховка, а кое-что я покрыла из своих сбережений, но брать деньги у того ублюдка не стала.
Я до сих пор с содроганием вспоминала про тот случай. Он мне в кошмарах снился и являлся тем, из-за чего я полностью изменила свое мнение о людях. И, сейчас смотря на Рачель и Лаурета, по прежнему никакого сожаления в их глазах не видела. Скорее, они смотрели на меня с ехидством.