Давай, расплачивайся (СИ)

Последних нескольких дней хватило для того, чтобы я ощутила, что такое свобода. И хотела выглядеть хорошо, а в этом чертовом свитере даже дышать трудно. И раз за разом поправляя его, я думала лишь о том, что завтра обязательно воспользуюсь тоналкой. А потом пройдет еще совсем мало времени и вообще все покраснения исчезнут. Я обещала себе, что расцвету.
Поскольку до лекции оставалось совсем немного времени, я быстро пробежала через двор университета, но уже будучи на ступеньках, ненадолго замерла, чуть не врезавшись в какую-то девчонку.
  
А все потому, что на парковке увидела одного парня — Давида Лонго. Младшего брата Матео.
Он тоже высокий и массивный, хоть и казалось, что все же немного ниже своего старшего брата. И они совершенно не похожи. В первую очередь по той причине, что у Давида волосы черные. Кожа немного светлее, глаза карие. Одевается он тоже иначе. Например, как сейчас — в джинсы и водолазку серого цвета.
Я знала о том, что он тоже учился в этом университете, но за всю последнюю неделю ни разу его не видела. Лишь слышала о том, как кто-то говорил, что Давид Лонго ненадолго ездил заграницу. И вот, судя по всему, вернулся.
На парковке он был не один. Его окружало еще около семи парней и трех девушек. Одна из них вообще повисла у него на руке.
А я, до сих пор не шевелясь, все же заметила то, что у Давида и Матео имелись общие черты лица. Те, которые я замечала и у Гаспара в нашу единственную встречу. Одинаковые скулы, губы, нос и брови.
Уловив то, что Давид повернул голову в ту сторону, где я стояла, я почему-то испытала острое напряжение, из-за чего силой заставила себя отмереть, после чего быстро вошла в здание университета.
Звонок на лекцию прозвучал как раз в тот момент, когда я успела сесть на свое место и разложить вещи на парте. Тут же вошел преподаватель, но стоило моим одногруппникам рассесться по своим местам, как у меня по коже пробежала острая, колючая дрожь.
Место Гуидо пустовало и все время лекции смотря на него, я нервно сжимала ручку. Наверное, я и правда никогда не смогу свыкнуться с тем, что увидела тогда в сквере.
Ближе к концу лекции, я решила отвернуться и посмотреть в окно. Лучше бы этого не делала, так как во дворе университета увидела Матео.
Он и правда сегодня вернулся. От осознания этого по коже скользнуло острое покалывание, но, в тот же момент, я вообще задумалась о Лонго.
Сейчас он стоял около машины. Разговаривал с Леоном. То есть, черт, у него в близких друзьях сын мэра Флоренции. Да и не только. Тем более, речь вообще не о друзьях, а о самом положении. То, что Метао в университете король, а я что-то сродни пыли. И… он мой раб. От такого несоответствия сама вселенная должна была разломаться на части.
Услышав шепот, поняла, что не только я заметила Лонго. Еще несколько девчонок сидящих около окна, сейчас смотрели на него. Перешептывались. В принципе, ничего необычного. По Матео все девчонки сохли. Только, знали бы они какой он на самом деле ублюдок.
Прозвучал звонок и началась перемена. Стоило преподавателю уйти, как в аудитории тут же поднялся шум. Я же хотела сложить ручки в пенал, как краем глаза заметила, что Джулия на мою парту поставила пустой стакан от кофе, после чего села за парту передо мной, спрашивая у Доминики заказала ли она билеты на какой-то там концерт.
— Убери свой стакан, — собирая ручки, я сжала их пальцами.
— Подожди, — староста это произнесла коротко и с явным раздражением в голосе, после чего опять обратилась к Доминике. Естественно, ее тон тут же поменялся. Стал мягче, но, в принципе Джулия же в нашей группе была не только старостой, но и местной принцессой. — Так, на каком ряду места?
— На пятом. Хотела поближе, но уже все занято. В принципе, если получится, попробую купить пропуск за кулисы. Это же даже круче, но готовься. Это будет дорого.
— Да плевать, — Джулия пальцами поправила длинные, светлые волосы, аккуратно собирая их в высокий хвост. — Хотя, если будет совсем дорого, давай лучше в клуб сходим.
— Стакан убери, — повторила. Я уже сложила свои вещи и он мне мешал. — Зачем ты вообще оставила его на моей парте?
— Ты, что не видишь, что мы разговариваем? Чего лезешь? — обернувшись, девушка прищурилась, от чего ее миловидные черты лица заострились. — Что-то не нравится? Не хочешь ждать? Так возьми и выбрось его.
— Это твой мусор. Сама им занимайся, — я пальцем пододвинула стакан, видя, что под ним осталось круглое пятно от кофе.
— Слушай, ну ты что ли даже пары минут подождать не можешь? — Доминика открыла блеск для губ и достала зеркальце. — Мы вообще-то кое-что важное обсуждаем.
Они отвернулись от меня, продолжая свой разговор, а я, взяв стакан, поднялась со стула и, потянувшись назад, поставила его на парту Джулии.
— И какого черта ты это делаешь? — естественно, это не осталось не замеченным.
Но, в принципе, ожидаемо. Я так и подозревала, что это ради конфликта, ведь, с тех пор, как мы с Джулией еще в начале учебы поругались и, в последствии того, что я отказалась ей уступать, этим нарушая некоторые ее планы, она всячески пыталась меня уколоть. Как сейчас. Или я всю перемену просижу с ее мусором на своей парте, который она скорее всего вовсе не заберет или то, что будет дальше.
Но, собираясь полностью повернуться ко мне, староста почему-то так и осталась сидеть полубоком. Более того, застыв она смотрела в сторону двери. Слегка разомкнув пухлые губы и приподняв брови.
Учитывая, что это было нетипично и даже как-то ненормально, я тоже повернула голову в ту сторону, не понимая, что там такого Джулия могла увидеть.
И тоже замерла.
В аудиторию вошел Матео.
Его заметили все. Даже те, кто спорили, разговаривали, переписывали конспекты. В одно мгновение стало слишком тихо и атмосфера в аудитории изменилась настолько, что это через воздух ощущалось кожей.
Во-первых, пятикурсники никогда не заходят к первокурсникам. Во-вторых, чтобы это сделал Матео вообще не мыслимо. Словно божество снизошло к простолюдинам. Во всяком случае, ощущения были именно такими. Но, кажется, Лонго пришел не один. Вместе с Леоном, но он остался около дверного проема, опершись о него плечом.
А меня до дрожи пробрало, когда Матео окинул аудиторию взглядом и, увидев меня, пошел в мою сторону.
— Я не нашел свою тетрадь по политологии. Ты ее взяла? — спросил он, подходя к моей парте и в полной тишине аудитории его слова услышали все. В этот же момент на меня были устремлены все взгляды. Наверное, я еще ни разу в жизни не получала настолько много внимания, как сейчас. Казалось, им можно было прожечь. Насквозь.
У Джулии черты лица сильно дрогнули и она, задерживая дыхание, повернула голову в мою сторону.
— Не брала я твою тетрадь, — я пальцами, поправила горловину свитера, не понимая о какой тетради вообще речь и откуда она у меня могла взяться.
— Я ее не нашел. Посмотри, может, ты ее со своими перепутала, — Лонго лениво сел на стул рядом со мной.
— Да нет ее у меня, — я взяла сумку и, расстегнув ее, при Матео начала перебирать тетради. — Вот, видишь? Нет. Никакой, твоей тетради… А, нет, вот она.
Я до боли прикусила кончик языка. Черт, и как я могла их перепутать? И, получается, я какую-то свою тетрадь не взяла? Хоть и сейчас меня это мало волновало.
Еще вчера я перенесла все вещи Матео в его новую спальню, но все, что касалось университета, пока что оставила на своем столе. Зря. Нужно было их разделять. Или внимательнее сегодня собираться.
— Давай, — Лонго забрал тетрадь и, достав что-то из кармана, вложил это в мою руку.
  
— Что это? — я посмотрела на ладонь. На ней лежала небольшая шоколадка.
— Решил, что раз иду к тебе, не делать же это с пустыми руками, — кто-то позвонил Матео, но он, безразлично посмотрев на экран телефона, просто нажал на боковую кнопку блокировки, после чего отправил телефон в карман.
Затем, он неожиданно наклонился ко мне. Слишком близко, чтобы это считалось нормальным. Делая это при всех, кто был в аудитории и, возможно, со стороны казалось, что Матео губами прикоснулся к моему виску. Даже создавалось ощущение, что он это сделал в каком-то нежном касании, но на самом деле Лонго наклонился к моему уху и тихо, так чтобы услышала только я, тяжелым, мрачным голосом произнес: