Тело для попаданцев (СИ)

Городишко вполне земной. Дома ровные, крыши плоские, этажа два-три. А уж как там живут, под этими крышами, сквозь Кировы пальцы не разглядишь. Тем более, заряд магии в них закончился.
Лес хорош. Густой, и теперь для меня зеленый. Кто в нем водится, тоже не ясно. Кир говорит, опасностей много. Можно представить; я и в саду-то на них нарвалась. Ворота имения расположены с другой стороны, охраняются. Проще попробовать перелезть через забор, видела удобное место за безобидным кустом безбрежника. Жаль, о сигнализации Кира не спросишь, будет выглядеть подозрительно.
А над головой красота! Небо пронзительно-голубое, облака почти белые… Не дотянул Кир немного оттенок, остались слегка золотистыми. Но мне это даже нравится, поэтому ему не говорю.
Парень снова застыл в позе мыслителя, оттопырив коленку. Забавный. А загар ему очень идет... С ним я много смеюсь, даже странно. Баба Шу привечает Кира, охотно уступая мне управление телом на время его визитов. А у парня мечта: тоже хочет послушать Шопена. Но в маго-машину я не пойду, слишком личные вещи она «проецирует».
— Диана, тот человек со зкырпкой… — слово «скрипка» выходит у Кира с тем же успехом, что у меня его «трублы» и «груцы».
— А вот этого мы обсуждать не будем.
И нечего тут сопеть. Подсадили меня в чужую голову, но это не значит, что можно лезть в душу. Видно, что Кир обижается, но я непреклонна: никаких больше мыслетрансляций и мозговых импульсов:
— Ты артефактор, хочешь послушать музыку — поставь мне рояль в кустах. 
— Почему в кустах? — тут же интересуется Кир. Что такое рояль, он видел. И как объяснить иномирцу идиоматическое выражение?
— Так говорят, когда персонажу истории вдруг невероятно везет, и его проблемы мгновенно решаются.
— Какая могучая магия! — восхищается Кир. Кто о чем, а этому лишь бы магию где-нибудь углядеть. В миндалевидных глазищах азарт, золотистые искорки так и сверкают: — Покажи мне еще раз тр-рояль. Я смогу его смастерить!
А вот схему рояля я бы запросто могла начертить, это не подзорная труба с оптикой. В голове всплывет картинка. Баба Шу задумчиво хмыкает: «Не так уж и сложно сплести эти струны…»
«Не будем подсказывать», — решаем мы дружно. Зачем лишать изобретателя радости открытий? Пусть гордится собою! Соорудит мне рояль — и до того полюбит Шопена… Эя идеи не понимает, а умудренная аж до пяти тысяч правнуков паучиха хитренько похихикивает.
Кир меня все-таки уговорил. Уверял клятвенно, что смогу контролировать содержание проекции и остановиться в любой момент. А мне так захотелось коснуться клавиш по-настоящему… Снова услышать музыку — и не только в своей голове. Покажу ему изнутри мое старенькое пианино, столько раз наблюдала, как мастер его настраивает. А то ведь соорудит какой-нибудь «тр-рояль», и еще неизвестно, что за звуки из него польются.
Баба Шу добродушно подтрунивала, пока я шагала за Киром к лаборатории.
С первого взгляда на помещение было заметно, что босс долго отсутствует. Металлический стол завален мензурками и уже не сияет девственной чистотой, посреди него — жбан с подозрительной жидкостью. Опустевшие колбы валяются под переставшим бурлить агрегатом, инструменты уложены кучкой в мягкое кресло с шикарной обивкой, придвинутое Киром поближе. И лишь сундуки, к моему облегчению, остались стоять рядком у стены: не забыть мне, кого поднимал из них добрый дядюшка Эи.
Кир деловито закопошился возле своей маго-машины. Руки с двойными локтями, извернувшись, ощупали ложе, ловко протиснулись под крышку какого-то бака:
— Маго-проводящей массы достаточно, — приговаривал Кир. — Аккумулятор заряжен. О, подожди минутку, нужно сменить кристалл, это носитель некротической магии. Я тут немного экспериментировал.
Он подковырнул матово-черную «лампочку», извлекая ее из гнезда.
— Кто же нам подойдет сегодня? — в глубокой задумчивости Кир потер кристалл о штаны и направился к двери в подсобку. Я последовала за ним.
Подсобка запиралась, как сейф: Кир использовал и амулет, и волшебное слово, и отпечаток носа. Когда дверь открылась, я увидела небольшую темную комнату. Абсолютно пустую, лишь в воздухе, в сплетении тонких нитей белого света, застыли кристаллы разных цветов и размеров.
 
— Клетка Парадея, — пояснил мимоходом Кир, быстро щелкая пальцами возле пустого отсека. Нити света на мгновение померкли, и он вложил туда принесенный кристалл.
Кир взъерошил свою шевелюру, обводя взглядом коллекцию: 
— Вот, стихийник воды, будет легче создать отражение в проекции. Очень много энергии! — проведя манипуляции в другой части «клетки», он подбросил крупный кристалл на ладони.
Я стояла, хватая ртом воздух — было трудно дышать:
— Это и есть попаданцы? Те, которых вы извлекли из тела Эи?
— Правда, великолепны? — Кир подправил угловой луч, сделав его чуть ярче.
— Ты используешь их как… батарейки в своей маго-машине? Но ведь это живые личности!
— Диана, ну что ты, вы все уже умерли, — рассудительно возразил Кир. — Но ваша магия продолжает жить даже после физической смерти носителя. Это так интересно!
Миндалевидные глазищи глядят с незамутненной непосредственностью. Это не лучики, это радары… Сканируют меня на предмет маго-полезности.
— Вы маго-вымогатели… Зачем тебе строить рояль? Засунешь меня в кристалл и подсоединишь к музыкальной шкатулке. Не забудь оформить патент, прежде чем начинать трансляции, станешь самым богатым чудовищем в своем мире!
Сорвав с головы очки, я швырнула их ему под ноги. Разноцветные стекла брызнули, рассыпаясь по полу лаборатории.
  
Глава 7. Родственные узы
 
— Ууу… — это я. Эя топчется у окна своей комнаты и вслух приговаривает:
— Диана, не бойся, мой дядя хороший! Я попрошу его не прятать твое сознание в кристалл.
— Я почти поверила Киру… Он говорил, что я буду сама выбирать содержание проекций, уверял, что я в безопасности… Лежал со мной на дорожке у лопухов!
— Зачем верить мужчинам, если можно их просто использовать, — бурчала в голове Баба Шу. — Какие же вы еще маленькие!
Снова Эя:
— Я скажу дяде, что ты меня лечишь. Он так старается мне помочь, все виды магии перепробовал. А с тобой у меня словно душа проясняется! Он увидит, что мне стало лучше, и оставит тебя со мной.
— Он подарил мне синее небо… перекрасил свой мир, чтобы я его не боялась…
— Вот, деточка, правильно ведь ты начинала! — подхватывает по-своему Баба Шу. — А теперь чего воешь? Подумай, как намекнуть мальчику, чтобы продолжал тебя радовать.
— Он сказал, что я давно умерла! Он меня просто использует! — теперь я не вою, теперь я рычу.
— Диана, все будет хорошо! — и это говорит Эя?!
Паучиха что-то просчитывает:
— Зря ты подсказала мальчику идею шкатулки. Надо было держаться рояля. Мол, твоя магия действует, только когда ты находишься в теле и перебираешь конечностями, а через мозговые импульсы ее передать нельзя.
— Диана, твоя магия возвращает мне жизнь!
— Нет у меня никакой магии, сколько раз всем повторить?!
Паучиха и Эя обиженно замолкают. Слезы у меня не текут — тело контролирует Эя. Не вовремя она перестала рыдать, вот сейчас бы я отвела душу…
— Диана, мой дядя… — галдеж в голове заходит на новый круг. Повсюду мерещатся любопытные глаза цвета хаки.
Любящий дядя явился в имение тем же вечером. Помяни черта, и он появится… Услыхав новость от горничной, Эя сама поспешила к нему спуститься.
Лимонно-салатовый Избранный, отдыхая от государственных дел, вкушал нечто в интерьере старинной столовой в компании своего ассистента.
— Дядюшка! — звонко воскликнула Эя. — Как я рада вас видеть!
Профессор Гран настороженно замер, затем с нарочитой медлительностью отложил двузубую вилку:
— Госпожа Шу?
— Дядюшка, это я!
— Госпожа Диана. — Миндалевидные глаза неприязненно сузились.