Дело жены оборотня (СИ)

– Ведьмы все свои, вредить Иной они не станут, – усмехнулась Вэл, прекрасно знающая, что окружной прокурор Соммерс считает её вселенским злом, ниспосланным ему свыше за неведомые грехи.
 Глава 3, о продолжающемся невезении и верных жёнах 
Окружной суд, в котором должно было рассматриваться дело Энсли, насчитывал пять судей, из которых только двое принимали на рассмотрение дела, как-либо связанные с Иными. Разумеется, они, как и Вэл, чаще всего работали с людьми, которых в любом городе Америки было гораздо больше, чем представителей ИГР. В Атланте на три с небольшим сотни Иных приходилось полмиллиона человеческого населения, а в Большой Атланте* – две тысячи Иных на семь миллионов «людей обыкновенных». Помощник окружного прокурора Дерек Ривз по причине молодости лет относился к Вэл значительно лучше своего непосредственного начальства, даже пытался за ней ухаживать, регулярно получая от ворот поворот, но не отчаиваясь.
– Вопрос об утверждении сделки о признании вины будет рассматриваться послезавтра, – сообщил Ривз.
– Уже?! Сразу после выходных? – ахнула Вэл.
– Как только старик-прокурор услышал, кого назначили адвокатом по делу, он потребовал максимально ускорить все необходимые следственные процедуры. Судя по всему, он не ошибся в своих дурных предчувствиях?
– Кому из судей досталось дело?
– Угадай, – ухмыльнулся Ривз и подтвердил худшие предположения: – Брэду Кэмпбеллу.
День Вэл с самого утра катился в преисподнюю и теперь достиг места назначения. Чёрт, меньше всего ей хотелось обращаться с просьбами к судье Кэмпбеллу! Помощник прокурора сочувственно похлопал её по плечу – как и многие другие, он успел заметить, что между адвокатом Мэнс и судьёй пробежала чёрная кошка. Резко развернувшись на каблуках, Вэл отправилась в угловой кабинет на верхнем этаже суда: интересы клиента – прежде всего.
.
Сидевший за столом русоволосый широкоплечий мужчина поднялся при её появлении и сдержанно поздоровался с ней. Красивое породистое лицо холёного аристократа не отражало никаких эмоций – судья считал, что благородное происхождение обязывает всегда и всюду вести себя соответственно своему высокому социальному статусу. Это соответствие выражалось и в дипломе об отличном окончании Гарвардского и Йельского университетов, и в степени доктора философии права, и в великолепном костюме, сшитом на заказ. В таких же костюмчиках с отглаженными галстуками Брэд Кэмпбелл расхаживал всю жизнь с того момента, как научился ходить. Сверхсильный гибрид из старинного рода, в крови которого причудливо смешались и усилились способности двух разновидностей Иных, с рождения не забывал ни о собственных чудовищных возможностях, ни о величии своей семьи.
Вэл родилась в маленьком провинциальном городке Луизианы и никогда не входила в списки самых сильных монстров страны. В детстве она босоногой девчонкой бегала по берегам Миссисипи, лазала по деревьям и скалистым речным обрывам, что плохо сказывалось на виде её нарядов, и никогда не стремилась стать лучшей ученицей школы. Повзрослев, она стала больше внимания уделять своему образованию и внешнему виду, но делала это не от души и не из стремления походить на великосветскую даму, а чтобы осуществить детскую мечту стать адвокатом. Клиенты отчего-то серьёзнее относились к правозащитникам, если те были одеты в строгое платье и принимали их в солидном офисе, а не являлись в драных джинсах на встречу с ними в дешёвое кафе. Признав, что встречи с клиентами – не чета встречам с подругами, Вэл обзавелась приличным гардеробом как только получила на руки университетский диплом. Что же касается Брэда Кэмпбелла, он вряд ли когда-либо заглядывал в дешёвые кафе и уж точно никогда не носил рваные джинсы, даже в годы юности. Словом, вряд ли могли найтись на свете более разные люди, чем они с судьёй Кэмпбеллом.
Старательно не отводя взгляда от серых мужских глаз оттенка закалённой стали, Вэл кратко обосновала свои соображения, закончив так:
 
– Обратите внимание на чёткость формулировок Энсли в признании вины. Человек, тяжело переживающий измену и смерть жены, никак не мог столь последовательно и логично изложить суть дела. Неровный почерк явно показывает, что у него тряслись руки, когда он писал своё покаяние, и совершенно очевидно, что оно было просто надиктовано ему полицейскими. Почему в деле нет видеозаписи его признаний? Да потому что он просто кивал в ответ на любые обращаемые к нему вопросы! Вы же понимаете, что мне было бы трудно ошибиться в оценке состояния подозреваемого, а я утверждаю, что Энсли сейчас невменяем. Пусть то же самое подтвердит психиатр – я требую вызвать к моему подзащитному специалиста соответствующего профиля. – Вэл помолчала и настойчиво повторили: – Вы отправите соответствующее распоряжение прямо сейчас?
– Нет, – отказался судья, но не дал ей решительно запротестовать, продолжив: – Будет несколько странно, если я отправлю повторное распоряжение, аналогичное указанию, данному полчаса назад. Я согласен с тем, что нападение оборотня на супругу – случай, слишком необычный при любых обстоятельствах. Тем не менее, если Энсли будет настаивать на верности своего самообвинения, а следствие не найдёт поводов усомниться в нём, он будет осуждён за непредумышленное убийство.
– Следует ли это понимать так, что вы, судья, уже заранее не сомневаетесь в своём решении?
– Я не сомневаюсь, что не стану мешать защите выставлять любые доказательства в пользу обвиняемого, какие она сочтёт нужным, – ледяным тоном отрезал Кэмпбелл. – Вы хотели узнать что-то ещё?
О да, ей бы очень хотелось получить на руки список всех высших демонов Америки, желательно – с адресами их проживания. Запросить такую информацию можно было либо у мастера Иных Атланты, либо через тайные фонды архива судов, хранивших сведения обо всех представителях ИГР. В данный момент Вэл склонялась к мысли наведаться к мастеру. Судья усмехнулся, прочитав по лицу все её мысли, и протянул ей скреплённые между собой листы. В них содержались сведения о высших демонах с пометкой об их разновидности и с указанием места проживания – где-то с полным адресом, где-то лишь округ, закреплённый за определённым мастером: Иные тоже имели право на охрану их личных данных.
– Спасибо! – выпалила Вэл, прижимая к груди драгоценные листочки.
– Пожалуйста, – флегматично ответил Кэмпбелл. Когда она уже дошла до двери, он спросил: – Не составите мне компанию на ланче?
Вэл замерла, как кролик перед удавом. К чему это приглашение? Неужели блистательному юристу не с кем скоротать время на перекус? Колонки светской хроники в газетах Атланты утверждали нечто прямо противоположное. О нет, судья не был замешан ни в каких скандалах! Однако на всех официальных городских мероприятиях он появлялся с элегантными дамами высшего общества, а сплетни то и дело доносили слухи о его намерении обрести статус не только чрезвычайно важного, но и женатого человека. У Вэл в ближайших планах на личную жизнь царила зияющая пустота, и она совершенно не намеревалась заполнять её. Ей и одной попытки хватило на всю жизнь. Чисто гипотетически, она предполагала, что встретит когда-нибудь достойного мужчину, которому сможет поверить настолько, чтобы создать с ним крепкую семью. Наверняка встретит... лет через сто. Но им точно не будет Брэд Кэмпбелл!
Язвительные слова: «Это обязательная благодарность за услугу, ваша честь?», завертелись на кончике языка и ещё два десятка лет тому назад наверняка сорвались бы с него. Однако нынешняя Вэл успела научиться сдержанности и промолчала. Она и без того как воочию представляла себе реакцию судьи на такое высказывание! Его лицо превратилось бы в мраморную маску, губы сжались бы в тонкую нить и высокомерно процедили в ответ: «Совсем необязательно облекать отказ в оскорбительную форму». Это замечание было бы справедливым и ей пришлось бы извиняться со всей доступной ей вежливостью.