Холодное Сердце Казановы (ЛП)

— А твой биологический отец? — Я поперхнулась, надеясь, что он не услышал.
Риггс поднял плечо.
— Я даже не знаю его имени.
— Семья в Шотландии?
— Ага. — Он откинулся на спинку кресла с отвратительным видом. — Они говорили как мудаки. Когда он умер, они предложили мне переехать к ним в Данди. Спасибо, но нет, блядь, спасибо. У меня нет вкуса к гомофобии.
— Мне очень жаль, — тихо сказала я.
Он вынул свою руку из-под моей и опрокинул чашку с кофе в знак приветствия.
— Не стоит. Я ведь стал хорошим, не так ли?
— Да, — серьезно ответила я, чувствуя, как пылают мои щеки. — Ты получился идеальным.
— А ты? — Он дернул подбородком в мою сторону. — Кого бы ты пригласила? Кроме твоих родителей и Кирана, я имею в виду.
Мои родители, которые почему-то не слышали и не видели мое вирусное видео с предложением, пока его не удалили, слава богу.
Я отправила в рот клубнику.
— Определенно, Петуха.
Он натянуто улыбнулся. Не знаю, почему. Я думала, он будет в восторге от того, что я использовала его прозвище.
— И… — Я подняла на него глаза, напоследок ткнув вилкой в его вафлю. — Определенно, определенно, Гретхен.
День, о котором я мечтала с самого рождения, — день моей свадьбы — в итоге обошелся в тридцать пять баксов. Сорок шесть с мелочью, если считать ледяной американо, который я выпила перед этим, за жидкую храбрость.
На невесте были пудрово-голубые брюки от Marks & Spencer и белая блузка от Topshop, которую отчим подарил ей два Рождества назад. Жених выбрал повседневные черные джинсы и рубашку с V-образным вырезом. Он выглядел, как голливудская звезда, но только не на красной дорожке, а на веганской пробежке с чашей асаи.
Все присутствующие были со стороны жениха, что подчеркивало, насколько я одинока в этом городе. Здесь были Кристиан и Арсен, богатые красавцы, а также их жены, Арья и Винни. Пукающей собаки, слава богу, не было.
Мы все стояли у здания суда на лестнице, потягивая кофе со льдом и не обращая внимания на палящую жару. Арсен хмурился на туристов, как будто они лично на него напали, Винни предлагала мне домашние кексы с красным бархатом на свадебную тематику, а Кристиан и Арья периодически проверяли свои телефоны, явно недовольные тем, что им приходится отрываться от своего насыщенного дня, чтобы присутствовать на этой фиктивной свадьбе.
— Я все еще не могу поверить, что вы поженитесь. — Кристиан смотрел на Риггса сквозь очки Ray-Ban Wayfarers.
— Я до сих пор не могу поверить, что мы воспринимаем этот бардак как настоящий брак. — Арсен нахмурился, и я поняла, что он был плохим полицейским в этой группе. — Этот человек подцепил двух женщин в „Братстве“ не раньше как месяц назад.
— Господи, Арс. — Арья зарычала и смахнула его руку. — У Даффи есть уши, если ты не заметил.
— А еще у нее есть мозг. — Кристиан снял очки. — А это значит, что ей лучше не относиться к этому как к чему-то большему, чем просто договоренность. Верно, Даффи?
Я ошеломленно кивнула. В голове все перевернулось. У Риггса был секс втроем? Я ненавидела себя за то, что позволяю этой информации забираться ко мне под кожу, но я списала это на то, что переживаю Би Джея. Эмоции явно перетекали одна в другую.
— Только не забудь продезинфицировать диван. — Арсен бросил на меня взгляд, способный заморозить пустыню Сахара. — Наш мальчик — это пиньята венерических заболеваний.
Риггс рассмеялся, наслаждаясь этим обменом, и в этот момент, на ступенях здания суда, за несколько минут до того, что должно было стать самым важным моментом в моей жизни, я струсила.
Это было совершенно бессмысленно. Ведь это я умоляла Риггса жениться на мне.
Я не могла не испытывать глубокой печали от того, что мой брак был растрачен на холодного Казанову, которому не нравилось ничего, кроме как подкатывать к незнакомкам по выходным, и он так и остался вечным холостяком.
 
Самое ужасное заключалось в том, что я не могла отменить цепь событий, которая разворачивалась.
Даже если бы Би Джей вернулся и сделал мне предложение, я бы, скорее всего, не согласилась. Моя жизнь начала рушиться, как замысловатое домино, в тот день, когда он сообщил мне о своем отъезде, и с тех пор все пошло наперекосяк.
У меня никогда не будет идеальной свадьбы. Это было настолько хорошо, насколько это вообще возможно. Отстраненный обмен клятвами с незнакомым человеком в здании суда.
Внезапно мне стало трудно дышать.
— Извините, — проговорила я, начиная спускаться по лестнице и выходить на улицу. Я даже не полностью контролировала свои ноги. Они просто покинули помещение по собственной воле. Как будто они знали что-то, что мой мозг не мог до конца понять. Что брак с этим человеком будет ужасной ошибкой, которая повлечет за собой огромную душевную боль.
Не успела я осознать, что происходит, как уже мчалась по улице, проносясь мимо витрин магазинов, торговых зданий и покупателей, дыхание мое участилось, на лбу выступили капельки пота.
Почему я хотела остаться в Нью-Йорке? Здесь у меня практически не было друзей, работы, квартиры в коробке из-под обуви, а моей самой ценной вещью был термоламинатор.
Я уже собиралась завернуть за угол, когда кто-то сзади дернул меня за запястье. Меня затащили в переулок и прижали спиной к обжигающей кирпичной стене.
На меня навалилось огромное мужское тело. Я втянула воздух. Это было классическое ограбление Даффи Маркхэм в тот день, когда я решила отказаться от фиктивной свадьбы.
— Из всего того дерьма, с которым, как я думал, мне придется столкнуться в этой жизни, сбежавшая невеста не входила в их число. — Красивое лицо Риггса материализовалось в дюйме от моего. Так же близко, как в ту ночь, когда мы чуть не поцеловались.
— Господи, Риггс. — Я толкнула его в грудь, зарычав. — Ты напугал меня до смерти!
— Ты сбежала в день нашей свадьбы. — Он смотрел на меня с болью, почти похожей на сырую. — В день свадьбы, за которую, кстати, ты меня шантажировала.
— Я не сбежала, — надменно солгала я. — Мне просто… нужен был воздух.
— На лестнице в здании суда было достаточно воздуха. — Он повернулся и указал в сторону здания суда. — Такой же уровень воздуха, как и в любом другом месте в этом городе. Что происходит?
— Я п-п-потеряла рассудок, — сказала я, заикаясь от правды.
Он моргнул, глядя на меня с недоумением.
— Может, дашь мне еще какую-нибудь информацию, которая не была очевидна из того, что ты сбежала?
Он был взбешен. Я никогда не видела Риггса таким разъяренным. Раздраженным? Да. Незаинтересованным? Много раз. Даже когда у него болела голова, он был в основном раздражен. Но никогда, никогда не злился.
— Меня осенило, что это день моей свадьбы. В детстве я представляла его совсем по-другому. И… — Я сглотнула рыдания. — В моей жизни не было ни одного дня, когда бы я не думала о дне своей свадьбы. Поэтому мне очень грустно, что все будет не так, как я планировала.
Он нахмурился.
— Ты сама этого хотела, — тихо сказал он после долгого молчания.
— Я знаю. — Слезы наполнили мои глаза. Первая слеза вырвалась прежде, чем я успела ее вытереть. Она потекла по моей щеке. Риггс смахнул ее большим пальцем. — Прагматичная часть меня — та, что хочет выйти замуж за богатого, — считала, что это хорошая идея. И до сих пор так думает. Но я думаю… ну, я думаю, что есть и другая часть меня. Та, что любит «Гордость и предубеждение» такой, какая она есть.
Я не очень-то понимала, да? И все же казалось, что мой будущий муж прекрасно понимает, к чему я клоню.
Вздохнув, он прижался лбом к моему, закрыв глаза. Я сделала то же самое и обнаружила, что вскоре потеряла контроль над гравитацией, когда он был так близко. Мне казалось, что я плыву на облаках.
— У тебя еще будет эта мечта. — Его большой палец провел по моей щеке взад-вперед, успокаивающим, повторяющимся движением. — Только не со мной.