Холодное Сердце Казановы (ЛП)

— Просто следуй своим природным инстинктам, — пробормотала я. Во рту было такое ощущение, будто он набит шерстью. Би Джей всегда говорил, что хочет подарить мне обручальное кольцо с бриллиантом "маркиза".
— Ты имеешь в виду Членососа, который дышит ртом?
Я вскинула голову.
— Как ты… он не дышит ртом!
— Держу пари, его дыхание пахнет как мокрая собака. — Он ухмыльнулся, очевидно, злясь на меня.
— Я даже не собираюсь удостаивать это ответом.
Хотя, на заметку, дыхание Би Джея было абсолютно нормальным. Возможно, потому, что я всегда прятала мятные конфеты в его бумажнике, но все же.
— Хм, Поппинс?
— Что? — Неужели я и вправду откликалась на это прозвище?
— Ты зеленая.
Я поджала губы, сдерживаясь от рвоты.
— Ты же не собираешься блевать? — Он наморщил лоб.
Мне захотелось покачать головой, но я знала, что любое движение побудит меня к рвоте. Поэтому я не ответила. Не двигалась. Не дышала.
Риггс раскрыл свою сумку, поставил ее между нами и достал фотоаппарат "Полароид" и телефон.
— Ты не дойдешь до общественного туалета. Блевани в сумку.
Мои глаза вспыхнули. Он что, спятил?
Он издал стон.
— Ты не можешь держать это в себе. Следующая остановка через несколько минут.
Я покачала головой, отказываясь. Огромная ошибка. Тошнота усилилась.
Он пошире раскрыл свою сумку.
— Просто сделай это здесь, пока тебя не стошнило на чьи-то ботинки. Мне совсем не хочется ввязываться в драку из-за того, что моя невеста не может держать себя в руках рядом с трюфелями.
— Прекрати. У меня был плохой день, — пробормотала я, сдерживая желчь, собирающуюся во рту.
— Да. — Риггс начал мастерски убирать мои волосы с лица. Он был удивительно добрым. Даже по-отечески. Что было иронично, учитывая, что он не хотел детей. — Поверь мне, половина нью-йоркских корпоративных СМИ была там, чтобы засвидетельствовать это.
— Я не стану блевать в твою сумку, — заявила я, даже когда холодный пот проступил на моей коже, а в голове зашумело. — Это не по-женски.
— Женский стиль покинул станцию, когда ты бродила по улицам Манхэттена с пятном от месячных в форме Западной Вирджинии на заднице.
Я ущипнула его за бицепс, возмущенная.
— Чтобы ты вообще упоминал об этом на людях…
Он грубо рассмеялся.
— Теперь, когда я тебя разозлил, не могла бы ты сделать одолжение всему миру и просто выблевать в мою сумку?
Что ж, он действительно заслужил это.
В этот момент я упала на колени, и меня вырвало в сумку Риггса, пока он сжимал в кулаке мои волосы. Я не останавливалась, пока она не наполнилась полностью. Я рухнула лбом ему на грудь. Он все это время гладил меня по голове, а его грудные мышцы тряслись от смеха.
В общем, это был самый романтичный поступок из всех, что кто-либо когда-либо делал для меня.
  
12
 
РИГГС
Эммет: Аляска выглядит очень красиво в это время года. Идеальная температура.
Я куплю тебе билет в один конец.
Эммет: Ты когда-нибудь скажешь мне, чем тебе не нравится это место?
Риггс: Нет.
Эммет: Я получу приглашение на свадьбу?
Риггс: Тоже нет.
Эммет: Я все еще не верю, что ты решил остепениться и отказаться от разнообразия.
Риггс: Хорошо, потому что мои отношения не продаются. Доставай свои тарелки, приятель. Сейчас ты получишь большой кусок скромного пирога.
— Объясни мне логику покупки настоящей бриллиантовой вещи для твоей фальшивой невесты. — Арсен щелкнул пальцами, когда мы были в ювелирном магазине. Прошла неделя с тех пор, как мы с Поппинс завели разговор о кольцах. Мой лучший друг расхаживал по белому мраморному помещению, щурясь на бриллиантовые браслеты и изумрудные ожерелья.
— Она такая заносчивая, что у нее может случиться сердечный приступ, если кто-то заметит, что на ней подделка. — Я раздраженно барабанил по стеклянному прилавку, ожидая, когда продавец вернется с образцами.
 
— И тебя волнует, что у нее будет сердечный приступ, потому что…? — Кристиан склонил голову набок, наморщив лоб.
— Она безработная и не застрахована. Одна только ее госпитализация обойдется дороже, чем вся свадьба. — Я пролистал свой телефон, прокручивая сообщения.
— Посмотри на себя, безнадежный романтик, — сардонически заметил Кристиан. — Возможно ли, что она тебе хоть немного нравится?
— Ты же с ней знаком. — Я бросил на него недоуменный взгляд. — Она похожа на меня?
— Твой тип — это любой, у кого есть пульс, каким бы слабым и неглубоким он ни был, так что ответ — да, — отшутился Арсен.
Если не принимать во внимание тот факт, что она блевала в мою сумку, шантажировала меня браком и называла меня деревенским идиотом по меньшей мере дважды в день, у Даффи был еще и идиот-бойфренд. Она не вызывала у меня неприязни, но я точно не был ее фанатом номер один. Более того, она обладала одной чертой, которую я презирал в людях больше всего, — она жаждала денег.
— Она великолепна, — хрипловато признал я. — Но она также вышла бы замуж за осужденного детоубийцу, если бы у него была собственная яхта. Она — определение золотоискателя.
— А ты играешь роль бедного Оливера Твиста, — закончил Арсен, перебирая в пальцах дорогую пару сережек для своей жены. — А значит, нет никакого риска, что она влюбится в тебя. Да и не было бы, если бы она знала, что ты миллиардер. У тебя меньше достоинств, чем у флакона Flonase.
С тех пор как Арсен влюбился и решил жениться на вдове, он вообразил себя ответным Ромео двадцать первого века.
— Спасибо за непрошеное мнение. Я обязательно проигнорирую его. — Я поставил локти на прилавок. Продавец вернулся с целым рядом обручальных колец, разложенных на белой атласной подушечке.
— Вот, сэр. Пожалуйста, сообщите мне, если у вас есть вопросы.
У меня действительно был вопрос — что, черт возьми, я делаю?
Я все еще не мог поверить, что женюсь.
— Похоже, ты немного ошеломлен. — Кристиан посмотрел на меня. — Ты уверен, что все продумал? Брак — это багаж. Настоящий или нет.
— Я не боюсь брака. — Я начал снимать обручальные кольца одно за другим и рассматривать их. — Но, как и в случае с тяжелыми наркотиками, я предпочитаю держаться подальше от этой концепции.
— Потому что, как и тяжелые наркотики, они вызывают зависимость. — Кристиан указал на серебряное кольцо с бриллиантом-подушечкой.
Мне нужно было найти что-то не мучительно дорогое. Не хотелось подставлять свое прикрытие миллиардера перед женщиной, которая вышла бы замуж за бездаря с кличкой "оральный секс" только для того, чтобы иметь возможность делать покупки на Пятой авеню.
Арсен, нахмурившись, ткнулся лицом в подушечку с кольцами.
— Какое из них кричит о Дафне Маркхэм?
— Не знаю. — Я просмотрел их все. — Есть ли что-нибудь, что выглядит так, как будто оно хорошо смотрелось бы на тридцатилетней разведенной невесте с двумя детьми и таймшером в Аспен-Хайлендс?
Арсен захихикал.
— Ну разве ты не везучий ублюдок?
Я знал, что она хочет что-нибудь аппетитное, с бриллиантом размером с ее голову. Но я также знал, что она сразу заподозрит, если я подарю ей что-то дорогое, а я не спешил ее радовать.
— Она наверняка возненавидит кольцо с реликвией. — Я поскреб щетину на подбородке. Я подтолкнул подушку с кольцами к продавцу. — Значит, именно это она и получит.
— Реликвию? — Кристиан бросил на меня взгляд. — Чтобы иметь реликвии, нужна семья. Твоя задница одинока больше, чем мозговые клетки в Конгрессе.
— Спасибо за напоминание.
Арсен похлопал меня по плечу.
— Где есть желание, там есть и способ.
— Мы собираемся ограбить милую пожилую леди? — спокойно поинтересовался Кристиан. — Потому что это единственный способ подарить этой женщине семейную реликвию.