Эмиссар с планеты Земля (СИ)

— Спасибо за предупреждение, но я и так не ждал ничего хорошего от этого гадёныша.
— Пир, возвращаемся, — скомандовал Влад, — летим к нам на станцию. Здесь пока всё подождёт. Скоро Большой Совет и надо успеть хорошенько подготовиться к такому серьёзному мероприятию.
  
— 40 -
 
Ещё до полёта на Кифортас Влад чувствовал себя неважно, а по возвращении его и вовсе начало лихорадить, бросая то в жар, то в холод.
Парню явно нездоровилось, но он старался не показывать вида. Никто не должен знать, что Посланник занедужил, это могло изрядно подмочить его репутацию.
Уединившись, Влад поведал Пиру о своих тревожных симптомах, желая выяснить причины плохого самочувствия и тот обнадёжил его:
— Я же уже говорил тебе — всё нормально. Так и должно быть после применения пилюль.
При ускоренном переходе на качественно новый уровень своего развития, любой человек будет испытывать нечто подобное. Можно считать, что ты ещё легко отделался.
Даже у коренных жителей Эльсияны бывает похожее состояние, а то и хуже…
Случается, что некоторые из них падают в обморок, или день-два находятся в состоянии прострации.
Единственное, что настоятельно рекомендовал ему Пир, это почаще делать небольшие перерывы для отдыха и восстановления сил, не изнуряя организм и так работающий в форсированном режиме адаптации, умственной и физической нагрузкой.
Прибегнув к помощи Майсидора, Влад, немного успокоившись, приступил к подготовке текста своего обращения к Большому Совету.
По ходу дела приходилось рассматривать многие проблемы, в том числе и затрагивающие разные стороны жизни и быта лонтидорцев. При обсуждении очередной злободневной темы Майсидор предположил, что «нелегалы» не случайно выбрали их планету для экспериментов, ведь их Дар и так передаётся по наследству от отца сыну, от матери к дочери. Можно сказать, что полдела сделано — остаётся только внедрить в личность, к уже имеющимся, новые способности.
— У лонтидорцев и без того нередко присутствует несколько врождённых особенностей, — что-то вспоминая, начал Майсидор. — Вот возьмём к примеру Тира. Когда я его встретил меня как остановило что-то. Я почувствовал Зов, идущий от него.
Маленький он тогда был, совсем ребёнок… без родителей. Я сразу понял нельзя его Дар в землю зарывать, развивать надо. Поэтому и взял с собой в храм.
Вот и считай — у парнишки есть способности к предчувствию и провидению, но самый сильный дар — Зов.
— Зов?! Что за дарование, такое?
— Это когда ты над другими людьми власть имеешь. Идут они на Зов, люди-то.
Только Тиру пока неизвестно о всех своих талантах, а я стараюсь не торопить события. Подрасти ему чуток надо, чтобы правильно распорядиться таким редким даром, а то возгордиться можно и столько дров наломать («дров наломать», — подумал Влад, — это ж надо как поднаторел Пир в переводах).
В храме у нас такой дар, вернее, что-то подобное, у Мераха есть. Сильная личность.
А Тир мал ещё. У него всё впереди.
Повернувшись к Владу, провидец осёкся увидев, как тот, забившись в конвульсиях, сваливается со стула. Старик поспешил к нему чтобы подхватить, не дав упасть на пол и разбить лицо, или голову.
Подбежал, поймал, да так и повалился вместе с ним на пол. Видать, старый и немощный стал Майсидор.
Склонившись над Владом, он приложил ухо к его груди и уловил еле слышное биение сердца:
— Живой!
— Пир, что с ним? — обратился к пирамидке монах. — Вот ведь как бывает, и она молчит.
— Странная хвороба с ним приключилась, — сухо констатировал старец, обращаясь к Тиру, так и не сумев привести Посланника в чувство. — Помоги-ка мне положить Влада на кровать. До утра подождём, если ему лучше не станет, в храм пойдёшь. Ты молодой, у тебя быстрее получится. Придёшь, подводу у Мераха попроси и сюда давай побыстрее, да смотри, чтоб не проследили за тобой.
— А если спросят зачем, что сказать-то следует?
— Я позже придумаю, — отмахнулся провидец и тут же добавил: — Мераха предупредишь, что на Большой Совет Посланник не придёт, так как дела неотложные появились. В подробности не вдавайся, нельзя им знать всю правду.
 
Вернёшься, повезём Влада в заброшенное селение Отков. Там мой старый знакомый ведун обосновался. Он поможет.
  
— 41 -
 
Очнувшись, Влад хотел открыть глаза, но вдруг отчётливо осознал, что и так видит всё происходящее вокруг него — на полу, возле кровати на которой он лежал, медитировал Майсидор.
Сидя на коврике по-турецки — поджав под себя скрещённые ноги, он размеренно раскачивался в такт своему заунывному мычанию.
Его глаза закрыты, мышцы лица расслаблены.
«Мы беседовали со стариком про “особые” способности жителей Лонтидоры, перед тем как мне поплохело, — вспомнил Влад. — У них, они передаются по наследству. Впрочем, ко мне тоже всё от отца перешло».
«Хорошо хоть не при всём народе этот кризис случился, что тогда люди подумали бы о Посланнике? — порадовался он, не торопясь открывать глаза и возвращаться из необычного состояния в привычную обыденность повседневной жизни, где его вновь ожидала куча нерешённых проблем. — Слава Богу всё обошлось. Теперь я чувствую себя превосходно!»
«Небось моё будущее смотрит, — подглядывая за старцем, пытался угадать охваченный любопытством Владислав. — Интересно, что ему там видится?»
Он сосредоточился, и… не успев подивиться той лёгкости, с которой у него всё получилось, как будто раньше только этим и занимался, обнаружил себя очутившимся возле широкой реки. Точнее, не только себя — рядом с ним, вдоль берега, шёл парень…
«Вот это дела! — озадачился Влад, изучающе посмотрев на попутчика. — Мы похожи — как две капли воды. Если я создан моим воображением, то это тогда кто?»
— Не тревожься, ты видишь своё внутреннее, второе «Я», — словно уловив его беспокойство, спокойно пояснил Влад № 2. — Мы всегда были вместе, только ты не придавал этому значения.
— Неужели?!
— Мне не нравится твоя ирония, — деланно оскорбился двойник. — Кто как не я стремился предостеречь тебя от необдуманных поступков? Кто поддерживал тебя в трудную минуту, стараясь утешить и подбодрить? Вспомни как что-то, внутри тебя, даже в самые трудные моменты жизни, не позволяло опустить руки от отчаяния.
— Так вот ты какой, мой внутренний помощник! — отшутился Влад, собираясь с мыслями. — Плохой из тебя советчик получился, раз меня так далеко от дома унесло. Слава Богу, что жив остался.
— Уж кто бы говорил! Не очень-то ты и прислушивался к моим рекомендациям. Вот и теперь, не успел очухаться и с койки встать, а уже в самые дебри лезешь. Ты хоть догадываешься где мы сейчас?
— В моей башке!
— Около того, но всё же не совсем верно. Мы в мире грёз — одной из множественных граней реальности.
— О какой реальности может идти речь, если мой образ перекинут сюда в результате фантазии?
— Те чувства, что присущи человеку с рождения, не раскрывают всей полноты картины мироздания. В меру скудности своего восприятия, люди живут в нём частично. Их разум ещё не способен вобрать в себя всю насыщенность окружающей действительности.
— Допустим. А ты-то как тут оказался?
— Я часть той реальности, в которой мы находимся. Ведь я, это ты, только внутри себя.
— Во, завернул! Знаешь, как в таких случаях отвечают?
— Конечно! Тот, кто не может уяснить, о чём ему говорят, считает бестолковым не себя, а собеседника. Ничего, очень скоро ты всё поймёшь.
— Смотри, — неожиданно оживился двойник, кивнув в сторону реки. — Видишь?
Речной поток, словно боясь расплескать свои обильные воды, неторопливо уносил их меж пологих берегов куда-то вдаль. Лёгкая дымка тумана, обволакивающая русло, стала быстро рассеиваться и внимание Влада привлекла одинокая лодка без вёсел, в которой находился Майсидор.
 
Подслеповато щурясь старик что-то сосредоточенно высматривал, пристально вглядываясь в горизонт.