У свободы цвет неба (СИ)

   Переговорив с достопочтенным и убедившись, что у него нет никаких планов, которым может угрожать неизбежный итог расследования дела Полины Бауэр в Исюрмере, она навестила князя, выслушала краткий, но раздраженный монолог о неуместной решительности Дейвина и назначила графу конфиденцию на тот же вечер. Выслушав длинные и неожиданно эмоциональные объяснения причин этого неосторожного решения, досточтимая качнула головой: 
   - Ты не похож на себя, Дейвин. В твоих словах и поступках я не узнаю тебя. 
   Дейвин ответил ей неожиданно длинно и отвлеченно. 
   - Знаешь, Хайшен, в чем наша беда здесь? Мы слишком много уделяем внимания тому, что решено уже и без нас, и слишком мало смотрим на то, что действительно могли бы изменить. Я понимаю, что заставляет быть безрассудными жителей этого мира. В конце концов, торжество смертного над смертью - это славный подвиг, а найти способ отодвинуть сроки и поменять пути за Грань - долг и честь целителя, воспитателя и половины их специалистов. Но нам, внелетним магам, стоило бы чаще проявлять уважение к тому, что остается в мире после смертного, когда его тело оставлено Потоком и дух уходит за Грань. 
   - Что же это, Дейвин? - с интересом спросила Хайшен. 
   - Смыслы, досточтимая. То, ради чего эти люди жертвуют здоровьем и рискуют жизнью. Я бы сказал, долг и честь, хотя эти слова здесь не слишком любят. Это единственный способ для смертного оставить свой след для живых. 
   - Что в таком случае заставило тебя рискнуть жизнью этого мальчика? - с таким же доброжелательным интересом произнесла досточтимая. 
   - Хайшен, - Дейвин наклонился в кресле, коснулся рукой подлокотника кресла настоятельницы, - послушай и попытайся понять. У него есть сестра, она прошла отбор и, насколько я понял, учится в Исюрмере. А он - старший, защитник, ответственный за сестру - навсегда остался человеком второго сорта, более слабым и менее успешным, чем девочка, которую ему доверили защищать. Он должен был стать не хуже. 
   - Ценой жизни? - дознаватель приподняла брови. 
   - Если на то пошло, то да, - уверенно кивнул граф. - Он был обязан хотя бы попробовать. 
   - Он сам сказал тебе это? - уточнила Хайшен. 
   - С ним я о его мотивах не говорил, - ответил Дейвин. 
   - Что же, понятно, - кивнула дознаватель. - Ты понимаешь, что я должна обсудить это с мальчиком? 
   - Разумеется, Хайшен, - согласился Дейвин. - В присутствии Айдиша, согласно местным законам. Мальчик несовершеннолетний, ты не можешь его допрашивать без его законного представителя. 
   - Я уточню. - Настоятельница наклонила голову, закрывая вопрос. - Есть ли что-то, что ты сам хотел бы рассказать мне? 
   - Да, досточтимая. Я нес тебе одно сомнение и один недолжный поступок. 
   - Говори, - доброжелательно сказала Хайшен и улыбнулась Дейвину, собирающему слова. 
   - Начну с сомнения, - сказал он после недолгой паузы. - Его причина - Дагрит да Шадо, бывший баронет Купчино. 
   - Он же отдал титул? - удивилась настоятельница. 
   - О да, - кивнул граф, сдерживая раздражение. - Титул он отдал. После чего немедленно поступил на службу в местные силы охраны порядка и, пользуясь своим положением, пакостит, как может. И Хайшен, я не могу назвать это пакостями по мелочи. Пострадали люди маркиза да Юна, у них разрушены помещения для хранения и обслуживания техники. Кроме того, мои коллеги еле выдворили из края некоего знакомого или партнера да Шадо по каким-то сомнительным торговым делам, а подчиненные этого человека после встречи с маркизом Айрилем на попечении целителей, и их теперь надо кормить и следить за ними, поскольку допроса маркиза они не перенесли. 
   Хайшен озабоченно качнула головой. 
   - Дагрита надо как-то отозвать из края. Ты говорил с князем Димитри? 
   Дейвин зло усмехнулся. 
   - Он ничей, этот крысий выкормыш. И ему это прекрасно известно. Унрио поражен в правах, а Вейену он никогда не присягал, это же да Шадо. Так что пока администрация империи не нашла, как его ухватить за плавник, он может тут творить, что хочет. Еще и работа у него официально местная. Я порекомендовал коллегам избавиться от него, но пока он не подал прямого повода, у них нет оснований. 
 
   Хайшен задумчиво кивнула. 
   - Я попробую выяснить этот вопрос с маркизом Вейеном. Или он отзовет вассала своего внука сам, или Дагрит развяжет нам руки. Я не думаю, что это продлится долго. 
   - Надеюсь, что так, досточтимая, - вздохнул Дейвин. - Надеюсь, что так. 
   - Надеюсь с тобой вместе, - Хайшен снова наклонила голову. - Ты говорил о недолжном поступке, граф. Рассказывай. 
   Дейвин скорбно вздохнул, виновато опустил голову. 
   - Я ел плоть дружественного и, возможно, разумного создания. 
   - Как это случилось, граф? - сочувственно спросила дознаватель. 
   Дейвин еще раз вздохнул и рассказал все сначала. Он начал с безумного рейда на бывший городской рынок, в развалинах которого обнаружилось девять гнезд оборотней и ящерова куча фавнов, скрывавшихся в заброшенных строениях. Затем упомянул все подробности скачки по этим развалинам вместе с парнями Музыканта, работавшими из огнестрельного оружия чуть не быстрее, чем он успевал создавать и инициировать заклятия. Упомянул и ряд живых фавнов, сложенных на снег, чтобы были поспокойнее, пока не появится ветконтроль с рефрижератором, чтобы транспортировать их в здание городского кожвендиспансера, переданного Институту гриппа. Сказал и про Зов Айриля да Юна, заставший его именно тогда, когда ему предложили сопровождать этот брыкающийся груз в клинику, чтобы все - и бойцы ветконтроля, и фавны - точно закончили день живыми. А потом перешел к причинам своего проступка. 
   - Разумеется, люди маркиза не дождались меня с вопросами, и я пошел искать их там, где они обычно и бывают в это время суток - в их технические помещения. Они там держат технику и рабочую одежду, там ремонтируют свои машины, там и ночуют. Я пришел очень голодным, Хайшен. И всего лишь попросил не слишком затягивать разговор, поскольку не хотел, чтобы меня видели слабым и беспомощным. Но мне предложили еду и горячее питье. Из заботы обо мне хозяин этого места предложил мне кашу с мясом коровы. Это насыщает, досточтимая. И насыщает хорошо. Я бы был больше рад рыбе, но взял, что дали, и поблагодарил. Это оказалось тем более кстати, что утром следующего дня я участвовал в их визите к месту гибели первого капитана клуба. 
   - Убитого гвардией виконтессы да Сиалан, - кивнула Хайшен. 
   - Да, - подтвердил Дейвин. - Именно тот случай. 
   - Ну что же, граф, - произнесла досточтимая. - Я думаю, тебе следует выяснить, как именно готовится то, что ты ел, чтобы принять решение о том, приемлемо ли для тебя брать эту пищу в будущем. 
   - Да, досточтимая, - Дейвин, не вставая, поклонился. - Я сделаю это и расскажу тебе. Благодарю за уделенное мне время. 
   - До встречи, граф, - улыбнулась настоятельница. Конфиденция была закончена. 
   К да Айгиту меня вызвали через его секретаря, потом через командира Охотников, потом через Сержанта... в общем, пока я получила приказ, был уже вечер. То есть не был, а только начинался - едва стемнело, и в коридорах свет горел еще не полностью, а только один светильник из трех. В этом тускловатом свете я не сразу разглядела, с кем столкнулась в дверях приемной графа. Сайх и сайх, мало ли их тут бродит. Сделав шаг в сторону, я пропустила его, вошла в дверь, из которой он только что вышел, сказала: "Господин маг, по твоему приказанию прибыла" - и увидела, как мне навстречу летит пол. 
 
   Открыв глаза, я услышала, что Дейвин называет меня девочкой и мышонком, говорит "он ушел", и увидела, что граф подает мне руку, чтобы помочь подняться. Сев с его помощью на стул для посетителей и взяв стакан с водой, я поняла, кого увидела. Из кабинета графа вышел Исиан Асани, принц дома Утренней Звезды. И именно с ним я столкнулась в дверях. Этим пониманием меня прошибло от зубов до пяток. Первое, что пришло мне на ум - что он пришел проверить, точно ли я умерла, и если нет, то доделать начатое. Оказалось, что подумала я вслух, потому что да Айгит положил мне руку на плечо около шеи и сказал: