У свободы цвет неба (СИ)

   - Шеф, то есть мой князь. Не надо. Не марайся. 
   Димитри остановился и недоуменно глянул на Стаса. Тот продолжил: 
   - Ты же видишь, он себе легкой смерти хочет. Ни фига, признание было, причем при свидетелях. Теперь должен быть суд. 
   Да Шайни вдруг заорал как резаный. Оказывается, пока Стас увещевал князя, успели достать блокирующий браслет и надеть на руку маркизу. Пресса, настороживши уши, внимала и фотографировала. Я толкнула Эгерта: 
   - Сделай хоть кадр, что ли. 
   - Зачем? - удивился он. - Ребята из "Индепендент" отлично стоят и все уже сделали. Они поделятся снимками в обмен на кое-какие детали. Наверняка ведь кроме тебя тут никто не в курсе подоплеки. 
   - Я тоже не вполне в курсе, - призналась я. - Но могу знать, кого стоит спрашивать. 
   - И кого? - спросил Эгерт, наблюдая, как уводят маркиза да Шайни и как к Димитри подходят сразу трое, магистр и двое герцогов из судейской коллегии. 
   - Марину Лейшину, - уверенно сказала я. - Лучше бы Полину Бауэр, но она не скажет, у нее профессиональная этика. 
   Эгерт ругнулся по-английски перед тем, как сказать спасибо. Но потом все-таки поблагодарил: 
   - Отличная идея, Алиса, я ее непременно обдумаю. Сейчас давай о другом. 
   - Давай, - согласилась я, прикуривая вторую от первой. 
   И Эгерт спросил: 
   - Не объяснишь, чем могла быть вызвана эта попытка публичного суицида? Почему маркиз не попробовал бежать, он ведь маг, как все они? И как он упустил тот факт, что некроманты допросят убийцу? 
   - Вот именно, как все они, - хмыкнула я. - Бежать бессмысленно, он же полностью открыт Академии - все знают, где он, куда пойдет, если что, и как его найти, если его вдруг нет дома. Да и куда? По окрестностям, куда он ни рвани, земли тех, кто тут три дня сидел вместе с нами и знает все не хуже. Только они его появление на своей территории видят так же четко, как, допустим, ты видишь мой вход в мессенджер: с логином, аватаркой и знаком "доступна для общения". Ну или "не беспокоить", если я уже с кем-то в чате. 
   - Ну зачем же по окрестностям... - возразил Эгерт. 
   - За звезды, что ли? - спросила я. - Так там Димитри. Который тоже маг. И кстати, вскрытие всего, что маркиз сказал сам, было вопросом максимум двух часов. Хайшен хороший дознаватель, одна из лучших, но она не одна в Академии. А архивы они поднимают... в общем, уже подняли. Это тебе не Интерпол, два года возиться не будут. А факт он не упустил. Он, понимаешь, решил, что раз огнестрела тут не бывает, то и смерть Хайшен с суицидом почти под стенами Исюрмера никто не свяжет. Зря, конечно, он так думал, но что уж ему теперь. 
   Эгерт про себя помянул черта, дурную погоду, бестолковую мать и еще ряд вещей, не имеющих отношения к делу. По всему выходило, что без разговора с Димитри да Гридахом ему не обойтись, и разговор этот будет не коротким. Но соваться к наместнику края сейчас, когда он явно не в себе после всего произошедшего, дураков не было. Эгерт решил, что он не дурнее остальных. Тем временем объявили перерыв на обед и продолжение заседания суда в здании торговой конторы порта. Прессу немедленно взяли под опеку, чтобы никто не заблудился, и повели для начала обедать. Честно говоря, аппетита не было, но и обижать хозяев не хотелось. Эгерт наскоро съел какой-то местный вариант минестроне и вышел на портовую площадь. Димитри да Гридах стоял там и смотрел на море. И тут журналиста осенило. Он уверенно подошел к наместнику. 
   - Не слишком спокойный день, Димитри? 
   Тот покосился на журналиста не особенно приветливо. 
   - Намерены добавить? 
   - Знаете, да, - признался Эгерт. - Я случайно оказался владельцем вашего секрета, о котором вы, похоже, не знаете. 
   - Вот как? - Эгерт многое бы отдал за то, чтобы на него не смотрели с таким интересом, как глянул наместник Озерного края. Никто и никогда. Но отступать он намерен не был. 
   - Именно так. И поверьте, это не то, о чем стоит говорить на улице. По крайней мере, по меркам нашего общества. 
 
   - Хорошо, - согласился Димитри да Гридах. - Сегодня вечером у меня дома. Вас проводят после заседания. 
   Вторая половина дня оказалась скучной: саалан говорили о чем-то своем, чего не понимал никто из прессы. Все добросовестно конспектировали речи, надеясь на последующие разъяснения. Именно их Эгерт и собрался купить за маленькую тайну Инги Сааринен. 
   После заседания к нему подошел незнакомый сааланец в синем и коричневом, сказал: "Следуйте за мной, вас ждут", - Эгерт послушно пошел за ним и через примерно четверть часа оказался в гостях у наместника края. Провожатый покинул его на крыльце, но стоило открыть дверь, как его встретил сайни в бирюзовой жилетке и повел на второй этаж, как выяснилось через несколько минут - к кабинету хозяина дома. 
   - Добрый вечер, Димитри, - сказал Эгерт, отворив дверь. 
   - Куда уж добрее, - хмыкнул хозяин дома. - Эгерт, давайте сразу к делу, если можно. Я устал и не в лучшем расположении духа. 
   - Конечно, Димитри. Итак, я оказался владельцем вашего секрета и за этот секрет я буду хотеть от вас некой компенсации. 
   - Деньги? - усмехнулся наместник. - И сколько же? 
   - Ни в коем случае не деньги, - ответил журналист. - Мне нужны объяснения того, что сегодня было сказано. Это ведь отсылки к каким-то очень давним событиям, верно? 
   - Это займет много времени, - вздохнул хозяин дома. - Я бы хотел успеть отдохнуть до следующего заседания. 
   - Я не тороплю вас, - улыбнулся журналист. - Выберите время сами, главное, чтобы объяснения я получил именно от вас. И не через десять лет. Это возможно? 
   - Да, вполне, - кивнул наместник. 
   - Вот и отлично. А ваш секрет, Димитри, довольно банален. Я вам возьмусь посоветовать, как мужчина мужчине: найдите время выбраться в Израиль и встретиться с Ингой Сааринен. Думаю, ваш с ней малыш уже учится ходить. 
   Димитри, против ожидания Эгерта, горько вздохнул: 
   - Если он еще жив. У меня было много неудачных опытов на этот счет, Эгерт. 
   - В Израиле? - хмыкнул журналист. - Димитри, ребенок, вынашивание и рождение которого наблюдали израильские врачи, не может не быть жив. Уверяю вас, с малышом все в порядке. Пол ребенка Инга мне не сказала, да это и не мое дело, но в остальном... она ведь специально поехала именно туда. И теперь я понимаю, почему она просила не говорить вам об этом, по крайней мере тогда. Но мы созванивались месяц назад, и судя по звукам в ее доме, малыш был вполне благополучен. 
   - Хорошо, - согласился наместник. - После окончания суда я съезжу к ней, и если все так, как вы говорите, Эгерт, я ваш должник и можете располагать моим свободным временем. Правда, его не очень много... 
   - Я не жадный, - улыбнулся журналист. - Доброй ночи, господин наместник. 
   Но ночь у наместника доброй не была. Во сне ему виделся Старый дворец, полутемная малая приемная и в ней двое: император Аль Ас Саалан, воплощение Потока, и герцог Аизо да Кехан. Герцог спрашивал: 
   - Как же так, государь? Как такое могло произойти? 
   А император отвечал: 
   - И это тоже зачем-то нужно, Аизо. Это между ней и Потоком, а вверив ему свою жизнь, Путем следует идти, а не загадывать о нем. Но я почему-то думаю, что она к нам вернется. 
   И сон этот был совершеннейшей правдой. 
   А Хайшен все пять дней до того в своих видениях бежала по бесконечной дороге белого песка, искрящегося под ногами, и никак не могла понять, куда именно ей надо прибежать. А той ночью дорога сменилась зеленой травой под ногами, и такой травы не росло нигде в землях Саалан. И издалека ветер понес не родной, но памятный цветочный аромат, на который она и побежала даже быстрее, чем до того. Вдали виднелся темный сад и над ним всходила одинокая золотистая луна Нового мира. А ниже нее, но выше уровня темных крон, сиял маленький огонь, который Хайшен уже видела однажды. И ей предстояло дойти до него.