У свободы цвет неба (СИ)
- Не должно, - не очень уверенно сказал Дейвин. - Исиан Асани - непростая личность, но здесь он только до тех пор, пока князь согласен его терпеть.
- Он не входит в состав миссии Созвездия? - быстро спросила Лейшина.
- Нет, - Дейвин посмотрел ей в глаза и развел руками. - Он явился сюда как частное лицо и был уверен, что князь сам его примет в этом качестве, представляешь?
Ленчик тихонько засмеялась в своем углу.
- Что он вообще здесь делает? - спросила Марина.
Дейвин улыбнулся и развел руками:
- Пришел и попросился остаться.
Виктор Саамо поднял голову в своем гнезде:
- И это ему наместник доверил защиту политзаключенной?
- Я бы не советовал его недооценивать, - заметил да Айгит. - В двадцать четвертом году он наместнику вымотал все нервы, получая Алису себе, и в мае забрал ее в Созвездие. А всего-то в январе вернул назад в таком виде, что мы до следующего лета вились как ужи на сковородке, чтобы сохранить ей жизнь.
- А почему ее вообще ему отдали? - спросила Ленчик.
Дейвин развернулся к ней, сев боком на стуле.
- Видите ли, Елена, он ее учитель и руководитель. Это сложные отношения, их города представляют собой что-то вроде специализированных университетов, насколько я понял. И специалитет сайха, опять же, по моим представлениям, определяет его гражданство.
- Но она же гражданка края, - тихо, но с нажимом, выделяя каждое слово, произнесла Глюк.
Дейвин обратил к ней взгляд, исполненный вины и печали.
- Мы поняли это в полной мере только на суде. До этого не могли поверить.
- Это как - не могли поверить? - подал голос Валентин. - С самой аварии она вам это талдычила в каждом ролике и в каждом посте в своем блоге, а вы, значит, поверить не могли. Ну нормально так.
- Валентин Аркадьевич, - грустно усмехнулся Дейвин, - если бы у вас тут каждый второй взглядом предметы двигал или от пальца прикуривал, вопросов могло и не возникнуть. Но с вашим, - он сделал выразительную паузу, - научным подходом...
- Не понимаю, - честно сказал байкер.
- Хорошо, - вздохнул граф. - Объясняю сначала. После аварии вопросы к ней были только по поводу Манифеста Убитого Города. Призывы к убийству, разжигание розни, весь этот набор. Все остальное было личным делом каждого из вас. Да, в Заходское я шел за ней. Дело даже не в том, что теракт на Краснофлотском стоил нам многих жизней. Но прорыв фауны в город... я не смог найти объяснений этому тогда. Мы-то пришли говорить и договариваться, - он махнул рукой и некоторое время молчал потом продолжил. - Понимаешь, даже дрон, который она направила в князя, в конце концов, можно счесть личным делом между ними двоими. Но не это.
- А на Краснофлотском не она организовывала, - вдруг сказала Ленчик, и Марина Лейшина развернулась к ней, широко распахнув глаза. Ленчик усмехнулась. - Марина Викторовна, не надо на меня так смотреть. Вы прекрасно помните, как мы познакомились. Только у меня летом восемнадцатого года на Стрелке пропал приятель, с которым мы вместе в дэнж водились, а у организатора украли брата. И увезли в Турцию. И он не вернулся.
- А кто он? - осмелился спросить да Айгит.
- А это уже неважно, - спокойно сказала Елена Рубинчик. - Он часть того пепла, который летом двадцать второго по Заходскому ветром разнесло. Вы продолжайте, господин граф.
Дейвин на секунду прикрыл глаза, справляясь с болью.
- Хорошо, я продолжаю. Она, как у вас принято говорить, спалилась на усадьбе в Бусанах, куда поместили детей из Корытово. Оставила след магического воздействия. Дальше все было просто, месяца за два мы ее вычислили и отнеслись всерьез.
- Я помню, - вздохнул из своего гнезда Виктор Саамо. - Я на Финляндском вокзале в тот день был.
Дейвин кивнул.
- Она держалась два месяца. Я сам чуть не рехнулся, наблюдая это. Потом мы сняли ее защиты и обнаружили, что перед нами чужой маг. Списались с Созвездием, попытались объясниться с ними по поводу вреда, который она причинила краю...
- Она? - тихо спросила Глюк.
Дейвин обернулся к ней.
- Послушай. Я не знаю, как тебя зовут, и даже не спрашиваю этого. Я сейчас рассказываю обо всех ошибках, которые совершены в том числе и мной, по порядку, как вы просили. Можно я договорю?
- Дай ему рассказать, Глюк, - прогудел Валентин. - Видишь же, он старается, чтобы честно было.
Глюк кивнула и уставилась в пол. Маг с силой потянул себя за волосы, сцепил пальцы и продолжил:
- Они решали у себя, мы решали здесь. Наконец, она попыталась уйти от нас, как только от нее отвернулись на полминуты. И князь сдался. Созвездие потребовало ее вернуть, и он отправил ее им. Они устроили свое разбирательство. Через семь ваших месяцев она вернулась назад. Без магии. Без сил. Без иммунитета. И почти без рассудка. Так казнят сайхи. Приговор ей подписал этот самый Исиан Асани.
Марина чиркала зажигалкой на протяжении всей его реплики и никак не могла прикурить. Дейвин протянул ей огонь на пальце и продолжил:
- Она прямо сказала князю, что вернулась умереть, но он вылечил ее. То есть оплатил лечение. Служба в подразделении Охотников стала частью реабилитации. Никто не надеялся, что Дар к ней вернется, но это произошло. Полина Юрьевна очень много сделала для этого. Так что с тем доносом на нее больше всего повезло Алисе. Хотя, должен сказать, нам всем с ним повезло. Алиса пришла к князю с просьбой - и это был единственный способ предложить Полине Юрьевне отсрочку, не нарвавшись на дуэль прямо в камере. А вообще мы планировали успеть перехватить ее до Святой стражи. Не сумели. Не вычислили, - граф досадливо поморщился. - Даже Ирину Мостовец я нашел и переправил во Львов. Судьбу остальных, неожиданно объявившихся за границей, вы, кажется, уже знаете, а Ирину я сам привел домой к Евгению Ревскому. Но все, кого удалось вывезти, оставляли следы, а Полина Юрьевна - нет. Ее сдали свои.
- Волк тамбовский им свой, - процедил Валентин злым хриплым полушепотом.
Дейвин, обернувшись на это тихое рычание, сказал:
- Совершенно согласен. Я уже добрался до апреля прошлого года. С вашего разрешения, хотелось бы закончить. Получив от Алисы просьбу об отсрочке для Полины Юрьевны, князь ее отправил договариваться о том, чтобы эта отсрочка была принята. Надо сказать, у всех нас были серьезнейшие сомнения в успехе этого предприятия, но, - он пожал плечами, глядя на сцепленные руки, - просто повезло. Разумеется, получив ее в Приозерск, князь назначил ей встречу на следующий же день. Но в тот вечер за звездами что-то пошло не так, и ему срочно понадобилось быть на Островах. Он туда шагнул вместе с ней, без всякой задней мысли, полагая, что через несколько часов вернется назад, а ей, может быть, будет приятно посмотреть на какой-то иной пейзаж, кроме плохо выкрашенных стен и немытого окна за решеткой. Вышло так, что дела задержали его почти на семь наших дней. Это больше десяти ваших. За это время обстановка в крае накалилась, и князь наконец получил возможность вызвать дознавателя, чтобы проверить работу достопочтенного. Разумеется, как наместник, он и сам попадал под проверку Святой стражи, но это его уже не слишком волновало.
- О как... - сказал в потолок Виктор Саамо.
- Что удивительно, - продолжил граф, не реагируя на реплику, - так это то, что Полина Юрьевна, высказав все, что она думала по поводу небрежности с ее документами и вообще с соблюдением режима, в дальнейшем до самого суда тщательнейшим образом выполняла все обязанности, которые на нее были возложены. И в отношении воспитанников интерната при резиденции наместника, и в отношении Алисы. Не пытаясь протестовать или нарушать регламенты. Более того, она и от нас требовала их неукоснительного соблюдения. И в итоге как раз к окончанию имперской проверки Алиса оказалась в состоянии пережить повторную инициацию. Хотя их отношения с Полиной Юрьевной, к сожалению, пострадали, и довольно сильно. Объясниться после этого они не имели возможности, началась подготовка к процессу, а в Исанисе участникам слушаний запретили общаться друг с другом.