Босс. Жена по контракту (СИ)

— А, когда ты перестанешь перечить моим правилам? Кажется, я с самого начала сказал тебе, чтобы в моём доме не было посторонних лиц.
— Таня мне не посторонняя, — шепчу я, поджав губы. — А, чтобы ты сделал, если бы твой друг попал в сложную жизненную ситуацию?
— Я давно убедился в том, что в этом мире нужно помогать только себе. А, что касается друзей, я не доверяю людям.
— Но так нельзя!
— Так нужно, Соня. Если бы ты занималась бизнесом, то понимала, о чём я говорю. В противном случае для тебя сейчас мои слова, это просто что-то негативное. Хотя это не так. Я хорошо обжегся.
И я невольно вспоминаю историю с Алиной, то, как он переживал это. Конечно, это не могло исчезнуть бесследно.
— Ты даже не выслушал меня. Не проникся моей просьбой. Ты просто даже не знаешь, что произошло, а уже идёшь в отказ…
Мне становится горько от того, что после того, что между нами произошло, Лавров совсем не считается со мной. Он даже не хочет выслушать меня до конца и понять.
Он слишком эгоистичен.
Михаил резко разворачивается в мою сторону, надвигаясь корпусом.
В какой-то момент его лицо оказывается так близко, что я могу уловить его тяжёлое дыхание. Он хочет что-то сказать мне прямо в лицо, но вместо этого продолжает обдавать своим ментоловым дыханием.
Было бы разумно оттолкнуть его от себя. Не позволять так близко приближаться!
Но вместо этого я тону в его глазах, как в самую нашу первую встречу.
Так сложно сопротивляться им, что это становится просто невыносимо!
Время останавливается, превращаясь в вечность. Лавров не отодвигался в сторону, а я полностью облокотившись на сиденье, продолжаю зачарованно смотреть на его лицо, которое в один миг оказалось так близко ко мне.
Я вижу, как он смотрит на меня, как его дыхание становится прерывистым, а на скулах начинают перебегать жилки от перенапряжения.
От чего он так взволнован?
Почему вновь так близко ко мне, что я могу разглядеть даже крошечную пылинку на его черных, длинных ресницах.
Сердце, я перестаю слышать его стук? Может быть оно специально утихло, чтобы не нарушать эту зачарованную атмосферу? Так много вопросов и ни одного внятного ответа.
Я нахожусь на грани чего-то немыслимого, того, что я не в силах осознать в полной мере…
Лавров, такой таинственный и притягательный.
Интересно, а как долго он сможет прибывать в этом состоянии? Мне кажется, или с каждой секундой, он приближается ко мне по миллиметрам.
А что же в итоге, он окажется так близко, что я смогу обжечься об него?
— Хорошо. Пусть будет так, — неожиданно начинает говорить он в мои полураскрытые губы. — Ты не должна разочаровывается в людях также, как и я. Хотя своим появлением в твоей жизни, я очень активно продвигаю эту идею…
Я слышу его слова, но ничего не могу ответить на это. Меня будто сжали изнутри, не позволяя издать и звука.
Его губы так близко ко мне, что я невольно вспоминаю, как страстно он умеет целовать. Неужели я хочу, чтобы это вновь повторилось?
Мне хватает только одной мысли об этом, чтобы заставить свою голову кружиться!
— Я помогу тебе, так как сегодня ты очень сильно помогла нашему общему делу. Но прежде, чем воспользоваться моим одобрением, ещё раз подумай сама, как поступить.
Позади нас раздался оглушающий звук сигнала.
— Что случилось?! Вам требуется помощь? — раздался голос из машины, поравнявшейся с нами.
— Спасибо. Уже всё хорошо, — молниеносно отозвался Михаил, отрываясь от меня.
— Девушке плохо? У меня есть аптечка, нашатырный спирт? — продолжал одолевать вопросами пожилой человек, готовясь уже бросить свой автомобиль и броситься спасать нас из мнимой беды.
— В этом нет необходимости, — железным голосом обрывает Лавров и, заставляя машину рычать, выдавливает газ в пол, срываясь с места.
Всё еще находясь под впечатлением от того, насколько он был близок ко мне, я продолжаю удивленно моргать глазами, не понимая, что происходит.
— Надеюсь, ты меня услышала. Можешь делать свое добро дело.
— Это правда? — шепчу я, не переставая удивляться тому, как быстро он меняет свои решения.
 
— Сегодня я останусь на ночь в офисе. Утром, когда я вернусь, чтобы в доме гостей не было. За сегодняшний вечер и ночь вы должны найти решение проблемы, а не сплетничать и сотрясать воздух.
— Поняла, — отзываюсь я, радуясь хотя бы этому исходу событий. Надеюсь, что мы с Таней успеем решить проблемы до того момента, как в Лаврова вновь вселится зверь.
— И да, хочу обратить твое внимание, — медленно начал он. — Вспомни, как ты оказалась в том офисе, из которого я тебя выдернул. А именно подумай над тем, по какой причине. Точнее…я бы сказал, подумай, кто пришёл к тебе на помощь, когда казалось, что идти уже некуда. Кто реально мог протянуть руку помощи, но по какой-то глупой причине не сделал этого. Я не хотел бы, чтобы ты разочаровывалась в людях, а также и не хотел бы, чтобы ты не перемещалась по дороге жизни, как слепой котёнок.
  
Глава 31
 
— А, что было не так с тем местом? — смею наконец-таки спросить я.
Лавров до сих пор и не рассказал мне о том, почему разорвал договор о найме на работу прямо на моих глазах. И его ярость в тот момент, едва ли она могла возникнуть на пустом месте. Здесь явно было что-то ещё, но вот что?
— Забудь, — сухо обрывает он. — Это тебя не касается. Это мои проблемы, не твои. Ты просто оказалась не в том месте и не в то время. Попала под горячую руку.
Я могу лишь развести руками на его слова.
Не в том месте и не в то время?! Тем не менее я была там и всё прочувствовала, разве это не повод, чтобы объясниться?
Всем своим видом Лавров показывает, что на этом разговор окончен. Поэтому всю оставшуюся дорогу до дома мы едем молча, каждый в своих мыслях.
— Ещё раз подумай о том, что я сказал тебе о тех, кто реально помогает и делает вид. Это действительно важно, ведь именно от этих людей и зависит твоя жизнь. Либо тебе помогут взобраться на эту вершину, либо…столкнут.
После этих слов Лавров высадил меня возле дома, направляясь в офис. Он всё-таки позволил моей идеи осуществиться, но при этом он посадил семя сомнений внутрь меня.
— Да он ничего не знает! — шепчу себе под нос, провожая удаляющуюся машину Михаила. — Он не знает, как мне помогала Таня всю свою жизнь. Это я вечно была у неё пятым колесом. Она не виновата в том, что произошло в тот вечер. Это я вклиниваюсь в её жизнь и всё порчу.
Это я…
Моей подруге нужна помощь, и я не могу пройти мимо.
— Слушаю, — раздаётся взволнованный голос после пары гудков. Она будто держала телефон в руке и ждала этого звонка.
— Танюш, я смогу тебе помочь, — отзываюсь я, называя адрес дома, в котором я пребываю.
В голосе Тани нельзя было не почувствовать изменившиеся нотки. Она явно ожидала услышать что-то иное.
— Ты сейчас не шутишь?
— Нет, — на выдохе произношу я.
— Кажется, тебе есть, что мне рассказать?
— Да, но не проси от меня подробностей. Иначе я не смогу впредь помогать тебе. Я расскажу тебе, но только то, что действительно можно.
— Ты в опасности? — голос Тани становится тише. — Тебе угрожают?!
— Ни в коем случае! — перебиваю подругу. — Лучше приезжай. Так ты сама убедишься, что всё хорошо. И я буду спокойна, что ты в безопасности.
Тяжело выдохнув, я отключаюсь и направляюсь в сторону дома. Нужно успеть всё подготовить к приезду Тани.
Лавров разрешил остановиться ей в моей комнате, там как раз помимо кровати был ещё и диван, который можно было бы заправить.
Людмила Анатольевна любезно приготовила для нас ужин и, как только завершился рабочий день, оставила меня в ожидании гостя.
Если быть честной, то я переживаю за появление Тани в этом доме. А именно за то, что мне придётся объясняться, как я умудрилась сюда попасть. Если сейчас прокрутить всю эту историю в мыслях, то это кажется нереальным!