Леночка, или Анна Каренина наших дней (СИ)

Настало долгожданное утро 31 декабря. Алексей уже повез сына к бабушкам. Леночка приняла ванну, предварительно надев шапочку для душа, чтобы не испортить шедевр парикмахерского искусства, сотворенный Сергеем из модного салона. Она осмотрела всю себя в большом зеркале ванны и невольно залюбовалась собой. Маникюр-педикюр, все было безупречно и только одна маленькая деталь смутила ее. Ей предстояло надеть на тело новый комбидресс, из тонкого ажурного гипюра. Подмышки Лена брила постоянно с подросткового возраста, а вот с «нижними этажами»… Нет, ноги у нее были от природы гладкими и не нуждались в дополнительной эпиляции, а вот, пожалуй, стоит подкорректировать линию бикини и Леночка, намылив нужный участок своей интимной зоны, провела по ней бритвенным станком. Все, теперь можно одеваться.
  
Она пошла в спальню, надела красный комбидресс, осматривая себя в зеркале, пришла к выводу, что все изумительно: и фигура, и длинные ноги в тонких золотистых чулочках, которые крепились к застежкам комбидресса резиночками с бантиками. Туфельки из красного атласа на высоких шпильках дополняли образ, который ей напомнил танцовщицу из Мулен Руж. Лена даже улыбнулась такому сравнению, только веера из страусиных перьев не хватает, а так…
— Лена, Лена, посмотри вряд ли есть на свете мужчина, который отказался бы от такой… как хорошо, что Леша уехал и не видит этого. —
Следующим было красное, даже алое платье, гипюровое на тонкой шифоновой подкладке. Когда Лена застегнула длинную молнию сзади, то в отражении зеркала появилась сексапильная красотка, блондинка в лучших традициях Голливуда и так непохожая на прежнюю Леночку:
- Вот она, та самая бабочка из кокона, которая взмахнет крылышками и полетит, сверкая на солнце! –
Завершила образ красная, в тон платья, губная помада. Нет, облако французских духов, пожалуй, было самым последним штрихом, завершающим аккордом.
Лена стояла и смотрела на себя новую, вернее, обновленную и глядя на свое отражение в зеркале, обратилась к себе:
— С новым образом тебя, Лена! Лена Крылевская! — Она почему-то произнесла свою девичью фамилию. — Отныне ты всегда будешь такой: яркой, соблазнительной, уверенной в себе, смелой и решительной! —
С этими словами она пошла в прихожую, где на вешалке ее дожидалось новое шикарное пальто с великолепной серебристой чернобуркой. И, хотя, пальто было несколько облегченным, больше подходящим для европейской зимы, чем для русского севера, Лена уверенно облачилась в него и надев на ножки черные батильоны на каблучках, (туфельки были уложены в сумку) отправилась на работу. Нет, на встречу с ним!
Первым, кого она встретила, выходя из дома, был сосед Вася, разогревавший машину у подъезда. От неожиданности он буквально вылупил глаза на Леночку, потом, немного опомнившись, спросил:
— Может подвезти? Такой принцессе не место в автобусе!
Леночка с радостью согласилась, отметив про себя, что надо договориться с Васей, чтобы он по утрам захватывал ее. Им было по дороге, а главное, время совпадало. А она будет оплачивать ему бензин. И ему хорошо, и ей хорошо. Василий холост и его некому ревновать, а Леша не из ревнивых, подобное ему и в голову не пришло бы!
— О, ты становишься деловой и практичной, Лена Крылевская! — сама себя похвалила Леночка, выходя из машины Василия, перед входом в институт.
Еще в фойе института Лена заметила, как на нее все смотрят. Все: и мужчины, и женщины. Не было никого, кто не обратил бы на нее внимания. Это было так ново для нее, что она почувствовала себя героиней Джулии Робертс из фильма «Красотка», когда та гордо вышагивала под восторженными взглядами прохожих. Лена вспомнила, как всего четыре месяца назад, она пришла в это здание устраиваться на работу, тогда никто не оборачивался ей в след, как и несколько дней назад до ее чудесного преображения.
И, вот, Леночка, открывает дверь в комнату, где уже собрались сотрудники. Она стоит на пороге комнаты, откуда в пятницу ушла с работы одна Лена Крылова, сотрудница БРИПа, а в понедельник пришла другая Лена, - обновленная, обольстительная, ослепительная…
Все, кто был в комнате, буквально онемели, глядя на Леночку. Первым пришел в себя он — Алекс. Он подошел к ней и сделал театральный жест, как бы прикрывая глаза рукой, словно от яркой вспышки света:
— Лена, что случилось с Вами за время моего отсутствия, я не узнаю Вас! Может Вы решили стать кинозвездой, сниматься в сериалах и бросить нас грешных? — с улыбкой вглядываясь в лицо Леночки, произнес Алекс. Он бросился помочь ей снять пальто и она предстала перед сотрудниками в своем шикарном алом платье. Надо сказать, что немногочисленные женщины их коллектива были тоже при параде, но до Леночки им было далеко.
Алекс объявил, что сегодня 31 декабря, последний день старого года и короткий рабочий день, поэтому нечего терять драгоценное время, надо с утра потихоньку начать праздновать, тем более их женщины так прекрасны сегодня. Он сейчас отнесет отчет о командировке в ректорат, а затем вернется и часов с двенадцати у них начнется ланч, который продлится часов до пятнадцати, а затем они потихонечку пойдут по домам. С этими словами Алекс вышел из комнаты. Все засуетились, кто-то из ребят-аспирантов стал сдвигать столы. Нина постелила большую скатерть из дома. На отдельном столике стояли столовые приборы: тарелки, ложки, вилки, ножи, рюмки. Кто-то уже порезал хлеб. Затем все разошлись кто-куда, чтобы, как и было велено начальством, собраться к двенадцати часам и вместе посидеть за дружеским столом. Даже в советские времена такая негласная традиция существовала — 31 декабря все сотрудники отмечали Новый год на работе, а затем продолжали праздновать в семьях. А это был уже 1997 год, к тому времени перестала работать советская трудовая дисциплина и на многое смотрелось сквозь пальцы. Тем более, что в БРИПе сложилась дружески-доверительная атмосфера между сотрудниками. Алекс сам обожал посиделки и считал, что неформальное общение сплачивает коллектив.
И вот, к двенадцати часам дня все стали собираться в их самой большой БРИПовской комнате, включили музыку, женщины начали раскладывать по тарелкам угощения. Девушки-аспирантки умудрились сварить в институтской столовой картошку и принесли ее в кастрюле, завернутой в полотенце, чтобы не остыла. Руководила всеми Нина, она всегда знала, что где лежит и умела организовывать не только рабочий процесс. Нина безусловно пользовалась всеобщим уважением.
— Жаль, что у нее не складывается личная жизнь. — грустно подумалось Леночке, глядя на Нину. — Ну, чем она хуже других? Аккуратная, скромная, выдержанная, доброжелательная. А, уж умна! Почему мужчины не замечают таких женщин? Вообще-то, по своему складу характера она подошла бы больше моему мужу Алексею. Они, как два сапога пара, оба тихие, исполнительные. Впрочем, а я разве не такая? Нет, я не такая! Это я с виду кажусь такой, всегда казалась, но в глубине души я другая. А какая и сама еще не знаю. Знаю только, что я — другая.
И, вот, дверь открылась. На пороге появился Алекс в смешной шапочке Санта Клауса, в американском джемпере с гарвардской символикой и с большой коробкой в руках. Он вошел и все сразу замолчали, как будто и вправду перед ними настоящий американский Санта Клаус. Кто-то даже выключил музыку. Возникла торжественная тишина ожидания сюрпризов. Алекс не разочаровал, в коробке было полно сувениров для сотрудников: блокноты, ручки, кружки с эмблемой Гарварда, красивый календарь на стену с видами штата Массачусетс, где располагается этот знаменитый на весь мир университет. Сувениров хватило всем, профессору Матвею Львовичу, признанному гуру науки, достался красивый письменный прибор и кружка из Гарварда. Последним сюрпризом была огромная бутылка Мартини, которую Алекс достал из коробки. Настроение сразу стало феерическим, особенно после дегустации Мартини. Розовое, сладкое, душистое. Леночка выпила свой фужер, даже не разбавив его фруктовым соком. Во рту стало горячо и ароматно. Леночка быстро пьянела, но она пила редко и помалу, поэтому скорее веселела, чем пьянела.