Леночка, или Анна Каренина наших дней (СИ)

Жизнь в классе кипела. Иногда Лена проводила аналоги современной истории с фактами уже не раз происходившими в истории России, подталкивая ребят к самостоятельным выводам.
И только день рождения Ирочки 15 сентября внес какое-то умиротворение в бурлящую жизнь Лены.
  
Глава 16 Ирочка и ее мать Люба
 
Был серый день, с унылым моросящим дождем, но она поехала бы к Ире даже если б вдруг случился снегопад в самом начале осени. Надев высокие резиновые сапоги, водонепроницаемую куртку с капюшоном, Леночка отправилась в деревню Устиновка, подгадав свой приезд к окончанию уроков. И вот, Леночка уже стоит во дворе деревенской школы, дожидаясь выхода Иры и Любы. Удивительно, они сразу узнали ее в куртке с капюшоном, затянутым шнурком под самым подбородком. Ирочка подбежала и обняла Леночку.
  
— Ты вся мокрая, быстрее домой сушиться. — сказала Лене, подошедшая Люба. — Сейчас печку затопим и все высохнет. —
И они втроем быстрыми шагами направились к дому. Пока Лена с Ирой снимали с себя верхнюю одежду и сапоги, Люба затопила печь и развесила одежду на веревке рядом с печкой. В доме быстро стало тепло и даже жарко. А в самой печке стоял запеченный гусь с яблоками, такой огромный, что Люба просто заставила Леночку взять с собой половину, убедив ее, что вдвоем с Ирой они его не осилят и за неделю. Это и в самом деле был настоящий гусиный Король, огромный, окруженный печеными яблоками, он сиял своей золотистой корочкой. Аппетитный запах, разошедшийся по всему дому, просто сводил с ума.
Они сели за стол и подкрепились на славу. Давно Леночка не едала такой вкусноты! А Люба пошла ставить самовар на сосновых шишках. Она заварила необыкновенно душистый чай из листьев и почек смородины, земляники, малины, мяты и еще чего-то ароматного, а главное, полезного. Такого вкусного чая Лена еще не пила, хотя мама тоже сушила листья из их сада и добавляла к чайной заварке. Мамин чай тоже был вкусным, но каким-то другим. Лена положила на стол любимые Ирочкой конфеты «Мишки на Севере», а также подарок. И как же она оказалась права с его выбором! Ира была в восторге от красок с кисточками и фломастеров, и от толстого альбома для рисования, но особую радость вызвал набор для рукоделия в коробочке с ленинградским мулине, которое считалось лучшим отечественным. Очень порадовали Ирочку готовые схемы для вышивки крестом.
А дождь тем временем прекратился и Леночка стала собираться в обратный путь. Ира и Люба пошли провожать ее до остановки автобуса и долго махали в след, сидевшей у заднего окошка Леночке.
Домой Лена возвратилась уставшая, но счастливая. Она чувствовала себя членом семьи Мартыновых, полноправным членом. Люба так смогла поговорить и подготовить дочь Ирочку, что ей не грустилось в этот первый день рождения, проведенный без папы… Ира обрела старшую сестру и была счастлива этому. Лена улыбнулась, пожалуй, впервые мысли о папе уже не вызывали у нее слез.
Жизнь потихоньку налаживалась. Налаживалась, несмотря на трудные и даже тяжелые времена в стране. Лена впервые чувствовала себя взрослой и самостоятельной. А когда она ведет урок все тридцать восемь человек в классе слушают ее и, кажется, не дышат.
— Нет, все же хорошо, что я не послушалась маму и не стала математиком. Писала бы я сейчас свои формулы на доске, доказывала теорему Пифагора и что? Нет, я правильно сделала, что пошла по стопам папы и стала учителем истории, а главное, — учителем для ребят и каждый день доказываю им и самой себе, что я — учитель. —
Так прошла первая четверть, затем короткие каникулы и началась вторая четверть. Лена уже привыкла к ребятам, а они к ней. У нее даже появились ученики, с которыми ей особенно интересно. Их несколько, с явными задатками и даже талантами ораторов и лидеров, все остальные прислушиваются и учатся у них. Среди всех выделяется Павел Синегоров. Лена и сама подчас не знает, как отвечать на поставленные им вопросы, настолько глубоки они.
— У этого парня есть все задатки лидера, будущего политика, замечала Лена, глядя на Павла. Его отец — новый главный редактор городской газеты, основного печатного органа не только их города, но всего региона. До назначения в Вологжанск их семья проживала в Москве и родители Павла работали в престижном московском издательстве, занимали ответственные должности.
Павел Синегоров - лучший ученик по всем предметам, но что касается гуманитарных и общественных наук, ему не было равных не только в классе, но и во всей школе. Лене по-настоящему интересно беседовать с ним, а в некоторых вопросах она признавала за ним первенство, ведь он с семьей прожил несколько лет в Аргентине, он и родился в Буэнос-Айресе. Его отец работал в ту пору в советском посольстве и был молодым дипломатом. Павел хорошо знал испанский язык, он даже один год проучился в местной школе, многое помнил и рассказывал Леночке о жизни в Латинской Америке. Он любил эту страну с ее неповторимой природой, яркими красками и очень веселым, доброжелательным народом. Леночка с удовольствием слушала его, она сама ни разу не бывала заграницей, если только не считать таковой Эстонию и Таллин, который она посетила в турпоездке еще в студенчестве.
Лена стала замечать, что Павел не торопится домой после уроков, а под любым предлогом дожидается ее, чтобы проводить до дома. Вот вчера была такая чудесная погода, впервые выпал снежок, все вокруг засверкало чистотой и воздух был как-то особенно свеж. На улице к ней подошел Павел, задал какой-то вопрос, затем попросил разрешения проводить ее до дома. Они шли, поддевая ногами опавшие листья кленов: красно-багровых и желто-зеленых, обильно обсыпанных чистыми, белыми хлопьями первого снега. Шли, никого не замечая вокруг себя, до самого дома Лены. С виду никто бы и не признал в них ученика с учительницей. С тех пор это стало раз от раза повторяться. Сначала, ничего не подозревающая Леночка, не придавала особого значения этим прогулкам с провожанием до дома, но вдруг стала замечать, что коллеги как-то по-особенному на нее смотрят, а женщины-учителя, которых в школе большинство, при ее появлении замолкают. Вокруг Леночки образовывался вакуум, полоса отчуждения. Даже АЭС и ОГО при встрече стали как-то не особенно улыбчивы и приветливы, чем прежде.
— Боже! - чуть ли не стукнула себя по лбу Леночка, — Боже, они думают, что у меня шашни с учеником! Это было бы смешно, если бы не было так нелепо и совершенно недопустимо для меня. —
И она стала избегать Павла. После работы Лена старалась выходить из школы с кем-то из коллег, а затем, быстро отрываясь, заскакивала в свой автобус и уезжала. Это стало похоже на игру в «кошки-мышки». Павла не было видно, но Лена точно знала, что он наблюдает за ней где-то неподалеку.
Приближался новый 1994 год. В классе было решено устроить Огонек с дискотекой. Девчонки шушукались по углам по поводу нарядов, а ребята наблюдали за ними, лишь изредко отпуская свои двусмысленные шуточки.
После уроков Лена задержалась в классе и сидела за своим учительским столом, заполняя классный журнал. Она и не заметила, как дверь приоткрылась, в класс зашел Павел Синегоров и сел за первую парту слева от Леночки, прямо у самой двери. Он сидел так тихо, что она не сразу заметила его присутствие и только почувствовав на себе его взгляд, подняла глаза на Павла, который неотрывно смотрел на нее своими светло-карими глазами.
— Ты что-то хотел, Павел? — спросила Лена, едва скрывая свое волнение.
— Я хочу спросить Вас, Елена Николаевна, почему Вы избегаете меня? —
— Я не понимаю, о чем ты, Павел? Я работаю, по-прежнему, в школе, твоим классным руководителем. —
— Я о другом… Почему Вы избегаете меня после школы?
— Понимаешь, Павел, после школы я имею полное право распоряжаться собой, своей свободой, своим личным временем, наконец. — быстро подбирая нужные слова, ответила Леночка Павлу. А он смотрел на нее, не отрывая глаз, затем резко встал и вышел из класса. Лена облегченно вздохнула, но в ее душу запал его образ и грусть глаз, этого полуподростка, полувзрослого человека.