Князь Московский (СИ)
А находящаяся со мной супруга была спокойна и с любопытством разглядывала окружающие дома и людей, городовых выстроившихся на обочинах дороги по пути всего нашего следования.
Полицейские почему-то стояли к нам лицом, видимо это от нас они должны были защищать горожан…
А народ что-то кричал приветственное, снимал шапки у картузы, кланялись нашим экипажам.
По обеим сторонам дороги стояли фонарные столбы, и по случаю вечернего времени в них горели огоньки, света особого они не давали, но выглядело это празднично.
В общем, на меня такая встреча произвела приятное впечатление: люди, как мне показалось, искренне радовались нашему приезду, и это несколько сглаживало моё общее раздражённое состояние.
Конечно, всё как-то очень шумно и архаично, но, наверное, для местных это было в порядке вещей.
Сергей часто бывал в Москве и некоторое время даже рос здесь, и недалеко, в Усово, у него (а теперь и у меня) своё имение, где с молодой супругой он проводил «медовый месяц».
Но сейчас мы двигались в Николаевский дворец, что находился в Кремле и был подготовлен к нашему приезду.
Тряслись мы достаточно долго, я мог сполна обновить воспоминания реципиента.
Сам город был невысок и пахуч. Канализации тут не было, а были выгребные ямы, что находились на задних дворах всех жилых построек.
Архитектура меня не поражала, да и в целомгород был похож на какой-нибудь уездный городишко, только растянутый на многие километры вширь. Улицы в основном были серо-белого цвета, чистые, дома в основном побеленные, но хватало и с резными кирпичными фасадами. На домах – цветные вывески, были они аляповаты и на мой взгляд не уместны.
«Да, почти миллион человек жителей, и нет канализации и центрального водопровода. Вот подарочек от старшего братца! За что он так не любил Сергея? …Ещё эти революционеры… Нет, надо бежать отсюда, найду источник силы и переберусь в другой мир. А не найду, сложу «зикурат» из этих вон горожан, правда, потери энергии будут катастрофические, но ничего, поставлю накопители по меридианам и главное, вывести правельный преобразователь из праны в магическую энергию и как следует, перепроверить формулы, а то получится как в прошлый раз».
Так и размышлял я весь оставшийся путь. Временами поглядывал на Елизавету Фёдоровну, она улыбалась, вид у неё был чуть мечтательный, хотя мне было видно, что она устала от поездки.
«Что же мне делать с тобою, а, Элла? Слишком ты близко ко мне находишься. Ведь заметила перемены в своём супруге. Кажется, тебе придётся скоро умереть».
Видимо почувствовав мой взгляд, она повернулась ко мне и чуть ободряюще улыбнулась, лик её был в этот момент выхвачен светом фонаря, и сия картина получилась на диво как хороша.
«А может, и не придётся. Время покажет».
Я ласково в ответ улыбнулся. А наш кортеж продолжал свой путь.
Сергей Александрович выехал из Санкт-Петербурга в Москву раньше, чем это планировалось. Все основные торжества по встрече императорского брата и нового хозяина города планировались на месяц позже. Ни кто не собирался устраивать праздник в Великий Пост.
Но Сергею попала «вожжа под хвост», и вот он в Москве.
Где с огромным трудом смогли приготовить только минимум из того, что планировалось. Поэтому и лица встречающих его чиновников были скорее постными, чем радостными. Хотя все натужно и усердно улыбались.
Когда подъезжали к Кремлю, нас встречал колокольный звон, не могу сказать, что мне понравилось, но был впечатлён, да.
Мы въехали на Красную площадь, и у меня в груди заволновался магический источник. Покрутив головой, увидел «Лобное место», оно было, как бы окутано туманом, невидимым и неосязаемым, но хорошо ощущаемым в магическом спектре.
Это была аура смерти, очень нехорошей и гибельной. Она почти иссякла, была еле видна,уже почти не чувствовалась. Но так как магического фона не было, это место было как маяк в ночи, но только не дающий свет, а наоборот, забирающий. Как труп, глубоко не закопанный, ты его не видишь, но смрад разложения всё равно чувствуется.
Я смотрел на этот «некротические очаг», до тех пор, пока наш экипаж не въехал внутрь Кремля. Здесь горели большие масляные фонари и нас встречали церковнослужители под пение и звон колоколов. Кортеж остановился, и мы, выйдя из него, прошли под своды храма Чуда Архангела Михаила, где начался очередной молебен. Люди чего-то пели, дьяконы рычали какие-то здравицы, а я механически обмахивал себя крестным знаменьем в положенных местах богослужения и чувствовал, что мой источник, капелька за капелькой, наполняется. Ведь там, где-то под землёй, глубоко бьётся маленький источник «первоначальной силы».
Я стоял на молебне и думал, что мне делать. Чувство магии было прекрасным, но тот резерв, что оставался у меня, говорил о том, что на серьёзные манипуляции с силой могу рассчитывать лет через триста. Да у нас с таким источником даже в слуги не берут!
Но не это самое главное: я понимал, что отсюда никуда и никогда не выберусь и дорога в другие, более прогрессивные миры мне не светит. Магический фон этого мира таков, что какой бы «зикурат» из жертв я б не сложил, он не сможет дать нужную концентрацию энергии, так как фоновые потери были бы катастрофические, а накопители просто не выдержат, так как вся сила, что в них будет закачена, уйдёт на поддержания аккумулирующих плетений!
Значит, у меня остались только небольшие вмешательства, маленькие ритуалы...
Но с начала поправим здоровье, укрепим организм, чуть усовершенствуем это тело и потом, со временем , что-нибудь придумаем.
В какой-то момент я заметил, что по моей щеке бежит слеза. Священники, которые поглядывали на меня, видно, подумали, что я расчувствовался, и тут же запели ещё более торжественно и громко.
Наконец эти церемонии закончились, усталость навалилась на меня тяжким грузом, и хотелось только лечь и уснуть.
Мы перешли через галерею, соединяющую церковь и Николаевский дворец, зайдя в него, поднялись на второй этаж и разошлись по своим опочивальням.
Я был уставший, по этому не рассматривал обстановку дворца, было и так слишком много впечатлений…
Снимать мундир и сапоги мне помогал камердинер, был он тоже уставшим, но при этом с явным запахом спиртного. Решив не обращать внимание на этого прохвоста, потребовал приготовить ванну и чаю.
Уже лёжа в горячей ванне и прислушиваясь к пульсации своего магического источника, перечислял мысленно, какие ритуалы и где их могу выполнить. Больше всего сейчас хотелось избавиться от болей в спине, и я тихонько, буквально чуть уловимым дуновением желания, направлял тепло своего источника на повреждённый участок спины.
Кажется, даже задремал, лёжа в ванне, так как очнулся от того , что из-за двери послышался голос слуги.
– Ваше Высочество, Сергей Александрович! Её Высочество, Елизавета Фёдоровна, спрашивает, будет ли Вам угодно отужинать с Нею у неё в будуаре?
Не могу сказать, что горел сейчас желанием, но мой опыт общения с женщинами говорил мне, что если сама зовёт, то лучше прийти.
– Да, буду, приготовь мой корсет и иди сюда, поможешь встать.
Пока я вытирался и надевал нижнее бельё, слуга приготовил, а после и помог мне надеть корсет - мой предшественник носил его часто. Сразу стало легче, и спину чуть отпустило.
И тут я понял, что поступаю неправильно, не так, как делал мой предшественник. Он был очень религиозен, и вечером не ужинал, а читал молитвы, а его супруга просила прийти и по сложившемуся обычаю всегда получала отказ.
«Ладно, сейчас отличное время менять поведение, – думал я, запахивая халат, – тем более надо разобраться со своими чувствами к Элле».
Будуар Елизаветы был обставлен мягкой мебелью с резными ножками и спинками, обстановка выполнена в тёмно-зелёных тонах, было достаточно уютно.
Освещалась вся эта композиция немногочисленными горящими восковыми свечами, находящимися в витых канделябрах.
Элла смотрела на меня чуть растерянно и удивлённо. Она была в тёплом домашнем платье и каких-то мягких тапочках. Волосы её были убраны в платок, видимо она тоже только что из ванны.