Целитель (СИ)

Ловушка?
Издалека, очень приглушенно, я расслышал звук выстрелов и, вроде бы, даже крики, а вот чуть ближе расслышал чье-то прерывистое дыхание, сопровождаемое хрипами. Это оказался привалившийся к стене человек с европейскими чертами лица и совершенно международными пулевыми отверстиями в теле, к которым он прижимал окровавленную повязку. Неподалеку от него сломанной куклой валялся бледный подросток с выпавшим из рук автоматом, оснащенный куда большим количеством дырок… и какими-то металлическими вживлениями в черепе.
Очередной Хито-Хито? Скорее, прототип? Лохмотья, следы от уколов в венах, отчетливый запах лежалого человеческого тела. Кукла, управляемая на расстоянии.
Картина в голове сложилась быстро. Камера, трубки. В них был не взрывчатый заряд, а нечто ослепляющее, вроде фейерверка. Хозяин этого кустарного комплекса попытался дезориентировать штурмовую группу, а затем расстрелять с помощью своей пешки, но что-то пошло не так.
Лезвие меча входит в шею так ничего и не увидевшего раненного, окончательно отправляя его на покой, а я, подобрав его оружие, какую-то сверхкомпактную версию знаменитой американской М-4, иду дальше.
Идти было куда. Никогда не интересовался архитектурой углубленно, но было очевидно, что я оказался в системе бомбоубежищ, которую строили с использованием техники для прокладки метро. Залитые бетоном изгибающиеся «отсеки» соединялись друг с другом поперечными перемычками, все выглядело пустым и ненужным, но встречающиеся тут и там камеры под потолком и питающие их кабеля, демонстрировали ложность этого впечатления.
Я встретил еще два трупа «зомби», пока нашёл пробитый в одном из «отсеков» ход, ведущий ниже. Киборги представляли из себя вполне обыкновенного человека с несколькими металлическими вживлениями в черепе, но очень бледного, с оплывшей лицевой мускулатурой и частично атрофировавшимися мышцами. Вооружены они были, как и первый встреченный мной образец, старыми массивными автоматами «ТИП-64». Дрянь полная, но её в свое время мои соотечественники, всегда отличавшиеся нерациональным патриотизмом, наштамповали с избытком.
Рукотворный пролом, сквозь который могло бы протиснуться грузовичок, вел в… действующую ветку метро, что легко определялось по присутствию рельс и стоящему на них электропоезду с четырьмя вагонами. Звуки стрельбы тут раздавались куда отчетливее, поэтому я не стал задерживаться на осмотр достопримечательностей, а пошёл дальше, внимательно осматривая местность на предмет ловушек. Тех не было, а вот камеры были…
— Кто ты? — неожиданно раздалось в ухе, в которое я засунул гарнитуру агента, убитого первым. Голос сопровождался одышкой, как будто со мной говорит очень тучный человек.
— Ты не с ними, — продолжил он, — Кто ты? Откуда взялся?
Связь американцев взломана?
Отвечать я посчитал излишним, лишь удвоил бдительность и сосредоточился на концентрации своей Ки. Её в организме уже накопилось столько, что если бы я включил визуализацию текущих потерь, то…
Кстати, идея.
Меня поглотили клубы багрового дыма, отлично скрывающие телодвижения. Минусом было то, что и глаза сиять начали, но с этим жить можно. Еще одним минусом было то, что перехвативший линию связи американцев меня тут же узнал.
— Кирью! Акира Кирью! — злобно пробулькал он, — Ты сам пришёл!! Ты пришёл ко мне! Ты меня искал!!
— Конечно, ты же мне угрожал, — ответил я, продолжая пробираться вдоль поезда.
— Я убью тебя! Убью их! Я вас всех убью! — вознегодовал очевидный хозяин этого подземного царства.
— Очень хорошо, — шепотом отозвался я, ввергнув его в недоумение, — Я тоже хочу вас всех убить. Давай посмотрим, у кого получится лучше.
— Надменный! Думаешь, вы первые сюда проникли⁈ Здесь вы и останетесь!
— Как я и сказал ранее — давай посмотрим, кто кого.
Мой собеседник замолчал, и я, протискиваясь между вагонами, уже думал, что он отвлекся, но всё оказалось чуть хуже. Где-то у него оказались припрятаны динамики, так что спустя несколько секунд, пока я озирался, куда идти дальше, его голос довольно громко оповестил все эти туннели, что рядом с «тупыми идиотами» находится «надевший черное», так что они могут молиться своим гайдзинским богам и демонам.
  
Спустя короткое затишье выстрелы застрекотали вновь, только теперь этот хозяин подземелий и не думал затыкаться, начав сыпать угрозами и неловкими насмешками. Очень хорошо, надеюсь, ему не придёт в голову начать трепать моё имя по интернету, пока его атакуют агенты ЦРУ. Хотя, с другой стороны, кто теперь узнает меня в этом куске тумана с глазами? Правда, ему нужно сменить цвет… я это смогу?
Смог. Багровый дым сменился черно-фиолетовым. Намного лучше.
Следующий пролом, вот тут веселья куда больше. Возле входа лежат трое человек в черном и семеро «зомби». Количество этих тел вызывает вопросы о том, кто снабжал местного Франкенштейна всем необходимым, но раз тут только местный гений — об этом будем думать позже.
Аккуратно заглядываю внутрь сквозного туннеля, прорытого подручными средствами, пусто. Иду по нему, подозревая, что выйду в совершенно другой подземный комплекс, и подозрения оправдываются. Здесь уже никакого простора, сугубо утилитарные помещения, полные ржавых труб и коммуникаций. Бункер?
Выстрелы, шум и команды на английском всё ближе, двигаюсь вперед очень медленно, постоянно оглядываясь назад. Это окупается, когда обнаруживаю заползшего вслед за мной «зомби», неловко пытающегося выставить перед собой старый японский автомат. Два выстрела из взятой с собой винтовки очень некстати звучат в паузе основного боя. Это моментально возбуждает американцев и останавливает в продвижении меня.
Патовая ситуация. Они, застрявшие в каком-то месте впереди, уже не могут продвинуться дальше, опасаясь за тыл, а я не могу сунуться вперед, опасаясь нарваться на пулю. Дилемма. Стоило обыскать того, первого? Может, у них есть гранаты? Ладно, придётся обходиться тем, что есть.
А есть немногое, зато всё своё, родное. К примеру — «духовное давление» на полную катушку.
К такому люди оказались не готовы, тут же разразившись воплями и открыв беглый огонь. Глядя на рикошеты, визжащие впереди, буквально в нескольких метрах от следующего поворота, я похвалил себя за то, что не бежал напролом. Возможно, моё укрепление и способно остановить три-четыре автоматные пули, но там бы их было значительно больше.
А еще у них всё-таки были гранаты!
Пришлось быстро отступать под дикий довольный смех, звучащий из какого-то динамика. К этому смеху резко присоединился сухой стрекот старых автоматов, причем, далеко не одного, и я понял, что моя цель воспользовалась сложившейся у врага заминкой к своей собственной пользе… с максимальным эффектом.
— Fuck this all!! — заорал с истеричными нотками сорванный мужской голос, после чего в проходе, где только что рвались гранаты и визжали рикошеты, появился мужской силуэт с оружием, взятым на изготовку, из которого он немедленно открыл огонь. Будь я в туннеле…
В орущего паникера, бегущего по туннелю, мне пришлось выстрелить пять раз. Первые три пули, попавшие в бронежилет, лишь свалили его с ног (насколько мне было заметно), еще одна пришлась в ногу, и последняя, добивающая, нырнула упавшему в район паха. Он захрипел, корчась, а я, пригнувшись, без всякого уже «давления» побежал вперед, к нему, надеясь разжиться теми же самыми гранатами или боеприпасами. Впереди, казалось, был открыт филиал ада или тир со школьниками, кому дали оружие и бесконечный запас патронов…
Увы, не бесконечный. Мертвец был почти «пуст», но, взятый за разгрузку, превратился в надежный щит для одного слегка безумного школьника, понимающего, что, в отличие от наивных американцев, оказавшихся в западне, хозяин этого места еще обладает козырями в кармане. Не зря же он признался, что к нему сюда уже захаживали…
— Они целятся в твою сторону! — внезапно гаркнул мне на ухо голос, но я его слушать не стал.
Ворваться в театр боевых действий, снова источая туманную тьму и прикрываясь трупом оперативника Центрального Разведывательного Управления — далеко не самый разумный поступок во всех моих жизнях, признаю, но иных вариантов импровизации попросту не было. Отступить я уже не мог.