Док и его кот (СИ)

Впрочем, сам нарвался. Дамы всё-таки дожали меня с помывкой в укромном местечке. За день до прибытия в город, я по очереди привёл их к ручью и предложил, в целях оптимизации процесса, так сказать, воплотить их заветные мысли разом, то есть — втроём. Действительно, почему бы и нет? Они хотят — я тоже не против, к чему обманывать друг друга и возиться с очередностью. Правда, слегка просчитался — остервеневшие дамочки едва не выцарапали мне глаза прямо у ручья. И по прибытию, немедленно исполнили бурную и трагическую сцену расставания в стиле «раз и навсегда».
— Да идите вы… лесом… — я машинально пожал плечами и поинтересовался у сибиряка:
— Нам и самим хорошо, да, мой верный и благородный кот?
Мусичка важно мявкнул в ответ: мол, действительно, а нахрена нам нужны ментально нестабильные самки?
Но при этом, сам очень заинтересованно следил за городскими шавками.
— Ты это, пока поосторожней, сначала осмотримся, а потом будешь беспределить… — предупредив котяру, я взялся за поводья.
Итак, Бьютт. Второй город Дикого Запада, который я соизволил осчастливить своим присутствием. Такая же занюханная, смердящая провинциальная дыра, но Бьютт, в отличие от Вирджиния-Сити, хотя бы напоминал собой настоящий город. Здесь даже среди деревянных хибар проглядывали сложенные из кирпича и камня здания. Ну нихрена себе! Табачная лавка, винный магазин и настоящий барбершоп, то бишь, цирюльня! Так, аптека, оружейный магазин, ещё одна лавка по торговле смертоносными механизмами, а это? Етить… а это банк, что ли? И публика приличная чинно фланирует. Опять же, у многих стволы виднеются, а значит город либерально относится к открытому ношению оружия.
Я слегка склонил голову и приложил два пальца к шляпе, приветствуя симпатичную даму с кружевным зонтиком.
Ну а что, мне уже нравится, чёрт побери. И главное, здесь пахнет жизнью, а не безысходностью, как в грёбаном Вирджиния-Сити.
И в Мусичке шапку никто не видит. Даже странно как-то…
— Шикарный кот! Из него получилась бы отличная шапка… — очень вовремя донеслось от одной из лавок.
— Коты вкусные! — немедленно поддержали комментатора.
Я чуть не заржал. Н-да… поспешил с выводами. Ну да ладно, Дикий Запад, что с него возьмешь…
— Мистер, прошу прошения! — ко мне вдруг кинулся щеголевато одетый молодой человек в котелке и с тростью в руках.
Я придержал коня и выжидательно посмотрел на парня.
— Я Джастин Додвел!.. — щеголь вежливо поклонился, приподняв котелок. — Ещё раз прошу прощения, мистер…
— Вайт. Бенджамин Вайт…
— Мистер Вайт, моей даме очень понравился ваш кот… — парень взглядом показал на несколько крикливо разодетую молодую девушку. — И я бы хотел приобрести его для неё.
— Мой кот не продаётся… — после короткой паузы, сухо ответил я.
— Я дам хорошую цену, мистер Вайт! — возмущённо воскликнул парень. — Пятьдесят центов! Нет, целый доллар!
Но я уже проехал мимо него.
Происшествие несколько вывело меня из себя, но я быстро выбросил щеголя из головы.
Прогулка по главной улице города закончилась возле большого двухэтажного здания с вывеской, гласившей, что это отель «Виктория».
Мало того, что здание было кирпичным и даже со стёклами в окнах, так ещё возле входа в него стоял швейцар в ливрее. Правда, чернокожий, с рожей запившего сантехника, да и сама ливрея зияла пятнами и заплатками, но это был самый настоящий швейцар, чёрт побери!
Завидев потенциального гостя, негритос окинул меня оценивающим взглядом, чинно приблизился и глубоким басом прокартавил.
— Отель «Виктогия» с гадостью пгедоставит вам лучшее обслуживание по эту стогону Скалистых гог, мистег!!! Комната с настоящей ванной и накгашмаленными пгостынями — к вашим услугам! Вы получите толстый поджагистый стейк, а ваши лошади найдут у нас отбогный овес!
После недолгого раздумья, я кивнул. «Поджагистый стейк» и «накгашмаленные пгостыни» сыграли свою роль.
По сигналу швейцара откуда не возьмись, налетела стайка негритят. Вещи мгновенно сгрузили, а лошадок повели на конюшню.
Я взял на руки Мусия и проследовал в отель, сопровождаемый нагруженными моим имуществом пацанами.
 
Внутри меня встретил молодой, аккуратно одетый парень в жилетке и немного помятой белой рубашке. Несколько растоптанные башмаки метрдотеля были тщательно надраены, а на полосатых брюках даже прослеживалась стрелка.
Склонив голову с аккуратным напомаженным пробором, он зачастил хорошо поставленным голосом.
— Артур Кросби, к вашим услугам, мистер. Мы предоставим вам лучшее обслуживание… — взгляд парня упал на Мусичку, он расплылся в неожиданно доброй улыбке и добавил: — Вам и вашему коту, мистер…
— Вайт, Бенджамин Вайт… — я коротко кивнул. — Хороший номер с чистыми простынями и с ванной, много горячей воды и немедленно обед. Хорошо прожаренный стейк и никаких бобов. Ещё кофе, виски и горничную, для того, чтобы привести в порядок мою одежду и обувь.
— Будет исполнено! — Кросби с достоинством поклонился. — Будут ли отдельные пожелания для вашего кота?
Мусичка вопросительно на меня покосился.
— Плошку с молоком и треть фунта свежей печени трижды в день, мистер Кросби… — я не стал разочаровывать сибиряка. — А ещё… ящик с чистым песком. Песок менять каждый день вечером.
— А-а-а! — понимающе кивнул метрдотель. — Чтобы не срал где попало! Понимаю. Сделаем. На какое время вы собираетесь остановиться у нас, мистер Вайт?
— Пока не знаю… — я выудил из бумажника несколько однодолларовых бумажек и вручил парню. — Дадите знать, когда понадобится пополнить счет. — После чего вложил в ладонь метра новенький серебряный двадцатипятицентовик. — Это вам за услуги…
Переплатил, конечно, но парнишка меня сразу подкупил своим отношением к Мусичке.
— Мистер Вайт! — метрдотель почтительно поклонился и, понизив голос, доверительно сообщил. — Не рекомендую заказывать наш виски, мистер Вайт. Пока возьмите пива — оно хорошо! Но я чуть позже специально пошлю боя в лавку Рамзи Макалистера за выпивкой для вас. Нет, нет, сейчас не надо доплачивать. Прошу, я сам отведу вас в номер. И хочу предупредить, в городе разрешено публичное ношение оружия, но только полностью разряженного, без патронов в барабане. Шериф Эмерсон очень ревниво относится к нарушению этого закона. Однако никто вам не помешает носить патроны в патронташе на поясе и заряженный жилетный револьвер, лишь бы его рукоятка не выглядывала из кармана…
Оружейные ограничения в Бьютте несколько расстроили, зато номер откровенно порадовал — тюфяк в кровати оказался без клопов и со свежим сеном, а при шагах по полу, с потолка не сыпалась пыль. В общем, парадиз, да и только.
Ванной, очень предсказуемо, назывался большой жестяной таз, но притащили его в рекордно быстрые сроки и уже через полчаса, я остервенело драил себя жёсткой как наждак новенькой мочалкой.
Стейк тоже не подкачал, к тому же, к нему подали не осточертевшую фасоль, а пару варёных бататов — вполне приличных на вкус. Да и пиво неожиданно оказалось великолепным.
В общем, я прекрасно обошёлся без крепкого спиртного и отлично отобедал.
Муся первым делом сожрал свою пайку, слегка объел и меня, после чего обновил свой сортир и с очень довольным видом наладился дремать на кровати.
Я сначала тоже хотел поспать, но потом решил пройтись по городу. Как раз, к этому времени, круглолицая симпатяшка-горничная негритянка, притащила мой отглаженный костюм и вычищенные сапоги со шляпой.
Сборы не заняли много времени. Револьвер я предусмотрительно разрядил, но также не забыл сунуть в карман компактный «Марлин». В жилетку поместил дерринджер того же тридцать второго калибра.
 
Понятное дело, если что случится, эти пукалки не спасут, особенно с моей меткостью, но совсем без оружия я чувствую себя как без трусов. Н-да… не то сравнение. Без трусов я уже три недели шастаю. Как без подштанников, то есть, как без лонг-джонса, вот.
Собравшись, глянул в помутневшее от времени зеркало над эмалированным тазиком, притворяющимся умывальником и остался собой доволен. Поправил шляпу и поинтересовался у Мусия.