Огонь и вода (СИ)
- Поняла, - весело согласилась Катрин.
«Волшебный дом» так «Волшебный дом». Вдруг в нём тоже есть какие-то подводные камни или странные течения, которые сделают это приобретение невыгодным или вовсе нежелательным? Нужно будет узнать!
* * *
Рыжий Годфри пробудился в недрах дядюшкиного столичного дома.
Вчера отлично встретились с дядюшкой Шарлем и другом детства Андре, и разве что дядюшка Готье не смог присоединиться к выпитому – по причине того, что алкоголь ему теперь противопоказан. Дядюшка страдал, пил минералку и морщился всякий раз, когда старший братец, Шарль поддевал его и подсмеивался над его нынче трезвым образом жизни. Закончилось это тем, что дядюшка Готье подпалил на дядюшке Шарле штаны – уж что, а магическая сила осталась при нём даже после инсульта, каким-то невероятным образом. А с огнём у него всегда было всё в порядке, и ещё с ментальной магией, и с артефакторикой – иначе не развернулся бы так. А он развернулся нехило.
Если старший из двух братьев Треньяков был военным, а также сыном военного, внуком военного, пра- и праправнуком военного, шурином военного, и на закуску ещё и дядей военного, то младший уродился совсем в другую степь. У человека, кроме отца, есть ещё и мать, и госпожа Одри Валлю, в замужестве Треньяк, принесла в семью отличное приданое в деньгах и практическую сметку. Старшему сыну это качество помогло в военной карьере, потому что, начиная с какого-то момента, ты уже и управленец тоже, даже если у тебя всего десять человек под началом, а Шарль Треньяк дослужился до генерала. Дочери трезвый ум и умение хорошо считать позволили удачно выйти замуж и не дать растерять последние крохи имущества Вьевиллей. А младший сын впитал всё это по полной и организовал «Волшебный дом» - компанию, в которой работали маги, и зарабатывали на том, что несли простецам в жизнь и быт разные магические фишки и примочки, и делали так, чтоб работало без мага в доме.
Вообще эта мода – магию в жизнь – развилась всего лет двадцать как. Но за прошедшее время она проникла повсюду, и на рынке магических услуг кого только не тусовалось – начиная от гигантов на правительственных заказах, вроде знаменитых «Четырёх стихий», и заканчивая совсем крохотными фирмочками, занимавшимися то обогревом, то вентиляцией, то безопасностью. «Волшебный дом» находился где-то посередине – и не слон, и не мошка, а так, и себе, и людям.
И Рыжий Годфри никак не предполагал, что во всём этом вдруг придётся разбираться ему. Но почему-то именно на него показали пальцем все – начиная от обоих дядюшек, и в довесок ещё и Андре отметился. Андре, надо сказать, тусил с Рыжим с детства. У него магом был только отец, и работал он в какой-то магической охране, и сыну мог предложить примерно то же самое. Андре это дело быстро просёк и учился всю дорогу, как зверь – чтобы потом не в ту охрану на всю жизнь, а куда получше. И он даже, было дело, очаровался блеском Треньяка-военного, но учиться стал экономике, и работать пошёл под начало Треньяка-бизнесмена.
И вот теперь этот самый паразит Андре, с которым вместе всё детство и ещё потом немного собакам хвосты крутили, тычет носом – что, мол, ты наследник этого всего, ты и садись в кабинет генерального директора!
А какой из Рыжего директор? Разве только на поржать, он так и сказал им, всем троим. И обоим дядюшкам, и другу детства.
- Поржали? Довольны? Теперь давайте по делу. Что мешает тебе, дядя Готье, остаться директором, а фактически отдать все права Андре? Будет исполняющим обязанности, или как там это у вас называется, первым замом или кем там ещё, и все счастливы. А я обратно пойду.
Шарль вздохнул, Андре скривил рожу.
- Стой, Годфри, не пори горячку, - сказал он, и пихнул Рыжего в бок. – Ты ж ещё, можно сказать, не пробовал, а уже говоришь – обратно.
- Да что-то я пока для себя не вижу каких-то особых перспектив, - покачал головой Рыжий. – Я ж того, понятия не имею, что там делать. Там же полный офис народа, и все при деле, как я понимаю, и все лучше меня знают, зачем они там, каковы их обязанности и какой от них должен быть результат. Я думаю, они знатно повеселятся, когда меня увидят!
- А чего веселиться от твоего вида? – не въехал Андре. – Вид как вид, девчонки ещё и вешаться начнут, там одиноких хватает.
- Ну я ж того, зелёный совсем.
- Так научишься, - влез Шарль. – Поднапряжёшься – и научишься. Это всё не просто так, а ради твоего будущего тоже. Особняк Вьевиллей нуждается в ремонте – на что ты будешь его делать? Я понимаю, что у тебя есть какие-то накопления, и это мудро, но – тут совсем другие затраты. И вообще, ты когда-нибудь женишься, и куда ты приведёшь жену? Где будут расти твои дети? И что ты им оставишь?
- Чего? Какая, на хрен, жена с детьми? – ну это уже совсем! – Сами-то, что один, что второй, как-то не разбежались ни жениться, ни детей заводить, а мне, значит, надо? Ты вот, драгоценный дядюшка Шарль, хоть и старший сын и всё такое, а захотел на службу – и пошёл на службу. И никаких тебе жён, детей и компаний.
- Тогда это было семейное дело, - пожал тот плечами. – И твой дед служил, и мы, можно сказать, другой карьеры и не знали. А теперь есть варианты.
- Да какие тут нахрен варианты! Варианты – это когда тебя спрашивают, а тут что?
- Так мы и спрашиваем, не заметил? – ехидно прошелестел Готье.
У него пока ещё не восстановилась нормальная речь, и говорил он каким-то убойным магическим способом. И перемещался в кресле, и сам вообще ничего не мог. И это-то только потому, что были в доступе крутые целители и деньги на их услуги.
Наверное, ему и впрямь нужно передохнуть и восстановиться, а потом уже идти на работу?
-Тебе командир что сказал? – поинтересовался Шарль.
Что-что… Вали, сказал, и решай семейные дела. Решишь так, чтоб без тебя работало – можешь вернуться, но не раньше. У генерала Саважа не забалуешь. Сказал – как отрезал, значит – не примет обратно, пока не выполнишь всё, и хоть ты тресни.
- Сказал, что обратно возьмёт, как тут всё заработает. А оно ж вроде работает, нет?
- Работает, работает, - кивнул Андре. – Но голова нужна. Хоть бы и рыжая. А если кто вдруг выпряжется или под шумок возьмётся пакостить – так лучше тебя никто не справится.
- Вот разве что, - закивал Рыжий. – Так может меня хотя бы по безопасности? А не генеральным?
- Скажи ещё – охранником, ага.
- О да, я могу охрану тренировать, - усмехнулся Рыжий. – У меня неплохо выходит, я слышал.
- Кто б сомневался, - усмехнулся Андре. – Вот и представь, что это всё – твои… охранники, их надо тренировать и вообще за ними приглядывать. На самом деле, не всё так плохо, как тебе кажется, в целом даже очень прилично. Всё работает. Вникнешь, разберёшься. Я смог, ты тоже сможешь. Заместители у тебя хорошие, расскажут-покажут.
- А не хотел ли кто-то из этих заместителей сам сесть в кресло генерального? А им тут – посадят сверху какого-то хрена с горы, который вообще в вопросе ни в зуб ногой?
- В магических искусствах ты очень даже в зуб ногой, а большинство сотрудников – маги.
- Ну это понятно, что маги.
- Значит, договоритесь. Только вот у нас дезертировал ведущий инженер-водник, нужно будет подобрать нового. Кадровая служба уже занимается, а самые приличные резюме посмотришь сам, встретишься с кандидатами лично, и возьмёшь того, с кем сможешь сработаться.
- Я того, вспыльчивый. Я мало с кем могу сработаться.
- Не говори ерунды, ты нормальный.
- Это ты просто меня с детства знаешь, вот я тебе и нормальный.
- Нам тоже нормальный, и в самом деле – не говори ерунды. В конце концов, если ты всё уронишь, то послать тебя пинком под зад мы успеем всегда, - ухмыльнулся Шарль.
А Готье истово кивал – ну, насколько позволяла скрюченная левая половина. Ну да, в таком виде хоть на какой работе делать нечего.
- Значит, я попробую. Только попробую – поняли, крокодилы?
- Поняли, поняли, - кивал довольный Андре и разливал коньяк.