Огонь и вода (СИ)

- Ступаем осторожно, если вляпаешься – тут и останешься.
Рыжий пролавировал между пятнами на полу и выглянул из комнаты. И почти упёрся в мужика выше себя – по ходу, как раз он спал, когда Рыжий зашёл в дом.
Мужик разом подсёк ногой и двинул рукой. То есть – попытался. Рыжий легко ушёл и сам двинул в ответ, и рукой, и ногой, и второй рукой тоже. И ещё попавшим под руку старым сапогом из хорошей, но задубевшей кожи.
- Ни фига ты, - Кудряшка уважительно выглядывал сзади.
- Ах ты ж, - мужик попытался зацепить Кудряшку, но тот правильно ушёл в направлении двери.
Дверь хлопнула, открылась, долбанулась снаружи и закрылась снова. Рыжий легким тычком отправил Кудряшку в сторону улицы, тот выкатился. Дальше уже дело техники – двинуть мужика головой об косяк, взвалить на себя и тоже вытащить наружу,  вслед за выкатившимся мелким поганцем.
А снаружи, не поверите, ждал целый комитет по встрече. Обе сестрёнки-принцессы, и дядюшка Шарль со своими людьми. Русалочка бросилась к братцу – осмотреть на предмет общей годности и количества повреждений, Шарль посмеивался, а на лице Фиалочки была написана такая ярость, что Рыжий залюбовался.
Она всплеснула руками, меж них оказалась невесть откуда взявшаяся вода. И та вода взмыла вверх, распылилась мельчайшими капельками, в них на мгновение вспыхнула радуга. Два, нет, три потока, невероятные водопады, или водовороты, или фонтаны – всё это резко закрутилось вокруг Рыжего и красиво вылилось ему на голову.
Скандал в исполнении её высочества Катрин де Роган выглядел фееричненько. Хорошо, не сковородкой, подумал он, отряхиваясь. Я тоже люблю тебя, дорогая.
  
Глава девятнадцатая, в которой спят и лечатся
 
Катрин было стыдно.
Куда это вообще годится – так вести себя на людях! Ей уже не семь лет, она взрослый разумный маг, как так можно!
Она показала кулак Жилю, который с блаженной улыбкой обнимался с Джесс, а Анриетта сзади дёргала его за волосы – дорвалась, называется. И пошла к Вьевиллю и его дяде.
От Вьевилля шёл пар. Умница  сушится. Тот человек, которого он вытащил наружу, лежал на дорожке, и Вьевилль что-то говорил своему родственнику. Но повернулся к ней – с улыбкой.
- Прости меня, пожалуйста, - сказала Катрин. – Я не должна была… так поступать. Ты цел?
Он как будто обрадовался и сгрёб её в охапку.
- Да, я цел. Шарль, это Катрин. Она безусловно прекрасна и невероятно разумна. И отличный маг с великолепной подготовкой. И ещё у неё невероятное количество полезных знакомств на все случаи жизни.
- Благодарю, мы уже познакомились, - усмехнулся генерал Треньяк. – Прекрасная дама очень чётко доложила обстановку. А теперь будь добр, докладывай ты – кого это ты притащил и зачем.
Вьевилль стал докладывать, и Катрин услышала дивную историю о том, как какие-то простецы приохотились пользоваться дармовой магической силой, возникшей из-за известной всем аномалии. А потом аномалию устранили, и сила тоже перенаправилась, куда положено. И артефакты перестали работать. И эти умные люди решили, что Жиль, который уже что-то для них делал, поможет им всё восстановить. То есть дураки.
- Эй, Кудряшка, оставь девочек в покое и иди сюда, - позвал его Вьевилль. – Вот герой нашей истории, представить его не могу, потому что понятия не имею, как он изволит называться – у них в семье всё сложно.
- Про семью я, кажется, понимаю, - снова усмехнулся генерал.
- Это мой самый младший брат Жиль, - сказала Катрин. – Ему девятнадцать лет, он учится в академии, на факультете стихийной магии. Когда учится, конечно, - не удержалась она от шпильки.
- И какую же стихию предпочитает ваш брат? – спросил генерал.
- Он отличный воздушник – будет, если изволит выучиться, - поджала губы Катрин.
- Чего это буду, я уже, знаешь, - начал было бессовестный бездельник, но она прервала.
- Знаю. «Уже» настанет, когда ты не будешь попадать в ситуации, подобные сегодняшней. Сколько ещё они собирались тебя там держать?
- Пока бы не заработало.
 
- А оно бы не заработало никогда, - изволила пояснить она.
- Почему это? – не понял младший.
- Потому что я лучших земельных магов на уши поставила, чтобы закрыть эту дрянную аномалию, понимаешь? И они это сделали. Потому что на этом участке интересы нашей компании.
- Нашей – это какой? – ухмыльнулся паршивец. – Неужели папочкиной?
- Нет, «Волшебного дома». Отец на отдельные дома не разменивается, будто не знаешь.
- Как же это, ты же всегда работаешь в первую голову на «Четыре стихии»? – ехидно спросил Жиль.
А вот этого он мог и не говорить! Потому что… сейчас она работает на «Волшебный дом», и точка.
- Не всегда, - отрезала она. – Сейчас у меня совсем другой контракт и совсем другая жизнь. И вообще, если бы ты не попал в эту глупую ситуацию, я бы и не узнала так много о том, как и чем ты живёшь. Может быть, пора что-то менять?
- Я не очень-то понял, что он умеет, - ухмыльнулся Вьевилль. – Ну, кроме как попадать. В ситуации.
Разъярённый Жиль глянул на него недобро и закрутил вокруг него вихрь. Тот приподнялся – немного, потом парой жестов вернул себя на место и вихрь – владельцу. Жиль, надо сказать, устоял на ногах, но пошатнулся.
- Как ты это делаешь? Покажи! – потребовал тут же.
- Понедельник, семь часов вечера, тренажёрка на Сен-Тревиз, - пожал плечами Вьевилль. – Там поговорим. А пока я бы того, пошёл домой, если задача выполнена.
Господин генерал согласился, что задача выполнена, и был готов взять на себя заботу о пленнике по прозвищу Рыбак. И порешать вопрос со здешней самодеятельностью – не сам, как поняла Катрин, но через специалистов, которые у него водились. Вот и хорошо, нечего тут мошенничать под боком у её клиентов, нечего.
- Думаю, на этом всё, - сказал господин генерал. – Буду рад поглядеть на тебя в более цивильном виде, и даму приводи тоже, - он кивнул Катрин. – И если говоришь, что был без сознания – то покажись врачу, пусть посмотрит, всё ли в порядке в голове.
- А что там может быть не в порядке? – изумлённо спросил Вьевилль.
- Мало ли, - усмехнулся генерал. – Был бы там у тебя просто кусок кости без содержимого – я б не беспокоился ни мгновения. Но я подозреваю, что содержимое у твоей головы всё же есть. Госпожа Катрин, - он вдруг повернулся к ней, - проследите, хорошо? Ему я не доверяю в этом плане, а вы, как он говорит, разумны. Невероятно.
И дальше он командовал погрузкой пленника в свою машину, а потом отбыл вместе со своими людьми, а все остальные отправились в дом Матье – нужно же попрощаться.
Катрин заверила Матье, что всё отлично, Джесс вызвала такси – втроём они бы на мотоцикл Анриетты не уместились, и все отправились по домам.
Дома ждал кот. Он был не в духе – очевидно, от того, что хозяин где-то пропадал всю ночь, и не кормил его утром. Вьевилль взял кота на руки и рассказал ему историю о том, как жил-был на свете молодой балбес, который любил попадать в истории, и однажды так попал, что сам не выбрался, и пришлось его спасать. Это было невероятно смешно, и Катрин хохотала  - пока не заметила, что Вьевилль стоит с закрытыми глазами, прислонившись к стене.
- Годфри, что случилось?
Он отозвался не сразу, а когда открыл глаза, то некоторое время смотрел на неё, как будто не понимая, что она от него хочет.
- Тьфу ты, видимо, я и впрямь башкой приложился больше, чем следует, - сказал он.
- Я подумаю, что можно сделать, - сказала Катрин. – Кота я сейчас покормлю, а ты давай-ка в душ и ложись, что ли.
Кот был накормлен, Вьевилль помыт под душем и уложен в постель  вместе с котом. А Катрин взяла телефон и ушла с ним на балкон. Номер она знала на память.
- Здравствуй, дядюшка Антуан!
- Детка Катрин, как я рад тебя слышать!
Камердинер отца не был им родственником никаким боком, но зато он был сыном отцовской няни, и фактически, всю жизнь находился рядом с отцом – и с ними всеми. И многие вопросы с отцом было проще всего решить как раз через дядюшку Антуана. И конечно же, он был в курсе всех частных вопросов, касающихся отца.