Добро пожаловать на Пангею! (СИ)

— Ваше Величество, прошу освободить меня от придворных обязанностей.
— Интересная просьба, Корнелия, Почему я должна её выполнить?
— У нас осталось не так много хороших лучников. А я, смею надеяться, хороший лучник.
— Опять ты за своё. Ты думаешь, что будешь более полезна на стенах?
— Да, Ваше Величество, простите меня за наглость, но я уверена, что буду более полезна на стенах чем в вашей постели.
— Ты же в курсе, что о тебе говорят в городе, — с этими словами Бабетта подала Корнелии кусок пергамента, на котором были грубо намалёваны две обнажённые женщины в недвусмысленной позе. Одна была в короне, а вторая в ошейнике. Надпись над рисунком гласила: "Королева Бабетта и её шлюха Корнелия предаются утехам":
— Каждый день подобные картинки забрасывают в город лучники Гюнтера.
— Да, Ваше Величество, знаю, — ответила Корнелия.
— И ты не боишься насмешек? Не боишься того, что о тебе будут говорить за твоей спиной.
— Нет, Ваше Величество, не боюсь. Эти ублюдки убили моего отца и маму. Я знаю о падении Оксфолла. Мне всё равно, что обо мне подумают. Единственное что я хочу сейчас, это убивать этих подонков, чем больше, тем лучше! — Корнелия произнесла эти слова с такой страстью, что Бабетта не вольно отшатнулась.
— Хорошо, — сказала королева, — если ты так хочешь, я освобождаю тебя от обязанностей королевской фрейлины и королевской лилии, — после этих слов она позвонила в колокольчик, вызывая секретаря. Когда он появился, Бабетта сказала.
— Мне нужен граф Грилиш.
— Сию секунду, Ваше Величество, — ответил дежурный секретарь и скрылся за дверями. Вскоре в королевский кабинет зашёл граф Грилиш, начальник гарнизона Аласкиви, фактически он был главным в Аласкиви сейчас.
— Ваше Величество, вы хотели меня видеть?
— Да, граф, всё верно. Повольте представить вам мою, уже бывшую фрейлину, Корнелию дочь покойного барона Керона! — после этих слов Грилиш кивнул Корнелии. — Корнелия выразила желание присоединится к гарнизону столицы. Я не вижу причин ей отказывать. Пожалуйста, обеспечьте ей место на переднем краю нашей обороны. Уверяю, она прекрасный лучник.
" Твою мать, неужели Бабетта думает, что у меня нет других дел, кроме как заботится об этой дуре, решившей пострелять по оркам Гюнтера?" — такие крамольные мысли пронеслись в голове Грилиша. Граф не спал уже двое суток, пытаясь наладить работу пожарных команд. Однако вслух он сказал совсем иное:
— Да, Ваше Величество, конечно. Если позволите, я должен вернуться в штаб, пришлите ко мне вашу фрейлину, когда она будет готова. Я найду ей место.
— Вот и славно. Граф, вы свободны, — после этих слов Грилиш кивнул королеве и её фаворитке и вышел.
Когда граф вышел Бабетта обратилась к Коре. Она окинула взглядом соблазнительную фигуру девушки, Кора была прекрасна, глубокое декольте подчеркивало красоту груди юной фрейлины, пухлые губы обещали омут наслаждений. Королева возбудилась, глядя на свою фаворитку. Однако Бабетта нашла в себе силы сказать:
— Ты можешь идти, граф Грилиш найдёт тебе место.
— Спасибо, Ваше Величество! — с этими словами Кора сделала реверанс и направилась к выходу из кабинета королевы.
Пройдя бесчисленными коридорами Синего дворца, Корнелия вышла на улицу. Штаб столичного гарнизона находился рядом с дворцовыми конюшнями и девушка, чтобы не заплакать, подбежала к воротам штаба. Два дня назад очередная зажигательная граната попала точно в окно конюшни и вызвала сильный пожар. В огне погибла её Звездочка и её гибель стала последней каплей переполнившей её чашу терпения.
У дверей штаба Корнелия остановилась увидев часовых. Вид солдат в бронях и с оружием напомнил девушке, что её платье, чулки, перчатки и туфельки это не лучшая одежда для будущего королевского лучника. Поэтому девушка стремглав рванула домой.
Отворив дверь, Кора с порога закричала:
— Улита, быстрее, помоги мне переодеться, — когда пожилая зорристанка вышла в холл, её подопечная буквально вбежала в гардеробную и начала переодеваться. Улита тут же начала ей помогать.
 
Через пару минут Кора была в простом шелковом белье, в кожаных штанах, льняной рубашке и куртке, всё было исключительно утилитарно, никакой игривости. Затем девушка зашла во вторую секцию гардеробной и, к удивлению Улиты, сняла с манекена свою кольчугу, усиленную спереди латными вставками. Облачившись в броню, девушка подпоясалась поясом, прицепила к нему саблю и пару метательных ножей. Затем она обулась в удобные кожаные сапоги с армированными сталью носами и каблуками и надела стальные наручи и поножи. Напоследок она одела конический шлем с полумаской и кольчужной бармицей. Впрочем, подумав, она сняла шлем, решив, что сейчас он не уместен и перевязала волосы на лбу лентой. Шлем Кора решила просто взять с собой.
— Не дело вы задумали, юная леди, — неодобрительно сказала Улита, наблюдая как за тем как Корнелия готовит стрелы и кладёт их в колчан. — Ой, не дело. Чует моё сердце, до добра это не доведёт.
— Помолчи лучше, что ты предлагаешь? Ждать пока эти уроды возьмут город и покорно стать их игрушкой? Ну, уж нет, я не согласна!
— Простите за прямоту, но вы не хуже меня знаете, что они в любом случае город возьмут. И к красивой фрейлине королевы будет совсем другое отношение, чем к лучнице, которая убьет нескольких воинов герцога. А вы, точно кого-нибудь убьете, вы слишком хорошо стреляете. Это я еще не говорю про то, что шанс погибнуть на стенах на много больше, чем во дворце или дома.
— Улита, не нуди. Я всё решила.
— Воля ваша.
К этому моменту сборы были закончены. Кора взяла круглый щит для всадника и накинула тетиву на рога своего любимого лука, который она убрала в налуч за спиной. Колчан она повесила на пояс, щит также был за спиной. Пару раз подпрыгнув, девушка проверила что всё снаряжение подогнано верно и можно идти. Улита, в этот момент вышла из гардеробной и когда Корнелия уже собиралась выходить из дома, пожилая служанка выскочила из кухни и протянула девушке две фляги и поясную суму.
— В одной фляге вода, в другой аквавит. В суме вяленое мясо и сухари.
— Улита, откуда у нас сухари и вяленое мясо? — спросила Кора, цепляя всё это к поясу.
— Купила вчера на рынке, поняла что это может пригодиться.
— Ты меня приятно удивила, спасибо.
— Прошу вас, госпожа. Вы там не особо высовывайтесь!
— Это как получится, — с этими словами Кора вышла из дома и направилась к штабу гарнизона.
***
Граф Грилиш невероятно устал за последние дни, как начальник гарнизона он нес ответственность и за пожарные команды, которые были постоянно в работе из-за непрекращающегося обстрела. Под его началом было всего пять с половиной тысяч лучников и мечников столичного гарнизона, плюс две тысячи городских стражников и тысяча синих кирасир. Нет, конечно, в ополчение записалось еще десять тысяч городских обывателей, но их подготовка оставляла желать лучшего. На магов, которых в Аласкиви было очень много, рассчитывать было нельзя. Антимаги герцога надёжно заблокировали любые намеки на защитные или атакующие чары, работала только целебная магия Растуса. Правда и герцог был лишён любых способов магической атаки и защиты. Всё должна была решить простая сталь.
Так что под рукой у Грилиша было примерно десять тысяч хорошей пехоты и десять тысяч очень плохой. Им противостояло по меньшей мере пятьдесят тысяч пехотинцев орков и железных кланов. Логично было предположить, что герцог не будет задействовать кавалеристов при штурме.
На самом деле, расклады были не плохие, если бы не эти ублюдские бомбарды и мортиры, Грилиш был бы уверен, что Аласкиви выстоит. А так, на всё воля Богов.
 
— Господин граф, к вам посетительница, говорит, что вы её ждете.
"Видимо это та королевская игрушка, решившая поиграть в героиню, ну что ж, я обещал её пристроить", — подумал Грилиш и велел впустить девушку. Он ожидал, что та будет выглядеть как на той картине, посвященной спасению ныне покойного Николаса, но реальность его удивила.