Никто, кроме тебя

– Она плачет, – прошептала мама. Сердце невольно екнуло от боли, – Твой отец разозлится, если узнает, – она смотрела умоляющим взглядом, и я опустила плечи, устало качая головой.
– Он не отец мне, мама.
– Андреа! – предупредила она, хмуря брови, – Сейчас не время.
– Я пойду к Тине, – спорить с ней не было желания, поэтому поспешила удалиться.
Следом зашагал Лоан. Обернулась в его сторону, и посмотрела на маму выразительным взглядом, который она тут же поняла.
– Оставь её, Лоан.
– Но…
– Я сама с ним разберусь, – имея в виду отца, перебила мама.
Лоан остановился и не пошёл дальше, а я зашагала в сторону выхода из летнего зала во дворе, проклиная все на свете за неудобные туфли, натиравшие ноги.
В коридоре было тише. Ведь основная часть гостей за дверями позади, которые с грохотом закрылись. Я выдохнула. Впервые за весь вечер.
Ненавижу толпы гостей.
Едва перебирая ногами, пошла по знакомому маршруту, делая маленькие шаги вдоль стены, бурча ругательства под нос.
Боже, я так ненавижу эти туфли. 
Подходя ближе к дверям Тины, была готова постучать и открыть, но меня окликнули.
– Извините.
Обернулась на томный мужской голос и застыла на месте.
Молодой человек стоял в нескольких шагах от меня. Он был не прост. Дорого сшитый костюму на заказ, серебряные «Rolex» и карнавальная маска. Чёрная. Прикрывающая пол лица за исключением губ и вольного подбородка. Парень был намного старше. Интересно, сколько ему лет?
Интуитивно сжала рукава платья, натягивая так, чтобы быть уверенной: ничего не видно.
– Эм…вы кого-то ищете? – поинтересовалась я.
Парень растянул губы в учтивой улыбке, а я не могла сдержать трепетное чувство внутри. Если честно, то еще никогда, чужой, такой обаятельный парень не стоял так рядом. Настолько близко, что я чувствовала немного горьковатый аромат его парфюма. Может быть поэтому так сильно билось сердце?
Черт, я становлюсь похожей на Тину.
– Я пришел на приём. Только не могу найти зал торжества, – ответил незнакомец.
Я закивала головой, одновременно понимая, что есть в нем что-то подозрительное. Ему не сказали, что вход с задней двери, которая ведёт прямо в летний зал? Хотя, в нашем особняке можно и самой потеряться. Не осуждаю.
– Поверните налево и идите до конца. Большая дверь во главе, – тараторила, желая скорее укрыться.
Если кто-нибудь увидит, мне не спастись. Наедине с парнем. В тихом коридоре. Не самый лучший расклад для новых сплетен среди женщин клана.
Молодой человек учтиво кивнул. Прошептав тихое «спасибо», направился по сказанному маршруту. Я повернулась в сторону комнаты Тины, но через секунду парень появился вновь:
– Один вопрос: как вас зовут? – его низкий и любопытный голос заставил обернуться.
В этот раз возмутилась. Что вообще он пытался сделать?
– Сможете ответить на этот вопрос сами? – дернув бровью, бросаю в ответ.
Незнакомец усмехнулся. Как жаль, что я не видела его истинных эмоций. Эти маски все портили.
– А если моё имя лучше скрывать? – маска зашевелилась на его лице, и смею предположить он поднял брови, повторяя за мной.
– А если моё тоже? – ответила вопросом на вопрос.
Мы стояли в двух концах одного коридора, но моё сердце билось так, будто он ближе, чем можно было представить. Глупая наивная дура. Вот что бывает, когда вовсе не разговариваешь с противоположным полом. Мгновенная реакция. Бабочки, фейерверки и ощущение непривычности.
–Ti troverò sicuramente, 1*– это были последние слова, прежде чем он скрылся.
– Кто там?
Услышав голос Мартины, отвела взгляд от места, где недавно стоял незнакомец, встречаясь с раскрасневшимися глазами сестры. Выдохнула, отгоняя мысли о последних словах парня.
– Не важно. Ты в порядке? – мне было больно смотреть на неё такую грустную.
Мартина была полной противоположностью меня. Она могла улыбаться даже через силу. Могла держать себя в руках, даже когда это так трудно. Честно, сестра была сильнее меня. Хотя иногда так и хотелось встряхнуть её, сказав: почему ты соглашаешься? Почему не борешься?
  
– Я…
– Прости, – перебила Тину, касаясь ее руки, немного приблизившись, – Я не должна была все это говорить, – взгляд опустился в пол. – Просто не хочу тебя терять, – призналась я.
Не хочу, чтобы она уезжала. Не хочу её вдали от себя.
Что если ей будет там плохо? А если он будет таким же как отец?
На секунду засомневалась, что смогу сдержать самообладание и не стукну кого-нибудь по голове во время церемонии. Сдерну пистолет Лоана и пущу пулю в лоб её жениха, ну или в лоб моего любимого отца.
Но ощутив тёплые объятия Мартины, мне перешло её спокойствие. Прикрыла глаза, спокойно выдыхая в теплых объятиях сестры.
Мы с сестрой как огонь и вода. Она – бескрайнее море, а я – полыхающий огонь. Её воды всегда успокаивали пламя внутри меня. Дарили спокойствие.
– Я буду звонить каждый день. Буду держать тебя в курсе. Всегда, – тихо выговорила Тина.
– Обещай мне, – посмотрела грозным взглядом, немного отстранившись.
– Ты тоже пообещай, что будешь бороться за свое счастье, Андреа. Не будешь слабой как я.
– Тина, – крепче сжала её плечи, пытаясь привести в чувства, – Ты – одна из самых сильных девушек, что я знаю, – и я была серьёзна, но Тина решила не отвечать.
– Ладно, пошли. Отец будет искать, – сестра подтолкнула в сторону поворота.
При упоминании отца, закатила глаза, прижигая желание зарычать.
Мартина натянула маску, а я подправила свою. Мы пошли в том же направлении, в котором ушёл незнакомец.
Интересно, он нашёл зал? Ну конечно нашёл. Он же не тупой.
Мы снова оказались в шумной толпе. Желанные гости были здесь. Взгляд всех присутствующих прошелся по нам с сестрой. Это напрягало. Будто я стою перед ними голой, и они видят все мои изъяны.
– Вы уже здесь, – подплыла к нам мама, растягивая одну из самых лучезарных улыбок.
Сколько боли могло скрываться за этой улыбкой?
Мама подперла Тину за локоть и потащила в сторону будущих, так называемых «родственников».
Если капнуть глубже, то за всем этим скрывалась выгодная сделка.
Решаю ускользнуть, но мама добралась и до меня.
– Андреа! – как можно спокойно окликнула меня мама, привлекая к себе за руку. – Не красиво, нужно представиться.
– Мам, пожалуйста, – мольбой выпятила губу.
Но эту женщину было не сломить. Мы подходили все ближе и ближе к семье Романо.
Во главе Грек Романо и его белобрысая жена. Дяди, тёти и наконец дети. Младшую, мою ровесницу, звали Амали. Второго сына – Рицци, он стоял рядом со своим старшим братом Моро. Последний намеревался стать мужем моей сестры. Как же хотелось врезать ему по мордашке, расплывшейся в учтивой улыбке. Без слов, он был притягателен, красив и статен. Но кто подтвердит, что за всем этим не кроется монстр? Как и за нашим отцом. Ведь он тоже был красив на вид, а душой уродлив.
В нашем мире. В мире мафии, перестрелок, сделок, мести, жестокости и крови, такое было обыденным. Мужчины не могли позволить себе мягкость. Ведь всегда бьют по больному. Бьют по слабому.
– Это наши дочери, – заговорил Марко, когда мы подошли к ним.
Я встала, скрестив руки на груди, пытаясь не закатит глаза от нудности всего спектакля.
В мыслях прозвала эту семейку «стая блондинов». Сестра, что, будет единственной брюнеткой?
– Старшая, вы уже знаете – Мартина.
Тина улыбнулась им. Глава семьи добро ответил тем же. Его жена довольно кидала взгляды в сторону сына. Это была их первая встреча. Но он даже не посмотрел на будущую жену. Будто все было ничем иным как формальность.
Амали смотрела с презрением. Хотелось быстрее скрыться. Но все проваливается, когда «любимый папа» удосуживаясь, представил меня.
– А это младшая дочь – Андреа.
И я прямым образом слышала его отвращение.