Король призраков (ЛП)

— Ты справишься, — ответил он, его голубые глаза стали ещё более холодными, яркими, в них отразился водный свет. — А я рядом, не переживай. Ничего с тобой не случится.
Я кивнула, ощущая, как его слова согревают меня, несмотря на холод. Глубоко вдохнув, я нырнула в ледяную воду.
Видимость была размыта — водопад падал в более глубокую часть озера, брызги мешали рассмотреть дальше, но светящиеся огоньки наших маленьких проводников помогали ориентироваться. Голлайя схватил меня за талию и сильно подтолкнул в поток водопада. Я вынырнула в спокойный водяной туннель, с одной стороны, темный, а впереди — зеленоватое свечение.
Когда легкие начали протестовать, я сделала несколько мощных движений ногами и поплыла к свету, не теряя самообладания, ведь Голлайя был рядом. Вдруг я услышала хихиканье — это была фея, сверкающая фиолетово-синими огоньками, она плавала вокруг Голлайи. Она подскользнула под него, у его паха, прежде чем он со злостью махнул ей в воде. Она опять рассмеялась, этот звенящий хохот, и рванула вперед.
Зеленоватое свечение становилось ярче, грудь начинала болеть от сдерживаемого дыхания. Я вынырнула с резким вдохом, заполнив легкие воздухом. Голлайя появился рядом, и, хотя он явно был менее уставшим, чем я, мне казалось, что мы попали в совсем другую часть Эшерского леса. Но нет, это не был лес. Мы оказались в огромной пещере.
Высоко над нами было круглое отверстие, ведущее в зимний лес и серые облака. Сама пещера была наполнена гигантскими сталактитами, свисающими с потолка, и сталагмитами, пронзающими пол. Водичка спокойно стекала по стенам и капала с потолка.
Голлайя вылез из воды и, протянув руку, вытащил меня за собой. Пещера была холодной, но здесь витала мощная магия, особенная тишина, как будто здесь бывали боги.
— Здесь, — шепотом сказала я Голлайе, несмотря на физическое неудобство, мои губы и тело дрожали от холода, но я не могла скрыть улыбки.
Он сразу же зажег фейский огонь в ладони.
— Это не причинит тебе вреда, — пообещал он.
Прежде чем я успела спросить, что он имел в виду, он прошептал что-то огню в руке. Пламя вспыхнуло, взметнувшись в воздух, и развернулось в широкий, плоский язык огня, который, словно шаль, обвил мои плечи.
— Ох, — я вздрогнула, инстинктивно попятилась от огня. Но он оказался как теплое покалывание, которое сразу прогнало холод из моего тела. — Спасибо, — улыбнулась я Голлайе.
Его строгий взгляд смягчился. Он кивнул.
— Поторопитесь, медленные! — прокричала Зу, зависнув на середине пещеры.
Когда мы последовали за ней, Тикка подлетела ко мне и шепотом, достаточно громким, чтобы все услышали, сказала:
— Везет тебе, темной леди, что тебе досталась такая штучка.
Она улыбнулась своими острыми зубами и снова рванула прочь, едва успев улететь, как Голлайя громко прорычал.
Я прикусила губу и взглянула на него.
Он сдержал тяжелый вздох.
— Чертовы духи.
— Она права, — сказала я, глядя вниз на его крупные гениталии, свисающие между ног, и поднимая одну бровь.
— Если ты продолжишь так на меня смотреть, Уна, мы не доберемся до этого чертового текста.
— Божественный, а не чертов, — ответила я, не скрывая усмешки.
— Посмотрим, — пробурчал он, когда мы следовали за Зу и остальными к стене, где вода струилась по камням.
— Вот здесь, — с воодушевлением крикнула Зу. — Идите, идите!
Там, где летали трое спрайтов, стена пещеры выступала, а вода стекала в мелкий бассейн, размером с большую чашку. Все трое фей рванули в этот бассейн и, появившись, пронесли в воздухе стеклянный флакон с пробкой.
Они принесли его ко мне, глаза их светились от возбуждения. Но не только глаза светились. Внутри флакона зеленоватый мерцающий свет осветил их лица.
— Возьми, — сказала Зу.
Поглядев на Голлайю, чье лицо было мрачным, я протянула руку и взяла флакон. Ничего чудесного не произошло, но при более внимательном осмотре я заметила, что в нем что-то плавает.
— Голлайя, — сказала я, не веря собственным глазам, — там действительно есть слова, они плавают в воде. Но я не могу их прочитать.
  
Они были вырезаны золотыми искорками, плавали в прозрачной жидкости флакона.
Он подошел ближе, фейский огонь, все еще обвивший меня, освещал его лицо. Он нахмурился и заглянул в флакон.
— Древний фейский. Очень древний, — сказал он.
— Ты можешь это прочитать?
Он покачал головой.
— Я не знаю никого, кто бы мог. Мы находили древние реликвии с такими надписями.
— Выпей! — закричала Зу.
— Выпей, выпей! — поддержали ее Тикка и Гета в унисон.
Да. Я должна была это выпить. Я была уверена, что они правы. Когда я сняла пробку, в воздухе раздался тихий шепот, который эхом отозвался в сводах пещеры. Это звучало как слово «леди».
Когда я подняла флакон к губам, Голлайя протянул руку и схватил меня за запястье, его глаза были полны тревоги.
— Ты уверена?
Тот моментальный покой, который охватил меня, когда мы вошли в эту пещеру, все еще жил внутри.
— Да. Все будет хорошо.
Он сжал челюсти и, наконец, кивнул, отпуская мое запястье. Глубоко вдохнув, я прижала флакон к губам, откинула голову назад. Я проглотила сладковатый нектар и светящиеся слова.
Резкое, острое видение затмило все вокруг, словно божественное откровение.
Красивая фейри с каштановыми волосами и коричневой кожей в зеленом платье шла через лес, плача. Это была не фейри. Это была Эльска, Богиня Леса.
— Они должны оплакать и вспомнить свою магию, свою доброту, — прошептала она, опускаясь на колени у пруда и обращаясь к своему отражению. — Иначе все погибнет.
Затем я вернулась в пещеру, острый удар боли пронзил вены и застигнул меня за запястья. Моя голова запрокинулась назад, я вздохнула, ощущая, как мощь переполняет мое тело, как если бы оно не могло вместить всю эту силу. И точно так же, как оно появилось, оно исчезло.
— Уна! — Голлайя протянул руку, но случилось нечто удивительное.
Мои крылья вспорхнули сами по себе. Не просто взмахнули, а забились с целью, поднимая меня с земли, пока мои ноги не оказались на уровне глаз Голлайи. Его фейский огонь исчез, а я, пораженная чудом, смотрела вниз.
Я расплакалась от радости, несмотря на то что мое тело быстро уставало от простого висения в воздухе.
— Я могу летать, — прошептала я, голос дрожал.
Затем это для меня оказалось слишком, силы иссякли, и я быстро спустилась, Голлайя поймал меня, прежде чем я упала.
— Я летала, — прошептала я ему, не в силах сдержать слез.
Его улыбка сияла гордостью и чем-то гораздо более мягким.
— Ты летала, моя Мизра, — ответил он.
Я даже не заметила, что спрайты снова вернулись к своей песне, весело порхая и танцуя в воздухе.
Отстранившись от Голлайи, я взглянула вниз и поняла, что на моей коже появились новые знаки, вырезанные богами.
— Что это за новый знак? — спросила я Голлайю.
Он посмотрел вниз, но Тикка, подлетела и постучала мне по запястью.
— Здесь написано «целитель», — с восторгом сказала она, явно пытаясь опередить Голлайю.
— Целитель? — спросила я шепотом, вытирая слезы.
Руки Голлайи обвили мои плечи, он мягко сжал их, улыбаясь мне. Без слов он понял, как важна была моя магия исцеления. Но я не чувствовала в себе эту силу. Еще нет.
Я повернулась к спрайтам.
— Что мне делать теперь? Поможет ли эта магия против чумы? — спросила я у Зу.
Все трое спрайтов перестали петь, но все равно выглядели радостными, когда Зу вернулась к нам.
— Да, когда у тебя будут все слова, — ответила она. — Но божественные слова сильнее, чем чума.
— Я не понимаю, — сказала я.
— Ты поймешь. Но тебе нужно будет проглотить все тексты.
— Почему? — спросила я. — Что будет потом?
— Заклинание не завершено, пока все слова не будут собраны вместе, — сказал он.
— Еще два! Еще два! — закричали Гета и Тикка.
У меня были пророчества в книге о двух оставшихся текстах, но мне нужна была помощь Голлайи, чтобы точно разобраться, где найти один из них. Второй был совершенно ясен, я знала, куда идти.