Король призраков (ЛП)
Огромная кровать с четырьмя столбами, в два раза больше моей собственной в Иссосе, была застелена голубым покрывалом. Комната была обставлена богатыми креслами и шезлонгами из синего бархата, коврами, прошитыми серебряной и золотой нитью, массивными чёрными канделябрами, изысканной ширмой из золота в углу и золотой ванной, слегка видневшейся за полупрозрачной ширмой, покрытой белым муслином.
Корона комнаты — беломраморный камин, выполненный в женственных изгибах, с трепещущим огнём ярко-синего пламени, согревавшим меня с тех пор, как меня сюда поместили.
Я подошла к огню, чтобы согреть руки, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями.
Это было совсем не то, чего я ожидала, когда Пулло и другой, которого звали Тиерзель, привели меня сюда. Я была благодарна, что меня не отправили в сырое, зловонное подземелье, где я была в первый раз в Нäкт Мире, но никак не ожидала такого гостеприимства. Оставалось только ждать своей участи. Я прекрасно понимала, что являюсь ценным пленником.
Разумеется, я не видела своего «хозяина» с тех пор, как меня привели сюда — считая, что теперь Голлайя командует дворцом. Никто не сказал мне ни слова о моём положении.
Я всё ещё не могла осознать, что молодой фейри, спасший меня из темницы, оказался наследником короля Закиэля. И что он отрубил голову своему собственному отцу. От этого воспоминания у меня подступила тошнота. Не то чтобы я оплакивала короля — он много лет уничтожал мой народ. И очевидно, что у него были на меня отвратительные планы. Возможно, Голлайя будет более склонен к заключению мирного договора и завершению этой войны.
Я вспомнила яркий блеск в его глазах, когда он отсек голову своему отцу. Это было больше, чем месть или гнев, которые освещали его лицо. Скорее, это была радость, мелькнувшая в его взгляде.
Я вздрогнула и подошла к заколоченному окну, где снова посмотрела в узкую щель наружу. Последние несколько дней ко дворцу подъезжали и отъезжали отряды тёмных фейри на лошадях. Мне приносили еду и воду молчаливые, суровые стражники, которые приходили и уходили, не говоря ни слова.
Когда я спросила у того, кого звали Пулло, как долго меня намерены держать здесь, он, казалось, удивился, что я говорю на их языке. Возможно, потому что я говорила так хорошо. После своего возвращения домой я прилежно училась и даже практиковалась с одним из наших послов, которому приходилось часто ездить в Нортгалл.
Может быть, боги знали заранее, что я вернусь сюда. Но как на долго в этот раз?
Раздался мягкий стук в дверь, а затем она открылась. Недоумевая, так как прежде никто не стучал, я шагнула ближе к камину, наблюдая, как в комнату вошла тёмная фейри, держа в руках несколько сложенных одежд. Она отличалась от всех фейри, которых я встречала раньше.
Она была миниатюрной, гораздо меньше других тёмных фейри, которых я видела. Её кожа была тёмно-серой, два тонких рога элегантно загибались назад над аккуратными чёрными волосами, коротко подстриженными по всей голове, с маленькими прядями, ниспадавшими на лоб. Её заострённые уши были необычайно длинные, непропорциональны её изящным чертам. Ещё у неё были чёрные жилистые крылья, высоко вздымающиеся за спиной, тонкие и грациозные.
Несмотря на свой небольшой рост, у неё была тонкая талия и изящная фигура. Она была одета в чёрные облегающие брюки с красной накидкой и чёрный топ, облегающий грудь и рёбра, украшенный серебряной вышивкой. Её одежда скорее напоминала наряд воина для торжественной церемонии, работа мастера.
Но самое удивительное в ней — её прекрасные, большие красные глаза с длинными тёмными ресницами и яркая улыбка с маленькими клыками. Она буквально вибрировала от волнения.
— Здравствуйте, принцесса, — обратилась она на демоническом языке. — Вы понимаете меня?
Я кивнула.
— Пулло сказал, что вы говорите на нашем языке. Как чудесно, ведь я сама никогда не учила языка высокородных фейри. Меня зовут Хаваллах. Мне выпала большая честь стать вашей горничной здесь, в Нäкт Мире. У вас будет несколько прислужниц. — Она указала позади себя, где в комнату вошли несколько тёмных фейри без крыльев, с опущенными глазами, неся ведра с горячей водой. — Но я буду заботиться о ваших личных потребностях.
Ещё одна прислужница вошла с накрытым подносом. Хаваллах указала ей на камин, и та бесшумно поставила поднос на столик.
Я взглянула в сторону двери, ожидая, что следом войдёт стражник или даже Голлайя, но дверь закрылась, и я услышала привычный звук замка снаружи.
— Приятно познакомиться, Хаваллах, — сказала я, сохраняя свои манеры, даже если я, очевидно, оставалась пленницей.
Её глаза стали ещё больше, затем она рассмеялась — её смех был сладким, заразительным, — и поспешила ко мне.
— Можете называть меня Хава, если хотите. Мои друзья зовут меня Хава. Я так, так, так рада, наконец, познакомиться с вами.
Хава цокнула языком и щёлкнула пальцами. Другие прислужницы тотчас поспешили к ширме и золотой ванне за ней. Для такой добродушной, миниатюрной фейри она казалась весьма влиятельной в этом дворце.
— Давайте устроим вам горячую ванну, как вы на это смотрите?
Ванна. Роскошь, о которой я и не подозревала, как сильно нуждаюсь, пока не услышала эти слова.
Она взяла меня за руку и повела за ширму. Её открытое, дружелюбное поведение не вызывало тревоги, а скорее согревало, напоминая мне о Мин. Я быстро моргнула, отгоняя слёзы, которые навернулись на глаза. Я так и не смогла как следует оплакать свою дорогую подругу.
— Хава, — спросила я, повернувшись, чтобы она могла расшнуровать платье на спине, пока служанки выливали ведра воды и добавляли специи и цветочные масла, пахнущие просто восхитительно. — Вы ведь не отсюда, не так ли?
— О, нет, нет, — она сладко улыбнулась. — Я из Гадлизеля, королевства фейри теней.
— Ты совсем не похожа на фейри теней, как их описывал мой брат. За исключением крыльев, конечно, — сказала я, задумчиво разглядывая её. Я никогда не встречала их послов, поскольку они вообще избегали контактов с нами. Фейри теней жили далеко за пределами Лумерии, в горах Сольгавии. — Прошу прощения, это невежливо с моей стороны?
— Совсем нет, — ответила она с понимающей улыбкой.
Она ловко расстёгивала пуговицы на рукавах моего платья, помогая снять его. Я носила его с тех пор, как королю отрубили голову несколько дней назад. На белой ткани остались тёмные пятна его крови, но меня это не беспокоило — они напоминали, что то, что я видела, действительно произошло, и что наш враг, Демон Король Нортгалла, действительно мёртв.
— Мой отец был вайтом, — продолжила Хава. — Именно от него я унаследовала серую кожу. А крылья достались мне от матери, которая была теневым фейри. Но, похоже, в нашем роду была и кровь наяд. Именно поэтому я такая маленькая.
Наяды, нимфы и спрайты все происходили от одной богини воды низшего ранга — Беаты. Легенды гласили, что она была невысокой, но невероятно могущественной, владея магией воды.
Хава помогла мне снять рубашку и протянула серебристый шёлковый халат, чтобы я могла укутаться, пока служанки заканчивали подготовку ванны, раскладывая полотенца и добавляя масла, источающие божественный аромат.
— Ты очень милая, Хава, и очень добрая, — сказала я искренне.
Её глаза и рот распахнулись в восторге.
— Для меня большая честь слышать это от вас, госпожа. К тому же я — зефир. Я унаследовала силу огня от отца. Думаю, именно поэтому мой король назначил меня вашей служанкой. Я могу защитить вас, если потребуется.
Сердце у меня ёкнуло, когда она упомянула своего короля.
— Он приставил тебя ко мне?
— Да, — гордо ответила она, после чего протянула ладонь и прошептала слово, на её руке вспыхнул оранжевый огонёк. Она широко улыбнулась. — Я смогу вас защитить.
— Значит, Голлайя теперь коронован как король Нортгалла?
Так как мои стражники не рассказывали мне ничего, я совершенно не знала, что происходило после того, что я видела в тронном зале.