Отверженные (СИ)
И несмотря на изнуряющую, пробравшуюся в мою душу скорбь и физическую усталость, не шевелясь я всю ночь сидела у костра, думая о Темпе, пока передо мной не осталась лишь небольшая кучка горячего пепла.
На рассвете я снова отправилась к вышке, опасаясь, что Ронан мог сорваться и добить Темпа. Поэтому я не шла, а почти бежала, примчавшись к блиндажу брата запыхавшись, застав его уже раздающим распоряжения.
- О, ангелочек, смотрите-ка порозовела, растрепалась. Спешила? – иногда Ронан умел смотреть и улыбаться режущей обличающей тебя улыбкой. В такой момент сразу казалось, что он видит твои мысли и чувствует, что ты задумала. Понимаю, почему его так боятся.
- Хотела успеть застать тебя и испробовать кое-что на пленном, - бодро выдохнула я. – Он ведь ещё жив?
- Пошли, заодно и проверим, - кивнул он мне.
За Ронаном увязалось несколько его бойцов, и я мысленно вознесла благодарность создателю, что на этот раз рядом не оказалось Виктора, ещё одного проницательного гада, которого трудно провести, а ещё труднее вынести.
Темп сидел на земле, его сильные руки были разведены в стороны и накрепко привязаны к вмурованным в стену кольцам. Заслышав наши приближающиеся шаги, он вскинул голову. И только его взгляд выхватил Ронана, как в нём тут же всполохнуло пламя жгучей ненависти. Но я знала, я словно чувствовала его – за этой ненавистью стояла необъятная боль.
- Как спалось? – издевательски поинтересовался у него Ронан. – Хочу попросить тебя быть хорошим мальчиком и ещё немного послужить Исходу. Ах, да! Чуть не забыл. Тело твоей девки мои люди разрезали на куски и бросили шакалам на потеху, так что кому-то повезло больше – хоть у кого-то брюхо набито! – мой брат разразился смехом, от которого меня начало коробить. Мне стоило огромных усилий сохранять невозмутимое выражение лица.
И вдруг я услышала голос Темпа, хриплый, дрожащий:
- Когда ты тварь сдохнешь – я это учую даже с того света и приду за тобой. Ублюдочная гноящаяся мразь, только и можешь, что махать своим хером да вскрывать глотки детям. Выйти против настоящего бойца один на один у тебя никогда духу не хватит! Всё прикрываешься своими обезьянами, дерьмо трусливое?
Тоже парень с норовом. Безутешен, раздавлен, но всё ещё горд и взбешен. Безнадёжно отважен. Темп бросался на смерть как на пику.
Побагровев, Ронан накинулся на него с кулаками, яростно брызжа слюной, неразборчиво выкрикивая матерные слова.
И если я собиралась сохранить Темпу жизнь – мне нужно было вмешаться.
- Ронан! Ронан хватит!!! Оставь и мне немного, - на свой страх и риск я схватила брата за в очередной раз замахнувшуюся руку. – Местью нужно наслаждаться медленно смакуя. Иначе, какой тогда в этом толк?
Мои слова подействовали, я чуть было облегчённо не выдохнула прямо при нём.
- Моя девочка! – одобрил мой порыв Ронан, осматривая свой окровавленный кулак. – Заставь его корчиться от боли, ангелочек. А я пока подумаю, как мне подадут на десерт этого хныкающего неудачника.
- Оставь мне Аэрона, - спокойно бросила я, с деловым видом раскладывая на земле прихваченные из лазарета принадлежности.
Аэрона я выбрала не случайно. Приблизительно он был такого же роста, как Темп, похожий цвет волос, и самое главное – Аэрон был туповат.
Мне оставалось только дождаться пока Ронан скроется со своими людьми подальше. В это время дня они обычно проверяли ловушки по граничной полосе.
- Аэрон, мне нужен кипяток. Хочу обварить это ничтожество, а затем испробовать на нём мазь от ожогов. Пойди, вскипяти воды, да побольше. Вернёшься уже с кипящим котелком. И верёвки ещё прихвати, - моё распоряжение прозвучало сухо и приказным тоном, как и предполагалось сестре предводителя. Бедняга Аэрон тут же кинулся исполнять поручение.
…И я осталась с не спускающим с меня глаз Темпом наедине. Казалось, даже воздух стал густым, настолько трудно мне стало дышать рядом с ним.
Не теряя ни минуты, смочив тряпку в холодной воде, я протянула к нему руку, намереваясь стереть кровь с его разбитого лица.
- Не прикасайся ко мне, дрянь!!! – дёрнувшись, прорычал он с ненавистью, испепеляя меня взглядом.
- Темп послушай, у нас мало времени, пока вода не закипит, - горячо прошептала я уже совсем другим тоном, - Не верь Ронану, он нарочно измывается над тобой. Шакалы не обгладывали тело твоей девушки – его
забрала я!
На меня уставились непонимающие нежно карие с зелённым оттенком глаза, в которых тот час же зажглась злоба и отчаянье:
- Играешь со мной, гадина?
- Я бы тоже на твоём месте не поверила. …Чтобы поладить с Ронаном мне часто приходится притворяться, - я не отрывала своих глаз от его взгляда, я хотела, чтобы он увидел, чтобы Темп почувствовал мою глубокую искренность и моё горькое сожаление. – Глупо говорить тебе, что мне жаль. Моё сочувствие тебе не поможет. Но в Исходе не все такие, как Ронан и его бойцы.
- Что … ты с ней … сделала? – выдавил он через силу, прожигая меня своими необыкновенными ореховыми глазами.
- Предала огню. … Я всё сделала как нужно, Темп.
- Как нужно? – его разбитые губы задрожали. Возможно, в другой ситуации он бы позволил себе выплакать свою боль. Но не здесь. Не сейчас и не рядом со мной.
- Прости, - прошептала я, опустив глаза. – У меня кое-что есть для тебя, - из-за пазухи я достала небольшой кожаный мешочек и нанизанные на ту же веревку браслеты. – Это часть их праха. И её украшения. Я подумала, что тебе нужно будет иметь что-то на память о ней.
Я снова посмотрела ему в лицо. Темп страдал, очень страдал. И мои слова только выворачивали его боль наизнанку, а я не знала, как можно утешить этого сильного человека.
- Их? ….. Ты сказала их пепел, - его голос пугал меня, как и этот потемневший взгляд. – Это значит, что ты извлекла моего ребёнка…
Я кивнула, ощущая, как по моим щекам катятся слёзы. И Темп смотрел на меня с такой злостью, словно эти слёзы я украла у него.
- Это … это … был мальчик, - заикаясь, выдавила я. Если мне было так плохо, представляю, каково было ему.
- Что будет, когда закипит вода? – жестко спросил он, беря себя в руки.
- Ты сделаешь то, что я тебе скажу, - когда я надевала ему на шею верёвку с прахом и браслетами, Темп уже не сопротивлялся, и я стала осторожно протирать запёкшуюся кровь на его лице.
- Кто ты такая? – процедил Темп, морщась.
Мне не нравился его холодный ненавидящий тон, но я старалась отвечать как можно мягче:
- Меня зовут Лаванда, и я обучаюсь на лекаря. А ещё … я сестра Ронана, - в этот раз я на всякий случай отодвинулась, чтобы он не достал меня ногой. Но эта новость его, кажется, не потрясла.
- Зачем? Зачем отдала дань Эмми? Зачем корчишь передо мной сострадание?
- Потому что я собираюсь помочь тебе сбежать, - вздохнула я, но, не смотря на моё обнадеживающее заявление - ни один мускул не дрогнул на его лице. Что ж, доверие такого парня наверняка стоит дорого. – Это коротко. Мне правда не хочется объяснять причину, для чего я всё это делаю. Значит так, Темп, сейчас я разрежу верёвки, но ты пока должен делать вид, что всё ещё привязан к стене. Когда вернётся Аэрон, я попрошу его подержать твои ноги, и в этот момент ты быстро и профессионально ударишь его. Я стаскиваю с отключившегося Аэрона жилет, ты живо усаживаешь его на своё место и привязываешь, в то время пока я помогаю тебе надеть его одежду. Затем мы не спеша идём в сторону границы. И при всём при этом нужно молиться, чтобы в процессе нас никто не увидел.
- К чему всё так нелепо усложнять? Перережь верёвки и я пошёл, - в его взгляде всё ещё присутствовало недоверие, но наконец-то он стал смотреть на меня с малой, почти безумной долей надежды.
- Охранник на смотровой вышке. Он увидит, что ты бежишь, поднимет тревогу, и тебя догонят. Солнце сейчас немного слепит ему в лицо, прищурившись, он заметит, что пленник привязан на своём месте, а кто-то похожий на Аэрона направляется в лес вместе со мной. Я часто хожу туда за травами, поэтому это не вызовет подозрений. Тем более никому даже в голову не придёт, что я освобожу Одичалого.