Станция. Ловушка для нашей любви (СИ)

- Где разгром?! – пискнула я, наконец-то, отмерев.
- Чего? – не понял Бэн.
Прокашлялась, обернулась и нетерпеливо продолжила:
- Разгром. Покорёженные столы, расплавленная стойка, вонючий пластиморф.
Бэн уставился на меня с вытянутым лицом:
- О чём это ты?
И правда, о чём? Вокруг ни пятнышка. Ничто не напоминает вчерашнее плачевное состояние. Взгляд снова притянулся к царапине на четвёртом столике, память живо подкинула картинку эффектного уничтожения. Но вот же он, стоит себе целёхонький.
- О последствиях драки цизулцев, - выдавила неуверенно.
Бэн приоткрыл рот:
- Э…какой драки?
Смуглое лицо выражало полнейшее недоумение. Я поколебалась:
- Вчерашней драки, - ни малейшего признака понимания, - они же половину мебели и барную стойку кислотой изуродовали! Куда это всё делось?
Брови Бэна поднялись так высоко, что грозили сбежать с лица.
- Ты вчера на ночь ничего не пила? – развеселился он, - Попахивает мулакскими галлюциногенами.
Я с размаху опустилась на сиденье. Застарелая царапина на столе язвительно поддакивала версии парня. Вчера этот стол превратился в вонючую кучу, не могла же я такое выдумать?!
— Это же не розыгрыш?
Бэн почесал подбородок и, глядя на меня сверху вниз, задумчиво изрёк:
- Ты серьёзно? - видно, выражение лица ответило лучше меня, - Отдохнула бы, перерабатываешь последнее время, вот ерунда и мерещится.
Недоумевающий мозг кольнуло раздражение. Тоже мне новость, я всегда столько работаю, но глюки впервые. Огонёк беспокойства подпаливал изнутри. Я рассеянно переводила взгляд со столов на стены, стойку и обратно, силясь найти какое-то объяснение.
- Иди домой, поспи, займись чем-нибудь не напряжным. Я сегодня и один справлюсь.
Бэн протянул мне руку и поднял. Я ещё раз придирчиво окинула взглядом чистый нетронутый зал. Может мне реалистичный кошмар приснился? Бывает же, когда много думаешь о чём-то, сознание подкидывает замысловатые сюжеты. А работа у меня из головы не выходит. Но это же как надо переработать?! Наверное, и правда стоит отдохнуть. Неуверенно взглянула на сочувствующего парня:
- Может ты и прав.
  
Главa 2
 
Давно у меня не было полноценного выходного. В баре всегда есть дела. И хотя теоретически я могу часть из них переложить на Бэна, на деле это не срабатывает. Слишком привыкла всё делать сама. Да и он тот ещё балбес, как нерадивый младший брат, которого проще послать с мелким поручением, чем просить сделать что-то важное. Знаешь же, что напортачит, что-нибудь перепутает и всё равно придётся за ним переделывать.
Поэтому куда девать внезапно образовавшееся свободное время, я не знала. Спать не хотелось, куда-то идти тоже. Если бы можно было за день слетать на какую-нибудь планету, было бы здорово. Но до ближайшей аграрной Найорли несколько дней пути. Пока такая роскошь непозволительна. Я очень скучала по настоящей атмосфере, лёгкому сладкому ветерку, тихому шелесту листвы, пружинистой земле под ногами. Последний раз я покидала станцию года полтора назад, на два дня летала на Луар, заказывать кухонное оборудование. Жаркая планета в равных частях покрытая океанами, тропическими лесами, пустынями и высокотехнологичными городами, с небольшой зоной умеренного климата показалась мне истинным раем.
Большую часть жизни я провела на станции. Мы с отцом перебрались сюда из земной колонии сразу после смерти мамы, мне тогда было всего пять. В девятнадцать он отправил меня на Землю поступать в медицинскую академию. Тогда я впервые прочувствовала сладость жизни на планете с настоящей атмосферой и гравитацией. До сих пор скучаю по этому ощущению. Когда-нибудь перееду жить на тихую уютную планету, в деревянный домик с большим садом. И никакого пластиморфа и искусственного воздуха.
Станция Т`аинир – «Спокойная гавань» в переводе на общий язык - изначально луарская, быстро обросла поселенцами с разных планет. Двенадцать кольцевых секторов с современной системой аэрации, купольная оранжерея, многоступенчатая защита корпуса, не помню, что ещё там в рекламе говорится. Удачное расположение на пересечении удалённых космических маршрутов…было когда-то. Сейчас, скорее, на задворках. Но основной плюс любой космической станции – относительно недорогая жизнь. Налоги здесь ниже, жилье дешевле, всегда есть работа и множество побочных бонусов, вроде бесплатного начального образования. Всё это влечёт людей в объятия космоса, заманивает надеждой на лучшую жизнь. Избавляет центральные планеты от перенаселения, одновременно обеспечивая комфорт дальних космических перелётов.
 
Наша каюта на станции во всех отношениях полноценный дом, рассчитанный на постоянное пребывание. Не большая, но удобная: две комнаты, вместительная кухня, кладовая, достаточно большая ванная, а не ионный душ, как часто бывает на космических кораблях. Это единственная роскошь, в которой мы с отцом не смогли себе отказать. Воду завозили исправно. Использованная очищалась и снова шла в дело для технических нужд станции.
Я редко позволяла себе по-настоящему насладиться купанием, хотя очень любила понежиться в горячей ванне с пушистой пеной. Раз уж сегодня заняться мне всё равно нечем, почему бы не расслабиться самым доступным способом? Отрегулировала температуру воды и добавила пену, по ванной поплыл сладковато-ягодный арбузный аромат – на Земле я к нему пристрастилась, килограммами поедала сочную мякоть. На станции приходилось довольствоваться запахом и глотать слюнки.
Пока набиралась вода, немного прибралась, усилием воли выбросив из головы мысли о странностях дня.
В отцовскую комнату до сих пор больно заходить. Вещей тут осталось немного, но она ещё хранила его отпечаток. Я смахнула пыль с полок над небольшим диванчиком и поправила покрывало на широкой кровати. Рядом на старой деревянной тумбочке – папа ни за что не соглашался её выбросить, и у меня рука не поднялась – стояла голографическая рамка – маленький кубик - проектор. Несколько живых снимков сменяли друг друга. Вот я на качелях на детской площадке ещё на Интаре – Земной колонии, где родилась – молоденькая, русоволосая мама, улыбаясь, раскачивает их. Вот мы все втроём сидим на траве в парке, папа тут такой счастливый, ещё без единого седого волоса в шоколадной шевелюре. Вот уже станция, мы с папой у клетки со львом в зверинце дэрэ Зана. Помню, из-за цвета я посчитала зверя луарским и очень удивилась, узнав, что он с Земли. Вот мы вдвоём, с широкими улыбками, отмечаем моё зачисление в академию. И последний снимок с Земли - я на фоне океана весело размахиваю руками, будто зазывая его присоединиться.
На глаза навернулись слёзы, сразу же захлюпал нос. Быстро закончила и выскочила в коридор, плотно прикрыв дверь. Вот так всегда, как увижу, раскисаю. Иногда задумываюсь, что было бы, останься мы на Интаре. Может папа был бы ещё жив. На планетах медицинские центры лучше оборудованы, и врачи работают повыше уровнем. А у нас тут так, одна видимость. Только думы эти бессмысленны, ничего не изменишь.
Ванна наполнилась. Я сняла комбинезон, удобное эластичное бельё, распустила ярко-рыжие волосы до лопаток – маленькое сумасбродство, которым позволила себе разнообразить серую обыденность последних лет – и погрузилась в ароматную горячую воду. Как хорошо! Потревоженная пена приятно щекотала кожу, мышцы расслабились, по губам скользнула блаженная улыбка. Никаких лишних мыслей, можно позволить себе ненадолго отключиться от мира.
Видимо, усталость во мне накопилась не малая, я действительно отключилась и проснулась уже в остывшей воде. Зябко потянувшись, вылезла. Стойкая пена клочками заскользила по телу, я не спеша промокала её пушистым полотенцем. Фигура у меня ничем не примечательная: небольшая грудь, ноги средней длины, полноватые бёдра со всеми вытекающими в виде «ушек» и прочих неровностей, не особо тонкая талия. Определённо не песочные часы, но уж что имеем. Раньше я переживала по поводу неидеальной внешности, хотела походить на модных глянцевых красоток. Но повальное увлечение физической коррекцией прошло мимо. Слишком дорого, да и отец был против любых вмешательств в организм, не связанных со здоровьем. И я, поучившись в медицинском, с ним согласилась. А со временем за насущными проблемами поняла насколько это на самом деле не важно.