Деспот на кухне

А когда моя мама решила строить свое счастье с генералом – драконом из соседнего королевства, то я отказалась ехать с ней. Здесь у меня была подруга, любимый мужчина и мечты о своем деле.
И вот сегодня я лишилась всего этого. Два самых близких человека, с которыми я не хотела расставаться, решили, что вдвоем им будет лучше.
А еще они растоптали мою мечту о кафе, осквернили ее своей похотью. Я же с такой любовью выбирала все, от вилок и салфеток до этого самого стола, на котором они…
  
– Я им не отдам свое кафе! – сказала я, сжав кулаки.
Злость вытесняла обиду. Я решила, что поборюсь за свою мечту и отомщу предателям. И для начала отправлюсь в банк, чтобы спасти свои деньги.
Аполлинария Петровна удовлетворенно кивнула, словно одобряя все мои мысли.
– Ты заходи в гости, если что, – сказала она значительно, – а то мне с моими котами и поговорить не о чем.
– Спасибо вам, обязательно приду, – ответила, поднимаясь с лавки.
До конца рабочего дня было еще полно времени, и я поспешила в банк.
– С оружием нельзя, – дорогу преградил охранник, судя по габаритам, в его роду точно орки были.
– С каким? – опешила я.
Охранник устрашающе поиграл мышцами и, убедившись, что произвел на меня правильный эффект, указал взглядом на сковородку.
– С холодным, – пояснил он.
– А если нагреть? – пискнула я.
Кажется, точно орк. У них же напрочь отсутствует чувство юмора. Пришлось сдавать сковородку под опись. И только после соблюдения всех формальностей грозный страж пропустил меня внутрь.
Специалист, который был таким обходительным, когда я оформляла ссуду, сегодня делал вид, что видит меня впервые, и прятался от меня за стеллажами с документами и горшком с фикусом.
И только когда я потребовала встречи с главным менеджером, этот хитрый гоблин соизволил меня принять.
– Я хочу отказаться от ссуды, – заявила я.
Маленькие глазки банковского работника забегали, ручки сгребли со стола папки, а потом снова начали раскладывать по местам. Я нетерпеливо барабанила пальцами по столу.
– Вы же помните меня? Лора Йосан, мы приходили к вам на прошлой неделе.
– Надо бумаги смотреть, – со значением сказал банковский работник, – знаете, сколько вас тут ходит?
– Но не всем вы ссуду одобряете. А как вы сказали, всех заемщиков вы проверяете до седьмого колена и знаете лучше, чем собственную мамочку!
– Ну что вы начинаете! – с досадой поморщился он. – Вспомнил я вас. Кредит на открытие кафе. Сроком на десять лет. Очень хорошая сделка, – он довольно потер лапки и сложил их на кругленьком животике.
– Скажите, а если кафе не откроется или будет убыточным, то что случится? – начала я издалека.
– Стандартная процедура банкротства, – ответил гоблин, доставая пенсне и заглядывая в толстую папку, – если долг оплатить невозможно, то все пускают с молотка, а потом остатки взыскиваются с заемщика. То есть с вас!
В его маленьких глазках-бусинках сверкнул хищный отблеск.
– А если вернуть все прямо сейчас? – спросила я упавшим голосом, прикидывая, сколько придется заплатить банку.
– Вернуть? Ну, заплатите небольшую неустойку и проценты за месяц. Немного получится. Но за каждый день пользования ссудой долг набегает, – сказал он недовольно.
– Тогда я хочу расторгнуть договор незамедлительно! – заявила я.
Я была настроена решительно. Работать в одном кафе с предателями я не буду. Свое детище было очень жалко, но себя было еще жальче.
– Хорошо, я рассчитаю всю сумму вместе с процентами и штрафами, – он достал огромный счетный аппарат и принялся крутить шестеренки, внося данные.
– А как же продать все с молотка? Надо же организовать аукцион, чтобы продать оборудование из кафе.
– Аукцион? Нет, вы должны принести всю сумму в банк сами и внести в кассу, как и забирали, – снисходительно пояснил гоблин, не отрываясь от счетного аппарата.
– Хорошо, пока я буду возвращать оборудование поставщикам, вы же можете закрыть счет кафе и забрать ту часть денег, что отложена на закупку продуктов? –
– А почему счет расторгать будете вы? – замахал руками он. – Не путайте кислое с пресным!
– Но как же, – растерялась я, – ведь я кредит брала, потом эти деньги на счет положила.
– Но директор не вы! Пусть приходит господин Тим Хассет и закрывает счет. И отдает деньги вам, чтобы вы долг свой погасили.
– То есть долг мой, а деньги нет? – удивилась я.
Гоблин многозначительно покосился на бумаги и даже подвинул мне папочку поближе.
– Так вы сами решили. Чтобы процент меньше был, взяли кредит как частное лицо, – улыбнулся гоблин дежурной улыбкой.
– А если я платить не буду? – спросила я упавшим голосом.
– Заберем все ваше имущество, – улыбка гоблина превратилась в оскал.
– А кафе? – спросила я.
– А что кафе? Мы же не знаем, на что вы деньги потратили. На кафе или смазливого эльфа к морю понежиться свозили, – пожал плечами менеджер, – только директор кафе у нас денег не занимал. К нему и претензий никаких.
До меня наконец-то дошел смысл разговора Тима и Киры. Они повесили на меня ссуду за кафе, где я была простым поваром. А как только я сделаю всю работу за них, меня выставят за дверь с огромным долгом в качестве выходного пособия.
Я вышла из банка с осознанием, что мир рушится. Я должна вернуть огромную сумму, часть которой уже потрачена на обустройство кафе, а оставшиеся деньги лежат на счете, к которому я не имею доступа.
И как я позволила так себя обмануть? Ведь не была никогда наивной дурочкой. С детства была самостоятельной, гордостью мамы. Как я ей расскажу, что так сильно вляпалась?! А она говорила, что Тиму доверять не стоит.
Лучше заведу себе пару котов, они хоть и высокомерные, но не предадут вот так. Но больше никаких подруг и семейного бизнеса!
Ноги сами собой привели меня к дому. Пока я раздумывала, стоит ли заходить, из-за угла повернули Тим и Кира. Они шли рядом, смеялись какой-то шутке и выглядели абсолютно счастливыми.
Внезапно слезы снова брызнули из глаз. Не желая показываться перед предателями в таком жалком виде, я юркнула в соседнюю дверь, решив подождать, когда они пройдут, успокоиться, и только потом пойти домой.
– Уже пришла? – услышала я голос, раздавшийся из глубины квартирки, в которую я случайно заскочила. – Не ожидала увидеть тебя так скоро.
– Аполлинария Петровна? – удивилась я. Как получилось так, что я спряталась именно у нее дома.
– Да ты проходи, – радушно сказала она, – я чайник поставила, только мне тебя угостить нечем.
– Так давайте я приготовлю, – предложила я, показывая сковородку.
– Ну пойдем на кухню, раз пришла, – пригласила она меня, – и это, зови меня бабушкой Полей.
Я поспешила вслед за ней. Кухня была просторная, светлая. На столе белая скатерть, на полочках цветные горшочки со специями. А на окне, в плетеной корзинке дремал старый кот, он лениво открыл один глаз, когда мы вошли, и снова уснул.
Проведя быструю ревизию запасов, я решила приготовить оладушки. Вот и варенье есть вишневое.
Быстро сообразив тесто, я разожгла огонь. Аполлинария Петровна тем временем заварила чай с травами.
Сковородка, которая досталась мне с таким трудом, оказалась и правда чудесной. Оладьи получились пышными и мягкими, бабушка Поля ела и нахваливала.
– Тебе бы в кулинары пойти, – говорила она, не зная, что сегодня я с треском закончила карьеру шеф-повара собственного кафе.
– Вон и в газете аж три объявления напечатали, что требуются работники на кухню, – добрая старушка подвинула мне свежую прессу.
Я только улыбалась и чай пила, размышляя о своем будущем. Как-то на этой уютной кухне думалось легко. И в моей голове сам собой складывался план.
Можно, конечно, гордо уйти сейчас, громко хлопнув дверью, и распрощаться с этими деньгами, подарив их Тиму с Кирой. А можно продолжить работать в кафе. Из него меня, правда, выставят через пару месяцев.
В том, что я найду работу, я не сомневалась. Хороший специалист сейчас в цене.