Вредина для мажора (СИ)
– Ладно! А давай я с собой возьму одежду завтра, чтобы домой не возвращаться? Посидим в библиотеке до часа «икс».
– Отлично! – радостно воскликнула Ирка.
После разговора я все же полезла в чемодан. Нашла платье, примерила. Коротковатое, вырез на груди приличный, сразу в глаза бросается. Однако очень красиво, словно под меня сшито. Я пару раз покружилась перед зеркалом. Почему-то подумала о Роме, как бы он отреагировал на мой наряд? Ему бы понравилось?
Глупая мысль так засела в голове, что я не сразу смогла от нее избавиться. Даже платье сняла только через час. Все ждала. Чего, правда, непонятно.
Ночевать Филатов вернулся очень поздно. Я легла в час, его еще не было. Зато утром, когда заглянула к нему в спальню, почувствовала стойки запах алкоголя. Любитель выпить. Стало немного обидно. Кольнуло. Мог бы и предупредить, я ведь волнуюсь. А если случилось чего. Если в аварию попал или… да много всякого.
Катя, ты дура!
Единственный вывод, который крутился на языке. Роме плевать на меня, на мои чувства и чувства других людей. Он живет в свое удовольствие, во благо личных хотелок. А мимолетные переглядывания, касания, и красивые слова ни о чем не говорят. Уж не из уст бабника.
В универ ушла рано. Не завтракала, и Филу ничего не готовила. Пусть есть там, где пьет. И эти его взгляды… пусть кидает их тем дурочкам, которые готовы упасть к его ногам. А я съеду. Завтра.
Жизнь наладится.
Без Ромы.
Кому он нужен?
Ха! И еще раз ха!
С Иркой мы почти весь день обсуждали задания. Тема Макарова особо не поднималась, но стоило ему мелькнуть в коридоре, как Дронова тут же опустила голову. Типа повторяла активно материал. Забавная.
– Добрый день, – Игорь Леонидович зачем-то подошел к нам, улыбнулся. В последнее время он часто замечал меня, а я его. Мы могли переписываться в телеге, по теме работы, конечно. Ну и в коридоре останавливались. Изначально Макаров казался мне строгим. Холодным, колючим педагогом. Сейчас наоборот милым.
Одевается он круто, классика ему к лицу однозначно. Синие брюки, облегающие спортивные ноги, рубашка кремовая поверх пиджак. Без галстука. Волосы короткие, заправленные назад. Глаза обаятельные. Уверена, отбоя от женщин нет.
– Добрый, Игорь Леонидович, – ответила я, щепая Ирку за руку. Она тут же подняла голову, глянула сперва на меня, затем на него. Припустила ресницы и мило улыбнулась.
– Вы сегодня будете заведовать вечеринкой? – осторожно спросила Дронова.
– Вечеринкой?
– Ну да, на ГСУ, – кивнула Ира.
– А, это, – припомнил Макаров. – Вы собираетесь пойти? – взгляд мужчины изменился. В нем словно зажегся огонек любопытства.
– Да, – ответила, опережая подругу. – Планируем.
– Что ж, тогда обязательно встретимся. Мне уже пора. Катерина, не забудьте про материалы.
В ответ я кивнула. Вообще так странно: в переписках и наедине Макаров обращается ко мне на «ты», а в общественных местах, вернее, когда рядом кто-то еще, переходит на «вы». Необычно, однако.
После всех пар, мы с Иркой сходили в столовую, даже взяли с собой пару булочек. Мало ли, проголодаемся. Иногда я поглядывала в телефон, вздыхала, и засовывала его обратно. Не знаю, чего ждала.
Хотя… вру. Где-то внутри меня цепляло все, что касалось Ромы. Словно кипятком по открытой ране. Можно не признавать очевидного, долго отнекиваться. Но однажды осознаешь – человек уже поселился в твоем сердце. Пустил корни. И с этим ничего не поделать.
В библиотеке мы с Дроновой сидели до шести, шерстили книги. Я выписывала термины, делала пометки в конспекте, а Ирка учила слова по английскому. Людей с каждым часом становилось меньше, за окном медленно темнело. Честно сказать, шея и плечи у меня затекли. Уже и дискотека казалась не радужной. Зачем на нее идти, когда тело болит, настроение возле плинтуса, и дождь срывается на улице.
Однако когда мой мобильный неожиданно завибрировал, и на экране высветилось имя Филатова, я едва не свалилась со стула. Сердце подпрыгнуло, и губы сами собой растянулись в легкой улыбке.
– Привет, – робко произнесла, мысленно ругая себя за смущение.
– Ты домой не планируешь? – без всякого приветствия спросил Рома.
– Соскучился что ли? – а вот это уже произошло произвольно. На автомате. Без моего контроля. Фил усмехнулся в трубку, затем ответил:
– Ужасно.
Всегда одно слово, а у меня словно из легких вышибло воздух.
– Сегодня дискотека на ГСУ, – немного растерянно пролепетала я. В ушах так и звенело его «ужасно», от чего к скулам прилип румянец. Это же шутка. Тупая шутка, Катя! Спустись на Землю. Рома просто развлекается.
– Да? И… ты собралась идти? – мне показалось, он удивился. Да что уж там, я сама была удивлена. Дискотеки не для меня, вернее я совсем не фанат громкой музыки.
– Ага. Мы с Ирой идем. Там Макаров будет курировать. Странно, скажи?
– Во сколько начало? – резко произнес Рома. Тон его голоса, который звучал до этого мягко и вальяжно, вдруг принял более резкий оборот.
– Через… час.
– Тогда до встречи через час.
Глава 30
После разговора я вся извелась. Мысли перемешались, какие уж тут знания, ничего в голову не лезло. Дронова осторожно спросила, что меня так разволновало. Ну, я и выдала, не тая. Хотелось с кем-то поделиться.
– Может… у вас взаимная симпатия? – заключила Ира.
– Вряд ли. Ты видела его бывшую? Да и… это временное помутнение. – Тут я лукавила. Даже себе. Потому что сердце сжималось так, словно корни никакие не временные. Словно моя симпатия мчит на серьезных оборотах. И это чертовски пугало.
– Пошли, приведем себя в порядок. Пусть твой Ромео упадет от того, какая у него красивая соседка. С ума сойти! До сих пор не верю, что вы вместе живете.
По пути в дамскую комнату, где мы планировали переодеться и подкраситься, Ира разговорилась. Рассказала о своей первой любви, о школе и парне, который ее предал: признавался в чувствах, готов был горы свернуть, в итоге бросил Дронову, потому что она отказала в сексе.
Я посочувствовала Ирке. Парни ради постели могут быть теми еще козлами. А мы потом страдай. Ну, уж нет. Пусть они страдают.
С таким настроением мы поменяли наряд, подкрасили губки, и даже распустили волосы. Дронова притащила с собой утюжок, лак, расчески. Подготовилась по полной. Настояла сделать мне легкие кудри. Я сперва отнекивалась, но потом загляделась на себя в зеркало. Волны на тонких пшеничных волосах смотрелись отменно.
– Да ты роковая красотка, – усмехнулась Ира. Себе она вытянула и подколола красивой заколкой прядь возле ушка.
– Мне тоже нравится, – одобрительно кивнула, разглядывая образ в зеркале. Глаза с помощью теней и подводки стали более выразительными, а алый тинт придал губам припухлость. Получился контраст на фоне белого оттенка щек.
– Ты похожа на Снежную Королеву, – выдала Дронова.
Мы вышли в десять минут восьмого. Обе при параде. Вышагивали в одну ногу, смеялись и чувствовали себя на удивление уверенно. Как все-таки много значит красивый образ. Да, короткое черное платье с большим вырезом на груди меня смущало, но в то же время придавало мужественности.
Когда мы с Ирой вошли в огромный холл, где уже вовсю играла музыка, то сразу поймали на себе взгляды нескольких ребят. Очередной повод гордиться собой. Вернее осознать, что мы все-таки девушки. Обаятельные девушки.
Дронова подхватила меня под локоть и потянула в сторону окна. Тусклое освящение, басы из колонок, стенки, украшенные дождиком, и танцующие студентки в центре. Кажется, Новый год пришел раньше времени на ГСУ.
– Людей маловато, – шепнула Ира, оглядывая зал.
– Может рано еще?
– Да вроде восьмой час. Должны уже.
Ребят, в самом деле, было мало. Человек тридцать от силы на зал размером в двести квадратов. Шар с цветомузыкой крутился, от чего маленькие яркие зайчики бегали по полу. Я засмотрелась на него, задумалась. О всяком разном, но больше о Роме. Интересно, он придет? Узнает меня? Подойдет ли?