Истории Предгорья (СИ)

- Слишком много смертей, - сказала Малаки тихо.
- Верно, - его лицо было непроницаемым. - И я не хочу присовокуплять сюда ещё и наши. Кто-то должен быть умнее, кто-то должен остановиться. Пусть это буду я. Если бы я не пошёл на поводу у брата, если бы я был умнее, если бы я не убил ваших родителей, мои, вполне возможно, тоже были бы живы. Надеюсь, вас утешит этот факт. Надеюсь, он послужит достойной сатисфакцией. Вам не нужно убивать себя, чтобы отомстить мне.
Малаки молчала. Она не знала, что сказать.
- Вы можете забрать этот кинжал, - сказал он ровно. - Фамильный артефакт матери, он годится для руки оборотня, не демона. Мне некому его предложить - только вам. Пусть он послужит вам защитой.
*
Малаки покинула особняк спустя каких-то пару часов - спешила, как могла, вполне справедливо опасаясь, что демон передумает. Тем не менее, вся задержка свелась к тому, что её переодели в дорожный женский костюм по оборотничьей моде (она предпочитала не задумываться, кому тот принадлежал раньше), выдали сумку, кошель, кинжал и перстень.
- Он открывает доступ к моим личным ячейкам в Центральном Банке Многоликих, - сказал Лиибу спокойно. - В остальное время никому его не показывайте.
- Мне ничего от тебя не нужно! Оставь себе свои подачки, - вызверилась Малаки.
Его бровь насмешливо приподнялась.
- До сей минуты вы радовали меня благоразумием, - его голос звучал холодно. - А теперь вот огорчаете. Что вы собираетесь делать со своими младшими, когда найдёте? Насколько я знаю, они вполне живы и благополучны, но вечность в обличьи хорьков не проведёшь, можно и себя потерять. Не так ли? Между тем, ваша ферма и дом сожжены до основания, на земли господином ваших земель наложен арест, и все это, по сути, последствия моих действий. Так что, это следует воспринимать не как подачку, а как компенсацию. Предупреждаю возмущение: деньги, разумеется, ничего не исправляют, не меняют, не воскрешают и не оправдывают. Материальные блага не могут служить искуплением вины, лишь помогают иным заглушить голос совести. Однако, в девяноста случаях из сотни, деньги очень упрощают разгребание последствий. Не так ли?
Малаки сжала губы.
Разумеется, он знал о малышах. Было бы наивно думать, что он не. И всё это время... Она покачала головой; у неё было много того, что она хотела бы ему сказать, но она ограничилась простым и кратким:
- Ты - хороший манипулятор, Лиибу.
Он прикрыл глаза.
- Недостаточно, моя леди. Но я попытаюсь исправить это упущение. Этим, собственно, и занимаюсь прямо сейчас.
- Потому я теперь "леди", а не "зверёк"?
- И поэтому тоже.
Она откладывала этот вопрос до самого конца, но в итоге всё же спросила, предчувствуя, каким будет ответ.
- Кихари мёртв? Скажи мне правду.
- Да.
Малаки отвернулась и зашагала прочь. Она хотела уйти молча и с поднятой головой, но чувство вины тянуло взгляд к земле, потому она, не сдержавшись, остановилась.
- Лиибу! - сказала она. - Я солгала. Ты не заслужил... того, что случилось. Никто не должен этого переживать, никто не должен терять родных. Это не может быть справедливо. И, что бы я ни говорила на волне злости, мне очень жаль твою семью. Мне, правда, очень-очень жаль.
Сказав это, она решительно зашагала прочь - в новую, совсем другую жизнь.
И с поднятой головой.
  
[10]
 
***
Ис Ледяной вышел из Зала Заседаний с привычной улыбкой. Он миновал несколько коридоров и отвернулся к окну, прежде чем позволил усталости отразиться на лице.
Переговоры выдались жаркими, говоря очень мягко.
Разумеется, произошедший в Вечном Царстве переворот в корне изменил расстановку сил и приоритеты. С одной стороны, демоны из хозяев положения превратились в просителей - пришла очередь драконов ставить условия. С другой стороны, все прекрасно понимали: Предгорью мирный договор тоже необходим, равно как и лояльный Царь на троне. Пустить события в Вечном Царстве на самотёк было равносильно самоубийству, ибо, расправившись со своими, Лаари со своим иномирным войском явно примется за соседей. Как допустить подобное? Между тем, Алый Старейшина, отправившийся на переговоры с Тэ Чёрным, так и не вышел на связь. Ледяной Старейшина признался, что подозревает худшее. Так это или нет, но до опровержения пришлось вписать Тёмных Властелинов (и Бажен-Шабское Содружество заодно) в число врагов.
 
Это отчётливо попахивало катастрофой.
Ис винил в ситуации себя. Он недооценил опасность, не успел, не просчитал. Не сумел прикончить в своё время Эла Зелёного, отчётливо спятившего даже по меркам Иса, что говорит само за себя. Излишне доверился племяннику Оса, приблизив к себе мальчишку. Не связал метаморфов с антицарскими настроениями, будучи уверенным, что виновника следует искать среди драконов. Он не думал, гори оно всё пекельным пламенем, что демоны и драконы могут работать вместе!
И вот он, результат.
Нет, договор они всё же подписали, хотя и стоило это шестидесяти часов переговоров (что почти предел даже для нечеловеческих организмов, но никто не жаловался - время чаепитий и длинных пауз прошло).
Между тем, всплыла ещё одна потенциальная проблема. Как выяснилось, царскую резню пережил ещё один принц, Лиибу, и вот положение этой новости на шкале хорошо/плохо Ис определить не брался. Он знал демонёнка практически с детства и относился к нему неоднозначно. С одной стороны, Лиибу был в разы тоньше Воонтэ, что делало его одновременно и более вменяемым царевичем, и более опасным противником. На первый взгляд казалось, что Лиибу менее агрессивен, чем его развесёлые братишки и сестрёнки, но то была иллюзия - парень просто умел наступать на горло собственной гордости, смирять инстинкты, если того требовало дело, смотреть глубже. Воонтэ говорил громко, уверенно, величественно, тогда как Лиибу был тих, вежлив, немногословен и чуть ироничен. Он отменно отыгрывал роль придатка к наследнику, тени. Тем не менее, с момента его прибытия стратегия старшего принца изменилась, и Ис готов был поставить собственный хвост, что знает автора и вдохновителя сих метаморфоз. Вот это не радовало.
Воонтэ, при всех своих плюсах и минусах, был относительно предсказуем. К тому же, если отбросить сантименты, то у них в руках был самый лучший рычаг влияния на будущего Царя - княжна. Ис скривил губы, вспомнив недавно состоявшийся по этому поводу разговор.
- Господин Ис, уделите мне время, - сказала женщина, которую Глава Безопасности меньше всего ожидал видеть.
- Моя княгиня, - сказал он. - Это честь для меня. 
Она недоверчиво хмыкнула. Ледяной мысленно закатил глаза. 
Отношения у них сложились не то чтобы плохие, а скорее просто - никакие. Интересы княгини лежали далеко от его ведомства, и Ис по этому поводу был отчётливо счастлив: работать с человеком там, где речь идёт о подлостях, лжи и интригах древних хищных тварей - хуже не придумаешь. Какой бы умницей ни была княгиня, как бы он ни был благодарен ей за спасенную однажды жизнь Раоки, как бы ни уважал, перечитывая отчёты соглядатаев, как бы ни одобрял её, всегда оставалось "но".  
Княгиня опиралась на человеческое виденье мира, мораль и представления о правильном и неправильном. Она часто не понимала тех инстинктов, которые двигали представителями магических рас. Посвящать кого-то вроде неё в особенности подковёрных игрищ? Совершенно дурацкая идея.
- Не буду ходить вокруг да около: я пришла просить об одолжении. 
Да, вот тут человечке нельзя было не отдать должное - в своих решениях была она внезапна, как осьминог в унитазе. На вкус Иса, это была едва ли не единственная черта, которую Тир со своей парой делили на двоих: было совершенно невозможно предугадать, в какое полушарие венценосных голов шибанёт дурь... в смысле, вдохновение на этот раз.
 
- Вам достаточно приказать, моя княгиня, - озвучил он традиционную фразу, которая была лишь относительно правдивой. - Что именно вам нужно?