Пари на мажора (СИ)

А Корнеев молчал.
Ы-ы-ы. Сказать же ничего не может. Кстати, молчун Корнеев мне нравится. Как бы гадко это ни звучало.
– Теперь ты, девочка-ябеда.
Как-то все слишком резко на меня переключилось. Только что Мирона отчитывали под пение птиц, а потом все стало слишком тихо.
– Прекращай злорадствовать. Я первый раз в сына молнии прилюдно метаю, хотя бы в этот момент не хихикай.
Ну все, теперь мне дико стыдно. Даже извиниться захотелось, только я не поняла, с кого начать. Корнеев извинений не заслужил. Он столько всего на меня вывалил, что ему еще лет сто карму чистить придется. И то не факт, что это засчитается. А вот перед его мамой… Она же за меня заступилась. Могла бы и промолчать, вообще-то. Сделать вид, что ничего не заметила, и блинами заняться. Блин. Корнеев из меня зло лепит. Вот так момент прозеваю и в него превращусь. Вернее, в его женскую версию.
Бр-р-р-р.
Не дай бог.
– А вы с отцом не думали, что я не хочу даже просто приглядывать за ней? А, ну да, зачем вам об этом думать? Легче же свалить на меня постороннего человека, а потом возмущаться, что все выходит не так, как вы задумали. Что я там должен сделать? Список длинный. С друзьями познакомить, чтобы девочка не чувствовала себя одинокой. За собой таскать вместо пекинеса. О, и самое… Стать верным другом. Скинули ее на меня, а сами… В общем, вот она – теперь твоя забота. Сериалы смотрите, крючком вяжите, но подальше от меня. Сразу говорю, увижу ее поблизости, сделаю вид, что я без понятия, кто она такая.
Ого!
Я и не думала, как дела на самом деле обстоят. Честное слово, мне даже жаль стало Корнеева. Ясно теперь, почему он мою голову откусить хочет. Но это все равно не оправдывает его гадкое поведение. Нормальные люди так себя не ведут.
– Сынок, тебе сложно, что ли? Ну, погуляйте вы в одной компании немного, Глеб успокоится и перестанет всех доставать. Ты же знаешь, что он хочет Ваську домой забрать.
Хочет-хочет.
Несколько раз об этом заикался.
– Мне до этого какое дело? Пусть забирает. Могу до аэропорта подкинуть.
– Она же остаться хочет. Вась, хочешь же?
Про меня вспомнили.
Уже начало казаться, будто я невидимкой стала.
– Угу.
– Ну вот, – тетя Наташа подходит ко мне и обнимает за плечи. – А тебе Глеб доверяет. Он знает, что на тебя можно положиться. На кого еще? На Кирилла? Да он Ваську где-нибудь в лесу забудет, а потом сделает вид, что ее и не существовало.
Эй, а чего Корнеев так мечтательно на потолок посмотрел?
Идея понравилась, что ли?
– Мирон, правда, без твоей помощи никак. Хотя бы не обижай ее. Этого достаточно будет.
Да. Все именно так.
Всем будет проще, если он перестанет себя вести как наглый свин. Я же не лезу к нему. И в друзья не набиваюсь. Тем более не прошу за собой таскать. Кстати, за пекинеса он еще ответит.
– Не-е-е, мам, – фыркает Мирон. – Она – ваша забота. Блины вкусные, чай заварился, а я ушел. Вечером позвоню.
Схватив телефон, он быстро вышел. Тетя Наташа села рядом со мной.
– Ох, какие же вы сложные. Мы такими не были. (Ага-ага, все помнят Тусю и Даню?) Вась, я попыталась. Ты сама все видела.
А чего она опять погрустнела? Ничего же плохого не случилось.
– Теть Наташ, да все нормально. Поговорю с отцом, он от Мирона отстанет, и тот успокоится.
– И не надейся, что все так легко, – выдыхает она. – По секрету скажу, через месяц Майя с Глебом прилетают. Глеб планирует вместе с тобой вернуться.
В смысле? Как котенка, что ли? Запихнут в клетку и сверху одеялом накроют? Эй, я против!
– И какие у меня есть варианты, чтобы остаться? – Это я хнычу? Точно я?
Не может быть.
Хотя… Может. Я только-только осваиваться начала, а тут такое. Не захочешь, все равно заноешь.
– Попробуй наладить общение с Мироном. Подружись с ним. Глеб увидит, что у тебя все хорошо, возможно, передумает. Кто знает?
Так, получается, чтобы остаться, мне всего лишь надо сблизиться с Корнеевым?
Пф-ф-ф.
И чего я паникую? Мирон оглянуться не успеет, как его ненависть ко мне в любовь превратится.
 
Потом еще сам бегать за мной будет.
Зуб даю.
 7. 
 
– Ты мне очень срочно нужна! – нервно протягиваю в трубку и, пока подруга молчит, еще раз осматриваю комнату. Надежда умерла. Гуляева сбежала из моей квартиры. – Лея, где ты?
– Как сказал бы классик: «На чиле. На расслабоне. Я не спешу, времени море»…
– Лея!
Ну что за идиотская песня в такое непростое для меня время?
– Ой, да хватит визжать. У деда я. В бассейне плаваю. А ты чего такая возбужденная от Корнеевых вернулась? М-м-м? Блинчики так понравились? Колись! Я жду грязных подробностей.
Нормальный у меня голос. Хриплый немного, а у кого он таким не будет, если на своих двоих подниматься на десятый этаж? Я чуть легкие на пятом не выплюнула. Ползла, чтобы в плечо подруги поплакаться, а ее и след простыл.
– До блинов дело не дошло. После разговора с Корнеевым мне кусок в горло не полез.
– О чем болтали? Слухи ходят, что Сухой вечеринку организовывает за городом, Мирон тебя позвал?
Гуляева там перегрелась, что ли? Солнечный удар темечком поймала? Максимум, куда Мирон может меня позвать, – это на похороны. Причем на мои собственные. И нетрудно догадаться, кто меня в покойничка превратит. Намекнуть? Корнеев!
– Ага, болтали. Я думала, он меня загрызет. Ты чего не предупредила, что он таким психом стал? Орал так, что у меня волосы дыбом встали. Таких гадостей наговорил, столько всего вывалил… Жуть. Серьезно, в какой-то момент мне и самой захотелось на кол прыгнуть, чтобы хоть чуть-чуть парня успокоить. А знаешь, почему он орал?
– Потому что ты к нему приставать начала? В комнате зажала и хотела…
– Очень смешно, – рычу сквозь зубы. – У меня сейчас живот лопнет от твоих шуток.
– А кто сказал, что я шучу? Ладно, молчу. Из-за чего возник конфликт?
– Из-за папы. Он там реально с ума сходит. Мирона загружает, а мне достается. Представляешь, отец просил, чтобы Корнеев не только за мной приглядывал, но и с друзьями своими познакомил, чтобы я от одиночества слезами квартиру не залила. Вот нашел кого просить. А еще…
– Там еще что-то было? Блин, если бы знала, с тобой бы рванула. У деда Феди, конечно, круто, но здесь тихо. А у вас там бои без правил были. Эх, все самое интересное пропустила.
– Вот увезут меня домой, будешь смеяться. А так все и будет, если я с Корнеевым общий язык не найду. Типа, или с ним дружу, или дома тюльпаны нюхаю, сидя на диване рядом с отцом. Лея, короче, я в полной заднице.
Всхлипнула и на кровать упала, потолок разглядывая.
– Так, соберись! Сейчас деда попрошу, он меня обратно к тебе привезет. Будем думать.
Ох, как обнадеживающе это было сказано. Даже улыбнуться захотелось.
– Только не ко мне, пожалуйста. Хочу голову проветрить. Есть на примете какое-нибудь место, где мало людей и можно спокойно поговорить? Если реветь начну, не хочу, чтобы отцу доложили.
Даже подумать страшно, что он предпримет, если ему кто-нибудь скажет, что его дочь на улице ревет.
Ух.
– О! Знаю местечко! Сейчас адрес скину, вызывай такси и дуй туда. Там тихо, спокойно и никто не помешает. Любимое место Кирилла, но только в ночное время.
Сейчас мне было все равно, куда ехать, главное – подальше от дома. В квартире столько семейных фотографий, из каждого угла на меня отец смотрел. И если раньше эти снимки казались мне милыми, то сейчас жуткими. Взгляд отца на них… Он будто следит за мной. Бр-р-р. Честно. Жутко стало.
Поэтому, когда такси подъехало, из квартиры я вылетела, словно за мной Корнеев гнался. И на этот раз лифтом все-таки воспользовалась. Так быстрее будет.
– Серьезно? Тетя Наташа так и сказала? Типа, подружись с моим милым сыночком, и проблемы все исчезнут? А она не подумала о том, что другом у Корнеева может быть только глухой волк? Такой пришибленный, на своей волне, глазастый, не слышит возмущенного воя своего вожака, поэтому и не сбегает. Ой, кажется, я Суханова только что описала. У того тоже с головой проблемы.