Пари на мажора (СИ)

– Чего?
– Того. Откровение за откровение.
Лея мнется несколько секунд, потом закрывает холодильник, садится на стул и, скрестив руки, начинает:
– Да легко. Между мной и этой недоразвитой обезьяной ничего нет и быть не может. Теперь твоя очередь.
– Хорошо. А я доставку заказывала.
– Хм… – Гуляева явно не такого ответа от меня ждала. – И? Курьер хоть красивый попался? Высокий? Блондин?
Ох, как же сложно.
Ну как рассказать?
Я же сама еще не поняла, что у нас вчера с Корнеевым произошло. Вернее, поняла, но вывод никакой не сделала. Поэтому нет никакого смысла трезвонить попусту.
Но и Лея просто так не отвяжется.
– Если скажу, никому не расскажешь? Лея, пообещай. Суханов не должен знать.
– За кого ты меня принимаешь? Я когда-нибудь болтала лишнего?
– Короче, вчера Корнеев подвез меня до дома, поднялся в квартиру, мы поцеловались, а потом он сходил в магазин за продуктами.
Лея удивленно заморгала, открыв рот. И так она сидела, пока я не засмеялась.
– Отличная шутка. Ха-ха. Вообще не смешно, Мамаева.
– Ты бы свое лицо видела.
– А ты свое. Так правдоподобно обманывать… Актриса, блин. Не хочешь говорить, ну и не говори.
И опять к холодильнику вернулась, обиженно отвернувшись. Ну вот, вроде и правду рассказала, а все равно обидела. И мне обидно стало, что она не поверила. Но и убеждать Лею в своей правоте тоже не хотелось. Почему? Не знаю. Чувствовала, что надо молчать. Время не пришло. Сама не разобралась в себе. Тем более Корнеев ушел. Если скажу подруге, что не обманываю ее, а Мирон потом вернется к своим грозным заводским настройкам, то я автоматически в Олю превращусь.
Не-е, иногда и правда стоит молчать.
Звонок в дверь заставляет нас синхронно обернуться. Я замерла. Даже дышать перестала. В голове рой мыслей. Вернулся? Мирон вернулся?
– Кто там? – крикнула мне в спину Лея, когда я бросилась к двери.
– Понятия не имею.
Но сейчас узнаю.
 22. 
 
Щеки начинают дико пылать, когда, открыв дверь, я вижу перед собой Кира. Его улыбчивая физиономия портит остатки моего хорошего настроение, а его вид…
Несколько масок на лице, точно больше трех, розовые резиновые перчатки на руках, которые он, наверно, купил в хозяйственном магазине около дома. Какой-то дурацкий комбинезон, непонятного цвета с длинными рукавами. Увидев меня, вытягивает руку вперед, демонстративно делая шаг в сторону.
- Ты чего?
Мало того, что он своим приходом меня расстроил, так еще и поведение такое, будто боится чумой от меня заразиться. Раздражает, в общем.
- Так, Мамаева, держи своих микробов у себя во рту. Меньше разговаривай и не дыши в мою сторону. И так рискую, приехав в твое больное логово.
- Чего? Офигел, что ли, прямо с порога мне рот затыкаешь. Ты, между прочим, сам ко мне завялился. Я тебя не звала. Если наглеть собрался, сразу возвращайся туда, откуда пришел. Ясно?
Нормальный, вообще? Ведь сам заявился, на минуточку, я его не просила приезжать, так еще и с порога начал командовать. Бесит. И вроде как не сам Суханов, хоть я и рявкнула на него, признаю, а вся эта ситуация злит. Потому что не того я ожидала увидеть.
Чувствую себя ребенком, которому за пятерку обещали купить компьютер, а подарили деревянные счеты. Головой же понимала, что в дверь не Корнеев стучит, но все равно бежала, на стены натыкаясь, словно в чудо верила. Когда наивной быть перестану? Как только увидела, что Мирон ушел, сразу же в голове промелькнуло, что больше он не вернется. Тогда еще пообещала себе не думать о нем. И что? От звонка в дверь сорвалась, тапки по пути теряя. Эх, ничему меня жизнь не учит.
Просто…
Ну, обидно.
И горько.
И грустью не с кем поделиться. С подругой о таком не поговоришь. Она поддержит, конечно, но с жалостью в глазах. Мол, не парься, это же Корнеев. А я и так знаю, что это Корнеев.
Все!
Хватит!
В руки себя беру и забываю одно гадкое имя.
- Меня Корней сюда отправил. – не совсем радостно поясняет Кирилл. – Сказал, тебя здесь уже кондрашка схватил и надо спасать больную, пока в мир иной не перешла. Я не хотел! Отмазывался! Но наш общий друг умеет за ниточки дергать, поэтому… Вот! Держи. Здесь таблетки какие-то, уколы, но сразу говорю, колоть тебя не буду, не надейся.
 
- Мне и не надо.
- Хорошо. Потому что от вида крови меня мутит.
Даже через несколько масок видно, как Кир облегченно выдохнул.
- Спасибо. – Бурчу себе под нос, пакет из его рук забирая. – Подожди! Мирон попросил тебя приехать?
- Ага. Он самый. – кивает, - Васек, без обид, но я пойду. Дел много, еще цветок полить надо, сто лет его не поливал, а еще…
- Вась, кто там? – громко кричит из кухни Лея.
Суханов, который еще секунду назад, тихонечко отходил в сторону лифта, резко тормознул, выпрямился, и кажется, передумал бежать.
- Гуляева?
Киваю в ответ.
Ух, как глаза загорелись.
- Вспомнил! Мирон просил меня проследить, чтобы ты все таблетки выпила. – уже обходя меня стороной, важно заявлял парень, проходя в квартиру. – Друг я хороший, придется следить.
- Это цитата? – улыбнулась первый раз за день. Не думайте, ромашки в животе не зацвели от этой новости. Просто смешно такой бред слышать. – Он прям так и сказал?
Ага-ага, так я и поверила.
- Слово в слово. – тут же подтвердил Сухой, спотыкаясь на своем же кроссовке. – Гуляева, у тебя подруга болеет, порядок в доме навестить не можешь, что ли?
Через секунду Лея уже была в коридоре, грозно наматывая полотенце на кулак.
- Что здесь делает это наглое насекомое?
- Эй! Разве так можно про подругу говорить? – возмущенно переспрашивает парень. – Васек, не обращай на нее внимание. Никакое ты не насекомое. Человек. Девушка.
- Я тебя сейчас прибью. – Зарычала подруга.
- Вчера еще собиралась. Так и не дождался. Передумала?
Лея делает шаг в его сторону.
- Стой! Стой! Стой! Ты с Мамаевой контактировала. Теперь ко мне подойти сможешь только тогда, когда справку предоставишь о том, что полностью здорова. Понятно?
Почему-то меня все игнорировали, будто и нет меня в комнате.
- Кир, расслабься. Я себя нормально чувствую.
- Серьезно? – хмыкнул парень, - А сразу не могла сказать? Парюсь тут в этих перчатках.
Скинув их на пол, парень развел руки в разные стороны.
- Ну, Гуляева, теперь можешь налетать.
Закатив глаза, я пошла заваривать чай. В голове в этот момент была только одна мысль: почему Мирон сам не приехал, а отправил ко мне Суханова? Я во сне храпела, и он испугался? Или что-то не то сказала, поэтому он и ушел? Тогда почему не ушел сразу же? Зачем было ждать, пока я усну?
Блин, опять загоняюсь.
Тряхнув головой, включила чайник, и когда поставила на стол три кружки, ко мне присоединились гости, которых я не приглашала.
Суханов, как обычно, с дурацкой улыбкой на лице, а вот Лея с красными щеками, и сжатыми губами. Опять бесится.
- Вась, ты извини, я из твоего пакета банан стащил. Корнею не говори, а то скажет, что мне доверить ничего нельзя.
- Голодный? Может бутерброд сделать?
После того, как Мирон с Леей забили продуктами мой холодильник, я могла побыть в роли гостеприимной хозяйки.
- Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – не выдерживает Лея. – Пакеты эти. От Корнеева. Суханов – курьер. Чего это наш злыдень таким добреньким стал? Вась?
Пожимаю плечами и отворачиваюсь.
- А чего он сам не приехал? – продолжает подруга.
Хороший вопрос. Я бы и сама его задала, но как-то не решилась.
- Так, не смог,- парень тянется к пакету с конфетами и одним движением разрывает его, - Маман его тоже заболела. Утром в больницу ее возил. Он и меня утром просил приехать, но я это… Не сразу проснулся.
- Тетя Наташа в больнице? – захлопнула шкаф. – Как она?
- Нормально уже. Мирон с ней сидит, пока батя его не приехал.