Пари на мажора (СИ)

– Чего?
Блин, парня спасать надо. Самомнение таких размеров, что скоро лопнет.
– Что слышала. И не надо на мать мою все сваливать, а потом удивляться, почему я злюсь, когда тебя вижу. Вот поэтому. Терпеть не могу безумных прилипал. Отец рассказывал про сталкершу знакомую. Ненормальная баба. Не думал, что сам с такой столкнусь.
Щеки мои запылали от ярости. Пальцы сжались так, что хруст послышался. Никогда не было желания парню в нос заехать, но сейчас очень сильно захотелось.
Корнеев прям нарывался. Смотрю на его нос, и кажется, будто слышу, как он со мной разговаривает: «Давай, Василиса, ударь меня, и посильнее».
– Знаешь что? – выталкиваю голос из головы, стараясь смотреть только в глаза Мирона.
– Ну, что?
– Если я в ближайшее время тебя увижу – беги, – угрожающе рычу на него, отстегивая ремень. – Никто тебя не спасет тогда.
 15. 
 
– Ну и чего вы приперлись в такую рань? – ворчит сонный Суханов, лениво натягивая простыню на голову. – Двенадцать утра. Бабы, у вас вообще совести нет доставать людей в их законный выходной?
– У тебя все дни выходные, олух, – фыркает Лея, отталкивая парня, который проход в квартиру загораживал. У Гуляевой с Сухановым какая-то космическая любовь. Вернее, инопланетная. Подруге жизненно необходимо бесить парня, словно в лягушку превратится, если этого делать не будет. Например, она знала, что Кир в это время обычно спит, поэтому и подгоняла таксиста, чтобы ехал быстрее.
– А мы тебе кофе принесли, – пытаюсь задобрить парня, протягивая ему в руки бумажный стакан, на котором почерком Леи написано: «Олень». – Идея Леи.
Кир с недоверием смотрит сначала на стакан, а затем на нашу общую подругу. Мельком замечаю, как в этот момент скалится Гуляева, мол, рискнешь выпить или кишка тонка? Суханов морщится. Эх, я бы сказала Киру, что он может не бояться просидеть весь день на унитазе, ведь кофе покупала я, везла его тоже я, и Лея только в лифте рядом со стаканчиком стояла, но решила промолчать. Гуляева потом мне голову оторвет, если я ее так подставлю.
– Это меня и напрягает. Зная Гуляеву… Плюнула или мышьяк подсыпала?
Губы Леи растягиваются в жуткой улыбке. Честное слово, даже мне страшно стало. Бедный Суханов, вот что называется – не самое доброе утро. Мало того, что кто-то вломился и разбудил, так еще и запугивают.
– А ты попробуй и поймешь, – растягивает слова девушка, скрещивая руки на груди, продолжая пристально смотреть на Кирилла. Лея, с которой дружу я, и Лея, которая дружит с Сухановым, – две разные Леи. Кажется, только с ним она ведет себя как заносчивая стерва.
– Делать мне больше нечего, – подает голос парень. – Так, говорите, зачем пришли, а потом проваливайте.
И на меня смотрит. А чего смотрит? Думает, я в курсе? Пф-ф-ф. Лея и меня в свои планы не посвятила. Так же разбудила несколько часов назад, без звонка ввалившись в квартиру, открыв дверь своим ключом. Трындела о том, что сегодня у нее по гороскопу день путешествий, полный радости и веселья, а затем затащила меня в такси, сказав, что ее день может быть радостным только в том случае, если она испортит настроение Суханову.
Вот так мы и оказались здесь.
Кирилл, держа стакан всего лишь двумя пальцами, ставит его на полку, демонстративно протирая руки все той же простынкой, которой прикрывается.
– Ссыкун, – кашляет в кулак Лея и, подойдя к полке, забирает стаканчик, тут же отпивая из него. – Ты один или опять какую-нибудь наивную клушу притащил?
– Зачем таскать? Она и сама приходит. Даже приглашать не надо.
Ой, мамочки, что начинается.
Если бы мы сейчас были в лесу, Суханов был бы диким кабаном, а у Леи ружье в руках, то на ужин у нас был бы шашлык.
Сухой, конечно, но все равно шашлык.
Я решила спасти человека. Вдруг Лея его прибьет, а меня как свидетеля преступления привлекут. Не-не. Надо вмешаться, пока простыня на месте и Суханов все еще может стоять на двух ногах. Скинув обувь и проходя мимо бойцов, хватаю Лею за руку, утаскиваю в комнату.
 
– Так, подруга, угомонись, – шепотом рявкаю на подругу, продолжая идти и держать ее за руку, чтобы не вырвалась.
Ох, а куда дальше? Две двери. Если опять попаду в чужую мужскую спальню, то сквозь землю провалюсь. Такого точно не переживу. Жмурюсь и тяну ручку вниз. Фух. Диван и низкий столик. Интерьер не похож на опочивальню Суханова. Плеток нет. Судя по его поведению, она точно под подушкой должна лежать.
– А что я такого сделала? Все нормально, Вась. Настроение почти пришло в норму.
– Вы – ненормальные.
– С чего бы это? – возмущенно фыркает подруга. – Я – самая нормальная из всех нормальных. Это у Сухого проблемы.
С этими словами Лея с легкостью выдирает руку из моей хватки и начинает двигать в сторону того самого единственного дивана, запрыгивая на него с ногами, будто она каждый день так делает. Иду за ней. Не стоять же как бедной родственнице.
– Так, давай быстренько поднимай свое настроение, и мы пойдем, пока не поздно. Нет еще у меня иммунитета на ваши стычки. Все боюсь, что драться начнете.
– Ой, не придумывай. Сухой знает, что я без труда уложу его на лопатки.
– Об этом и мечтаешь, Гуляева? – неожиданно для всех появляется хозяин квартиры, уже в одежде. – Сверху, да? Я запомню.
Ну и зачем он, спрашивается, в ответ Лею выводит? Нравится видеть ее в бешенстве?
Господи, что за люди, а? Спокойно жить не умеем и даже не пытаемся.
Лея немного наклоняет голову, прожигая Суханова таким взглядом, от которого постареть можно, но Кир – боец. В ответ лишь улыбается, чем еще больше злит девушку.
Интересно, наши с Корнеевым стычки точно так же со стороны выглядят? То есть, смотря на нас, люди тоже мысленно крутят пальцем у виска, называя нас психами?
Э-эх, позор какой на мою голову.
– Ну, рассказывай, Мамаева, как тебе живется вдали от дома? – Кир бросает разглядывать Лею и переключает все свое внимание на меня. – Зареванной не выглядишь. Я у Корнея спрашивал, как ты поживаешь, но он меня послал. Вы в контрах, что ли? Если ворчит, скажи дяде Киру, и он быстро паршивца накажет.
Кто? Суханов? Корнеева?
– Мы уже подружились, – выпаливаю я и только потом начинаю думать. Так, друзьями мы должны прикидываться только при маме Мирона, а наша сделка остается в силе, если дело касается друзей? Например, своей подруге я правду рассказала, чтобы она не удивлялась. А что насчет самого Мирона? Он такой же балабол, как и я, или у него с этим проблем нет? – Можно так сказать.
Если Корнееву не понравится то, что я разболтала его другу, и он будет опять рычать, то притворюсь глухой.
– Серьезно? Ого! Не узнаю Мирона. Он так всегда бесился, когда твой отец звонил. Колись, как ты его усмирила?
Бесился, да? Становится как-то грустно от этого.
– Мы просто…
– Так, Суханов, используй свой нос по его прямому назначению – дыши. Не суй его туда, куда не следует, – выпаливает Лея, вытаскивая меня из неловкой ситуации. – Рассказывай, какое веселье у вас там намечается и почему ты до сих пор нас не пригласил?
– Я и не собирался. Гуляевым вход запрещен. Правило такое. Сам его придумал и не посмею нарушить. Кстати, даже табличку заказал. Твое лицо в перечеркнутом круге. В инсту добавлю, не забудь лайк поставить.
– Ты ведь шутишь?
Я знаю, когда Лея злится. Это легко понять по тому, как она начинает нервно дышать. Сейчас она вела себя по-другому. Глаза потускнели, она пальцами вцепилась в подушку, смотря в пол.
Что происходит?
– Кирилл, пожалуйста, не надо так.
Боже, она плачет, что ли?
– Надо мной же все смеяться будут. А я… А я просто хочу помочь своей подруге освоиться в городе. Ей это нужно, чтобы родители не забрали домой. А ты хочешь… Ладно, забудь. Не бери в голову и делай все, что считаешь нужным.
Сначала я ничего не поняла.
Расстроенная Лея и улыбающийся Суханов.
Спустя минуту ситуация не изменилась. Лея всхлипнула, а Кир заржал.