Наследнички (СИ)

  
Глава 14
 
Не знаю, как Гамильтон, но мы с Ромкой спали вполне спокойно. Кошмары нас не мучили, и никакими угрызениями совести мы не страдали.
— Вставай, — я приоткрыл один глаз и посмотрел на брата, который стоял надо мной, был весел и бодр.
— Изыди, — пробормотав, я накрыл голову подушкой, прекрасно понимая, что поваляться мне не дадут.
— Андрей, вставай, — настойчиво произнёс брат. — Что ты как маленький?
— Я не люблю вставать рано утром, — зевнув, отбросил подушку и сел. — Почему я никогда не могу выспаться так, как считаю нужным? Вот обязательно было меня будить?
— Тебя не разбудишь, ты полдня проваляешься, — фыркнул Ромка.
— Неправда, я бы и сам проснулся, примерно через полчасика, — ответил я, посмотрев на часы. Подвигал ногой. Вроде не болит. Целитель посмотрит, и я уйду отсюда. Долечиваться и дома можно.
Встал и прошёлся по палате. Да, за ночь сработала регенерация, или же я снова себя неосознанно полечил. Плевать. Главное, нога двигается, не болит, и в целом я чувствую себя вполне комфортно. Правда, обратил внимание на то, что стараюсь ногу беречь и не наступать на неё лишний раз.
Гамильтон даже не делал вид, что спит. Он лежал на спине, прижав к груди повреждённую руку, и смотрел в потолок.
— Что с нами будет? — спросил он, не обращаясь ни к кому конкретно.
— Вас, скорее всего, посадят на самолёт и отправят на родину, чтобы уже клан позаботился о вашей безопасности. — Заявил я, направляясь в сторону санитарной комнаты. Нужно было привести себя в порядок.
Ещё бы кто-то догадался чистую одежду принести. Сейчас-то на мне красовалась больничная пижама, а вот переодеваться придётся всё в те же шмотки, в которых я в тот проклятый клуб ходил. Думаю, что это в нём дело. Дом Морозовых вот так мелко напакостил. Ну, не слишком он любит Орловых. Мне вообще иногда казалось, что этот проклятый дом — живое существо, обладающее чувствами, особенно неприязнью к нашему семейству. Хотя Майя там себя ощущает, как дома. Наверное, это всё мои домыслы и бурное воображение.
Дойти до ванной я не успел, потому что дверь открылась и в палату важно вышагивая зашёл Паразит. Окинув всех презрительным взглядом, он сел посреди палаты и замер, словно статуэтка.
— Это что ещё за номер? — Ромка удивлённо смотрел на отцовского кота. — Ты же обычно просто появляешься, где тебе заблагорассудится, а тут вдруг такие политесы.
— Паразит чрезвычайно умный и воспитанный кот, — вслед за чеширом в палату вошёл пожилой мужчина. Выражение лица у него было примерно, как у Паразита, только чуть более брезгливое. Как будто вокруг было разлито нечто очень вонючее, но он вынужден со всем этим мириться, хотя не слишком-то и хотелось. Мужчина был подтянут, с очень прямой спиной. На вид ему было чуть больше пятидесяти, но, мы-то с Ромкой знали, что ему немного больше.
— Назар Борисович, а вы здесь как оказались? — спросил я, замерев на месте. Потому что дворецкий деда — это последний человек, которого я мог здесь увидеть.
— Мы с Паразитом как раз собрались завтракать, — ответил Назар Борисович и принялся раскладывать какие-то шуршащие пакеты на моей кровати. — Мне прислали отличную, нежнейшую буженину, и мы только собрались снять с неё пробу, как позвонил Константин Витальевич и попросил отвезти вам, ваше высочество, и вам, Роман Константинович, чистую одежду. Пришлось нам составить тарелки в холодильник и мчаться сюда в клинику.
Я только глаза закатил. Только он, единственный из моего окружения, упорно называл меня «ваше высочество» с тех самых пор, как мне присвоили титул Великого князя. При этом к отцу он почему-то обращался «ваше величество» крайне редко. Такой вот парадокс.
— Спасибо, конечно, — я посмотрел на разложенные на кровати вещи. По-моему, они были не мои. — Я как раз думал о том, что про меня все забыли и даже чистые трусы никто не принесёт. Но, почему отец попросил именно тебя?
— Я думаю, что это как-то связано с установлением новой системы безопасности. — Ответил Назар Борисович. — Сейчас попасть в клинику станет гораздо сложнее. Я мельком видел Матвея Игоревича. Он выглядит немного, — Назар Борисович задумался, наверное, слова подбирал, чтобы охарактеризовать Подорова. — Взволнованно. — А, ну, если всего лишь взволнованно, то это ещё ничего, жить можно. — У меня же имеются пропуска во все подобные заведения как клана Керн, так и клана Орловых. — Добавил дворецкий, снимая защитные мешки с одежды.
 
— Чья это одежда, Назар Борисович? — не выдержал я и указал на уже разложенные вещи.
— Константина Витальевича, ваше высочество. — Ответил он, убирая упаковку. — Честно признаться, но мне было лень ехать во дворец. А ваша фигура очень похожа на фигуру отца, особенно когда он был в вашем возрасте. Полагаю, что всё прекрасно подойдёт.
— Ещё раз спасибо, Назар Борисович. — Я шагнул к кровати, намереваясь взять с собой в ванную хотя бы бельё.
— Если вам от меня ничего не требуется, то я, пожалуй, удалюсь. Мне бы всё-таки хотелось попробовать ту буженину, которую мы с Паразитом вынуждены были отложить. Выглядит и пахнет она просто божественно. Вы со мной согласны? — спросил он, обращаясь к коту.
— Мяу, — ответил ему Паразит, и, встав, направился к двери, преисполненный собственной значимости.
Кот и дворецкий покинули палату, а мы с Ромкой переглянулись.
— Я никогда к этому не привыкну, — сообщил мне брат. — Иди уже, скоро Матвей заглянет, а ты ещё толком не проснулся.
Когда Матвей всё-таки к нам зашёл, к нам с Гамильтоном как раз заскочил целитель. Отправил Гарри на перевязку, заявив, что именно там всё посмотрит. Сам же принялся осматривать мою ногу, сгибая её, разгибая и проводя магическую диагностику.
— Вы всё-таки вмешались в процесс заживления, — он посмотрел на меня осуждающе и покачал головой. — К счастью, нога была зафиксирована, и никаких критических последствий не наступило.
— Мне можно домой идти? — спросил я, когда целитель выпрямился.
— Судя по этому, — он кивнул на лежащие на кровати вещи, — вы всё равно собрались уходить. Зачем же тогда задаёте вопросы?
— Чтобы услышать рекомендации, — ответил я, стараясь не коситься на Матвея.
— Хорошо, вот мои рекомендации — не снимайте фиксирующую повязку ещё дней пять. Она не пропускает воду, в ней вполне можно мыться.
— Спасибо, последний пункт я уже проверил. — Целитель в ответ только головой покачал и вышел из палаты, бросив неприязненный взгляд на Матвея.
Гамильтон ещё не вернулся, поэтому мы могли спокойно поговорить с Подоровым.
— Я смотрю, любви к тебе у людей за ночь не прибавилось, — Ромка стоял напротив Матвея, сложив руки на груди.
— Мне их любовь не нужна, — Подоров махнул рукой. — Главное, чтобы меня Алёна с Ванькой любили. Надеюсь, вам не пришла в голову безумная идея выяснять, кто такой Мирче?
— Нет, — я покачал головой, потом встал, стянул пижамную куртку и принялся надевать рубашку. — Это неинтересно и не похоже на происки конкурирующего клана. Хотя сделано всё было на этот раз весьма продуманно. Если бы не стечение обстоятельств, у этого Раду всё могло бы получиться. Он бы благополучно ушёл, а мы бы даже не поняли, почему Гарри утром не проснулся.
— Да, так и произошло бы. — Кивнул Матвей.
— Что это за имена, Раду, Мирче? — Ромка нахмурился. — Всё-таки тут замешаны иностранцы?
— Нет, — коротко ответил Подоров. — А имена… Похожи на румынские или молдавские.
— Или цыганские, — добавил я.
— Или цыганские, — немного подумав, согласился Матвей. — В общем, не лезьте в это дело. Гамильтонов же я лично отвезу в аэропорт и запихну в самолёт, чтобы больше их здесь не видеть. Вот как только Лорен вернётся из поездки к месту силы, так и отправлю их к любимому папочке. Пускай он голову ломает, как защитить детишек.
— Мы примерно так ему и сказали. Это настолько очевидно, что до него в какой-то момент должно дойти. Во всяком случае, можно на это надеяться. — я полностью переоделся и был готов бежать из клиники. — Ты нас ни о чём спрашивать не будешь?