Основы страстных отношений, или Тариф на поцелуи

– Умоляю, матушка, отошлите лучше Лианель к себе в комнату. Она нас опозорит перед гостями, – с тяжким вздохом взмолилась сестра.
– Матушка, лучше велите Олдее до конца вечера рот не раскрывать. В обществе симпатичных мужчин она и двух слов нормально связать не может.
– Откуда ты заешь, что его демонейшество симпатичный? – прищурила глаза сестрица.
– Богатый, влиятельный, поговаривают, греховно красив. Замужние дамы постоянно греют ему постель, что бы это ни значило, – припомнила сплетни, ходившие о нём.
– Мама! Лианель ужасные вещи говорит! Мы из-за неё изгоями в обществе станем!
– Отстань от сестры, Лианель. Я позже с тобой поговорю, – рассеянно пообещала матушка.
В любой другой день она бы сразу отправила меня вышивать, но, на моё счастье, сегодня ей было не до того.
– Слышала? Мама после отъезда гостей тебя накажет!
Сестрице не хватало только высунуть язык.
– Понятно, почему папенька сбагрил тебя его демонейшеству законной любовницей. Никто из местных лордов по своей воле не захотел взять тебя в жёны. Разглядели твой скверный характер.
– На себя посмотри, – взвизгнула сестрица. – Верховный лорд оказал мне великую честь. Следуя древним обычаям, я стану его двенадцатой избранницей и горжусь этим. Слышала? Избранницей!
– Худшую лазутчицу наш владыка не смог подыскать.
– Я не стану предавать его демонейшество.
– О чём я и говорила.
– Мама! – в голос взвыла сестра.
– Немедленно успокойтесь, девочки! – не выдержала матушка.
– Вы обе наказаны. Лианель, никаких вечерних прогулок на неделю, – сказал своё веское слово глава семейства. Не успела сестра порадоваться своей маленькой победе, как от отца досталось и ей: – Олдея, никакого десерта в течение двух недель.
– Почему Лианель наказали на неделю, а меня на две? – едва не плача, спросила сестрица.
– Тебе не помешает похудеть к отъезду во дворец его демонейшества, – отрезал отец.
Всё-то он у нас видит и подмечает.
Плечи Олдеи опустились. Она старательно демонстрировала, насколько она несчастна. Жаль, никто не оценил её усилия по достоинству. Домочадцам было не до неё.
Отец не сводил напряжённого взгляда с двери. Отпрыски следовали его примеру.
Родители сначала хотели встретить гостей в холле, но, вспомнив, что верховный лорд Тортен презирает условности, перенесли встречу в гостиную.
Ага, стоящее по струнке семейство ни разу не выглядит официально.
Из коридора донеслись глухие звуки, в гостиную вошёл дворецкий.
– Верховный лорд его демонейшество Тортен, правитель первого королевского дома! – объявил он и поспешил убраться с пути долгожданного гостя.
Вовремя он.
Широким шагом в зал прошли пять мускулистых здоровяков. Увидев их, я невольно растерялась и окончательно забыла про манеры. Матушка с сестрицами присели перед гостями в поклоне, я же осталась стоять. Впав в ступор, открыто глазела на великана с широким золотым ободком на голове вместо массивной короны.
Его демонейшество оказался выше охраны и своего советника. Но не это самое ужасное.
Я не могла отвести от него глаз!
Верховный лорд выглядел расслабленным, хотя и внушал ужасающий трепет. Глубокого медового оттенка глаза, жёсткие, волевые черты лица выдавали в нём властную натуру.
Глянув на меня сверху вниз, демон усмехнулся и, не делая мне замечания, небрежным жестом разрешил выпрямиться матушке с сёстрами.
– Ты почему не поклонилась? – прошептала мне сестрица.
– Забыла, – пока отец распинался в приветственной речи, шёпотом ответила ей.
– Влюбилась, что ли, с первого взгляда? – игриво взглянула на объект своего обожания сестрица.
– В кого? Верховного демона? – фыркнула я. – Делать мне больше нечего?
– Чем он тебе не угодил?
– Ничем. Не заметила в нём ничего особенного, – немного слукавила я. – Обычный демон.
Олдея закатила глаза:
– Много ты демонов видела?
– Прямо сейчас вижу перед собой пятерых, – дёрнула сестрицу за рукав платья и, растягивая губы в улыбке, закончила: – Они смотрят на нас.
– Ой! – опомнилась Олдея и приняла скромный, подобающий леди вид.
  
Только почему-то демон смотрел не на неё, а на меня.
Он не сводил с меня глаз. И выглядел крайне мрачно.
Неужели и Тортен забыл про хорошие манеры?
На фоне этого грубияна решила порадовать отца отличным воспитанием.
– Ваша светлость, попросить принести вам закуски? – подала голос с дальних рядов. – У вас зверский взгляд. Наверное, вы проголодались?
Матушка вскрикнула и неожиданно потеряла равновесие. К счастью, старший братец успел её подхватить. Ей понадобилось некоторое время, чтобы выпрямиться.
Украдкой я бросила взгляд на важного гостя, проверяя, оценил ли он мои манеры.
Вместо верховного лорда мне улыбался его советник.
Едва я отвела от него взгляд, его демонейшество заговорил со мной:
– Представьтесь, леди. Хотелось бы узнать имя пленительной красавицы, дерзнувшей первой заговорить со мной.
– Моя старшая дочь, леди Лианель, – торопливо представил меня отец.
– Прекрасно, значит, не её мне ваш повелитель выбрал в избранницы?
– Ваша избранница – Олдея. Она стоит рядом с сестрой.
Сестра разволновалась и глупо помахала ему рукой.
– Превосходно, – одобрил Тортен выбор правителя второго королевского дома. – Не расстраивайтесь, леди Лианель, и вы когда-нибудь обязательно найдёте себе избранника.
– Не сомневайтесь, – не пряча взгляд, гордо посмотрела я, – у нас в столице достаточно холостяков. Какой-нибудь обязательно разделит со мной не только свой кров, но и своё имя.
Речь шла о принадлежности к роду супруга. Будучи любовницей, сестре никогда не стать частью королевской семьи.
На мой оскорбительный намёк ответа не последовало. Закончив представлять детей, глава семейства от греха подальше отправил меня прочь.
Я тихонечко выскользнула из зала.
Самое подходящее время наведаться в питомник.
Незаметно добежав до чёрного входа, я остановилась, приоткрыла дверь и выглянула во двор.
Прислуги поблизости не было видно.
Ничего не мешало вырвать перья у гремучего павлина. Правда, для этого сначала следовало переодеться. Гремучий павлин любил плеваться огненными сгустками, прожигающими ткань. Но отец мог в любой момент выйти с гостями в сад на вечернюю трапезу. Поэтому платьем пришлось пожертвовать.
Мне повезло пробраться в питомник незамеченной. Павлин сидел в своей клетке и не подавал признаков агрессии.
Видя цель и не видя препятствий, устремилась к нему. Пёсик, ожидавший меня у питомника, потрусил за мной. Подбежав к клетке, я резко остановилась.
– Беляшик, не подходи! Щеколда на клетке! Она отперта!
Питомец не успел среагировать на мой окрик и промчался вперёд. Завидев его, павлин взъерошил перья и прыгнул на прутья клетки. Приоткрытая дверца отлетела в сторону. Опасная птица вышла в питомник.
Затаив дыхание, подскочила к Беляшику и схватила его на руки. Крепко прижав к себе, отступила к двери. Сбоку раздался шум. Змейка старшего брата поочерёдно кончиком хвоста открыла остальные клетки. Закончив с гнусным заданием, она уползла восвояси, оставив меня наедине с опасными животинками.
Пригнув голову, я помчалась к двери.
Летела на всех парах.
Потревоженные звери, оглушительно хрюкая, шипя, издавая разные угрожающие звуки, понеслись за мной.
Безумно перепугавшись, я выбежала во двор. Промчалась несколько метров и врезалась в упругую невидимую перегородку.
Сработали защитные артефакты. Защитный периметр загона для животных замкнулся.
Поднимая столб пыли, неприрученные питомцы выбежали на улицу. С их появлением заодно сработала и звуковая сирена.
Создать щит с Беляшиком на руках виделось мне невыполнимой задачей. Но я попробовала.
Ничего не вышло.
Плетение расползалось прямо на глазах.
Услышав тревогу, родные вместе с гостями вышли во двор. Поняв, в какую западню по его милости я угодила, старший братец первым бросился мне на помощь. Правда, без особого успеха.