Граф Рысев – 7
– Жень, пошевеливайся давай. А то все наши попытки сделать доброе дело пойдут твоей Фыре под хвост. – И он почти бегом побежал к машине. Я поспешил за ним.
До поместья Шалфеевых ехать было гораздо ближе, чем до Дубны, поэтому мы сразу же рванули туда. Выгрузив хозяина, я приказал Ваньке.
– Давай, быстрее обратно в город. Грузи мадам с девочками, хватайте целителя и мухой обратно.
– А их экипаж? – деловито уточнил Ванька.
Я чуть было не сообщил ему, что мне как-то плевать на экипаж Шалфеевых, и что лимит моих добрых дел истрачен на неделю вперёд, но передумал и кивнул на Фёдора.
– Кучера с собой бери. Он как-нибудь до дома доедет. Тем более что тварь, похоже, здесь пугливая обитает. Звуков мотора боится. Вот как спряталась, когда нас услыхала. Даже господина Шалфеева не добила и жрать не начала. Хуже будет, если это разумное существо, – добавил я тихо. – Езжай, не теряй время.
– Эй, Фёдор, давай в машину, быстрее! – крикнул Ванька и свистнул, привлекая к себе внимание.
По внутреннему двору пробежала девчонка-служанка, стрельнувшая глазами в сторону молодого егеря. Он никак не отреагировал на столь явный интерес, и тем самым ещё больше его усилил. Потому что девчонка остановилась перед неприметной дверью и смотрела на Ваньку до тех пор, пока машина не уехала за периметр поместья.
– Тебе уже не холодно? – спросил Мамбов, выходя ко мне на крыльцо. – Что ты здесь застрял.
– Смотрю, как девушки западают на моих котов. И у меня возникает к ним вопрос, а какого хера среди наших егерей так много неженатых парней? – я повернулся к Мамбову.
– Ну, как тебе сказать, – Олег развёл руками. – Вот чего не знаю, того не знаю. А ты почему таким вопросом задался?
– Да потому что дед вбил себе в голову, что нам совершенно необходимо собрать земель побольше, чтобы подать прошение императору на присвоение нашему графству княжеского статуса. – Рассеянно ответил я. – Не знаю, что на него нашло. До этого года его всё устраивало.
– И как это связано с твоим интересом к личной жизни ваших егерей? – усмехнувшись, спросил Мамбов.
– Напрямую, – я мрачно посмотрел в ту сторону, куда уехала машина, а потом перевёл взгляд на девчонку, на личике которой отразилось разочарование. – Нам нужно на эти новые земли хотя бы в качестве административного ресурса ставить ПроРысевых. Не зря же мы их учим. У нас каждый егерь имеет как минимум один диплом, это кроме того, что они превосходные воины. А эти долбодятлы, вместо того, чтобы осчастливить клан рождением новых ПроРысевых, предпочитают по борделям шляться и по изнанкам.
– С молодого графа пример берут, – хохотнул Мамбов.
– Вот не надо на меня наговаривать, – я злобно посмотрел на выскочившего на крыльцо Славку. – Я женат. И то, что у нас с Машей пока нет детей, связано с учёбой, а не потому, что… – я не закончил и спросил у пристально смотрящего на меня ПроРысева. – Что?
– Господин Шалфеев пришёл в сознание, – ответил Слава. – А что вы имели в виду, говоря про свою женитьбу, ваше сиятельство?
– Да вот, думаю, женить вас, пока мы здесь видами любуемся. Опять же, приток свежей крови клану никак не повредит…
– Ну что вы, ваше сиятельство, – егерь под моим недобрым взглядом попятился. – Как-то вы это внезапно решили. Я бы даже сказал, радикально. У вас дел сейчас невпроворот, чтобы о таких мелочах думать.
– Жень, давай ты потом проблему нерадивых слуг решишь, – поторопил меня Олег. – В конце концов, Шалфеев нам жизнью обязан. А девчонки у него тут, ух какие… – он ухмыльнулся, глядя на вытянувшееся Славкино лицо. – Попросишь парочку для развода, да и дело с концом.
– Ты циник, – я вздохнул и пошёл к двери.
– Да, – пожал плечами Мамбов. – И совершенно этого не стыжусь. А теперь пошли уже, спросим у господина Шалфеева, что произошло.
Хозяина расположили в спальне. Его отмыли, отогрели и забинтовали ему разбитую голову. Вокруг суетились хорошенькие служанки, а на прикроватной тумбочке стояла батарея флаконов с зельями. Я подошёл поближе и поднял один из флаконов. Покрутив в руках, посмотрел на свет.
– Это заживляющее зелье. Одна из последних разработок Лебедева. И флакон он именно для него придумал. У Аристарха Григорьевича есть пунктик на этот счёт: каждое зелье должно быть налито в свой флакон. Он считает, что так их труднее перепутать. Спорно, конечно, но что-то в этом, безусловно, есть. – Я повернулся к сидевшему в постели мужчине, который внимательно смотрел на меня. – Граф Рысев, Евгений Фёдорович, – представился я ему и показал флакон. – Могу я поинтересоваться, откуда у вас это?
– Целитель, пользующий мой семью, посоветовал мне составить аптечку и включить в её состав несколько редких и очень дорогих зелий, не так давно появившихся на рынке, – у Шалфеева был густой голос, сейчас звучавший глухо. – Это действительно очень дорого, но, как видите, ваше сиятельство, пригодилось.
– Я не знал, что мы занимаемся поставкой зелий на рынок, – и я посмотрел на Славку, скользнувшему в комнату вместе с нами.
– Ребята трёх гигантских жаб сумели завалить, – пояснил он в ответ на мой вопросительный взгляд. – А Лебедев ещё из первой научился эту штуку мешать. Когда патент получал, Сергей Ильич заодно разрешение на торговлю оформил. Зелья же не хранятся вечно, да и склад у нас не резиновый. Ну и вон, людям помогаем, как ни крути.
– Передай всем, чтобы пайку Савы урезали в тех частях туш, что на изготовление зелий уходят. – Слава кивнул, а я повернулся к Шалфееву. – Извините, Дмитрий Денисович, но, если сейчас приказ не отдам, потом замотаюсь и забуду.
– Ничего, я понимаю, – он закашлялся. Ну, так понятно, промёрз-то он насквозь.
– Что произошло? – вперёд выступил Мамбов. – Кто на вас напал?
– Я не знаю, – Шалфеев осторожно обхватил голову руками. – Лошадь чего-то испугалась и сбросила меня. Я не успел сгруппироваться и упал. Очень неудачно упал, сразу же сознание потерял. В себя пришёл только сейчас.
– М-да, – Мамбов потёр подбородок.
– Митя, какое счастье, – двери распахнулись, и в комнату ворвалась невысокая женщина с опухшим от слёз лицом. – Ты жив, – она упала Шалфееву на грудь и снова зарыдала.
– Ну-ну, Кристиночка, благодаря их сиятельствам всё обошлось, – он похлопал её по спине.
– Кристина Львовна, – к кровати подошёл целитель, на ходу расстёгивая свой саквояж. – Разрешите мне осмотреть Дмитрия Денисовича.
– Конечно – конечно, – она встала и отошла в сторону.
– Не будем мешать, – за нас обоих объявил Олег, и мы ретировались из спальни.
– Поехали уже домой. Завтра вернёмся и всё тщательно осмотрим, – я не успел сделать шаг к двери, как на меня налетела Кристина Львовна. – Эм, – я посмотрел на Мамбова, но тот закусил костяшки пальцев на руке и с трудом сдерживался, чтобы не заржать.
– Ваше сиятельство, я не знаю, как вас отблагодарить, – и Шалфеева прижалась ко мне ещё сильнее. Я попытался её оторвать от себя, но проще было отобрать у Фыры колбасу.
– Кристина Львовна, на нашем месте так поступил бы каждый, – проговорил я, снова попытавшись оторвать женщину от себя.
– Это было так ужасно, вы даже не представляете. Я на мгновение подумала, что осталась без мужа, а мои дети осиротели.
– Мне сложно это представить, я мужчина, – Мамбов всё-таки не выдержал и отвернулся приступом кашля, маскируя хохот. – Кристина Львовна, отпустите меня, нам нужно ехать.
– Ох, Евгений Фёдорович, вы только скажите, как я могу отблагодарить вас? – выдохнула она мне в шею.
– Я подумаю над этим, – расслабившись, я наклонился к её уху и прошептал. – Вас, кажется, зовёт ваш муж. Наверное, целитель делает с ним что-то ужасное.
– О, вы уверены? – она отстранилась и заглянула мне в лицо.
– Нет, я не уверен, но проверить стоит, – ответив, я широко улыбнулся.
– Да, вы правы, – и она побежала обратно в спальню.
Как только дверь за ней закрылась, я прошипел.
– Валим отсюда, – и первым выскочил за дверь, на ходу застёгивая пальто. Уже на крыльце, поправив шарф, я повернулся к Мамбову. – Ни слова!